воинов. Тот прибыл с десятком бойцов, и все они были из отряда, прибывшего с Горы.
Он, недолго думая, вытащил небольшой продолговатый предмет, нажал пару кнопок, кинул его в комнату и бросился внутрь умывальной комнаты. Но тут же был сражен. Упал и захрипел. Затем послышались тревожные крики из комнаты. Гресса рванула внутрь и стала хлестать налево и направо своим хлыстом. Он как нож разрезал тела бандитов, но за их спинами стояли те, на кого предмет не подействовал, они остановили отважную стражницу, и она упала на колени, захрипела и схватилась за горло. Она погибла, но это дало возможность двум воинам встать в проеме двери, и тут же тонкий, еле слышимый свист наполнил помещение. Бандиты стали падать один за одним, и вскоре все они были уничтожены, их тела были покрыты иголками, как шкура ежа.
– Вперед! – скомандовал заместитель командира. – Там наша княгиня, – и десяток воинов рванул дальше. Они остановились на берегу вонючей пещеры.
– Что делать, командир? – спросил один из воинов. Никому не хотелось лезть в нечистоты.
Но в этот момент перед изумленными воинами внезапно распахнулось окно в пространстве, словно открылись врата в иной мир. В этом портале они увидели княгиню, лежащую на плаще в одном халате. Ее голова покоилось на коленях загадочного мужчины, который прижимал кинжал к ее шее.
– Видите меня? – хрипло спросил он.
Командир отряда дзирдов, ошеломленный увиденным, молча кивнул.
– Если вы продолжите меня преследовать, – продолжил мужчина, – я убью ее и исчезну. Меня зовут Машвел, я покровитель воров и разбойников. Вы не сможете меня поймать, а ваша госпожа погибнет. Ей ничего не угрожает, если вы вернетесь в замок. Я поговорю с ней и отпущу ее. Слово Сына Творца. Надеюсь, вы знаете о Сынах Бога?
Дзирды, пораженные услышанным, вновь кивнули.
– Я все сказал, – с этими словами мужчина исчез, и окно захлопнулось.
Пространство вновь стало спокойным, но тревога в сердцах воинов лишь усилилась. Они не знали, что делать дальше, но были уверены в одном: их княгиня в опасности.
– Что будем делать, командир? – снова спросил один из воинов.
– Надо связаться с Горой… Там, на Горе, знают, что делать. Этого Машвела преследовать запрещаю.
Воины поспешно покинули коридор и вернулись в замок. Сам замок ожил. Слуги, приближенные к княгине, и воины отряда стражи проснулись, и на всех легла печать страха и горя.
* * *
Гномка стояла на балконе, где закатные лучи солнца окрашивали небо в багряные тона. На ее горе никогда не наступала ночь, но она просила, чтобы здесь, как и внизу, где она когда-то жила, дни делились на свет и тьму. Облака, словно окрашенные кровью, медленно темнели, и она, погруженная в свои мысли, отдыхала от дневных забот, готовясь отойти ко сну.
Неожиданно на балкон ворвалась дзирда из ее ближайшей охраны. Ее лицо было искажено страхом, глаза полны тревоги.
– Госпожа!.. Беда! – выдохнула она, задыхаясь. – Наши воины из княжества Чахдо сообщили, что княгиню Ильридану похитил Машвел, покровитель воров и разбойников. Он угрожает убить ее, если мы попытаемся его преследовать. Что нам делать?
Гномка замерла, словно пораженная молнией. Ее сердце сжалось от мгновенно вспыхнувшей боли, а мысли лихорадочно заметались в голове. Она не могла поверить в происходящее.
– Это точно? – спросила она, стараясь сохранить спокойствие, но голос ее дрожал. Кулаки сжались так сильно, что ногти впились в кожу.
– Да, это точно, – подтвердила дзирда. – Некоторые стражники погибли в схватке, в самом замке. Сопровождавшие Машвела бандиты тоже убиты, но сам он исчез, похитив княгиню.
