Наряду с действием многих политических групп в стране было разрешено коммунистическое движение. На уличных и фабричных собраниях выступали его лидеры, вернувшиеся из подполья, тюрем и ссылок. Его бывший глава, Тольятти, член Коминтерна, в конце марта приехал из Москвы и тотчас же оживил работу коммунистов и изменил их тактику. Коммунисты предварительно объединились с остальными политическими партиями в требовании политических изменений и отречения короля. Но вскоре после своего возвращения Тольятти призвал членов своей и других партий сотрудничать с правительством Бадольо до создания правительства, где будут представлены крупные массовые политические партии, отложить рассмотрение вопроса об отречении короля и бросить все силы на борьбу с немцами.
В конце концов, американское правительство было вынуждено изменить свои планы. Видя, что все время находятся причины, оттягивающие срок уничтожения фашизма – одной из задач, ради которой США вступили в войну, – оно теряло терпение. Оно попыталось через Консультативный совет произвести преобразование правительства Бадольо и склонить короля к отречению. Британское правительство наконец уступило. Оно согласилось сказать королю, что ему пора оставить трон. Британский представитель в Консультативном совете подписал резолюцию, в которой совет заявил, что будет приветствовать, если Бадольо сформирует новое правительство, в котором будут представлены все партии.
Мэрфи – американский представитель в Консультативном совете и политический советник Эйзенхауэра – 11 апреля встретился с королем и потребовал немедленного отречения от престола. Король не согласился. Самое большее, на что его удалось уговорить, – сообщить народу, что после взятия союзниками Рима он удалится от дел, назначив своего сына, принца Пьемонта, генерал-лейтенантом королевских войск. Поскольку американское правительство не надеялось на решение британцами этого вопроса силовым путем, оно согласилось на такой компромисс, прекрасно понимая, что окончательная судьба монархии будет решена плебисцитом после войны. На следующий день, 12 апреля, король подписал королевский указ и сделал сообщение. Вскоре комитет итальянских партий, претворяя в жизнь решение Консультативного совета, принял решение войти в новое правительство, главой которого останется Бадольо, но которое будет в основном состоять из его представителей. Это было 16 апреля, а 17 апреля на пресс-конференции в Москве Вышинский одобрил недавнее решение Консультативного совета, сказав, что оно выражает общую точку зрения союзников и является шагом вперед в решении политических проблем Италии.
Новое правительство приступило к своим обязанностям 24 апреля. Среди главных фигур новой администрации были Бенедетто Корчи, граф Сфорца (против кандидатуры которого возражал Черчилль) и Тольятти, лидер коммунистов. Все они были министрами без портфелей.
Предвидение Черчилля вскоре сбылось. Бадольо от имени нового правительства настойчиво требовал признания Италии союзником. Согласие на это почти наверняка давало Италии право требовать применения к ней условий перемирия и