– Каков подлец! Воюет с женщинами! – произнесла гномка и поняла, что полностью успокоилась. – Иди, я буду думать, как спасти мою сестру, – властно произнесла она. – Никому ничего не предпринимать!
Стражница покорно склонила голову, но в ее глазах можно было прочитать огромное облегчение. Она ушла, оставив Глазастую на балконе одну. Теперь облака кровавого цвета не казались ей украшением неба, они пророчили беду. Только вот кому? Гномка уперла руки в бока.
– Гора, – произнесла она, обращаясь к ней как к живому существу, – что мне делать, чтобы спасти Ильридану? Как бы поступил мой муж?
В ее голове пронеслись видения.
Сначала она молниеносно прибывает в столицу княжества, потом атакует Машвела в его убежище, у нее вырастают черные руки, которыми она рвет похитителя на части и вся в крови спасает Ильридану.
– Нет, – покачала головой гномка, – я не мужчина, и у меня нет черных рук. Так не надо, как мой муж. Надо, как я могу ее спасти.
Перед ней появились образы трех стражей горы и Птица, стоящего за их спинами.
– Вот что мне нужно, – приободрилась гномка, поблагодарила гору за совет и крикнула: – Рострум, ко мне!
Тут же на балконе появилась худая, мосластая фигура командира стражи в нелепом наряде. Он был одет в синюю мантию, голову венчал остроконечный колпак с козырьком, на колпаке – странная эмблема: две свитые змеи в обрамлении венка из цветов. Золотые погоны на плечах с висюльками, и грудь увешана орденами и медалями. Машинально гномка прочла: «За отвагу», «За победу над Роком»… Потом встряхнула головой, отгоняя наваждение.
– Где еще двое? – строго спросила она.
Два помощника, Мастер и Мессир, появились из воздуха и уверенно шагнули вперед, отрапортовав:
– Мы здесь, хранительница.
Мастер, облаченный в зеленую мантию с серебряными погонами и колпак с козырьком, выглядел как мудрый маг. Мессир, в красной мантии и с теми же серебряными погонами, напоминал воина-стража. Их наряды постоянно менялись, словно они были модницами, что вводило гномку в замешательство. Она пристально изучала замерших стражей, пытаясь разгадать их тайну.
Внезапно над балконом раздался пронзительный крик Птица:
– Стой, раб, мясо!
Гномка нахмурилась и спокойно произнесла:
– Умолкни, Птиц. Мы здесь серьезные дела обсуждаем.
Рострум убрал змей и спрятал под мантию. Он неожиданно заговорил обычным голосом:
– Что случилось, хранительница?
– Пошли, – уверенно произнесла гномка и подошла к краю балкона, повела руками и произнесла: – Это столица княжества Чахдо. Вот таверна…
– Что такое таверна? – спросил Мастер.
– Это трактир, – пояснила гномка. – Я…
– А почему трактир называется таверна? – перебил ее Мессир.
– В Чахдо так принято, – терпеливо произнесла гномка.
– Странные люди, – начал Рострум, но, увидев заледеневший взгляд гномки, осекся. – Продолжай, Хранительница горы, – смиренно произнес он и дал подзатыльник Мессиру. Тот дал подзатыльник Мастеру, а Мастер, не мудрствуя лукаво, схватил Птица и сбросил с балкона в пропасть, тот заорал благим матом и полетел камнем вниз.
– Вернись, – устало произнесла гномка и отвесила Мессиру подзатыльник. Ее ладонь пролетела в воздухе сквозь голову Мессира, но Мессир заморгал.
– За что? – возмущенно спросил он.
– Вы закончили свои игры? – не повышая голоса, спросила Глазастая. Но ее взгляд не предвещал страже ничего хорошего. Они знали, что хранительница может сурово наказывать провинившихся.
– Все, теперь мы нормальные, – Рострум поглядел на товарищей. В это время вернулся Птиц и замер за их спинами. – И слушаем.
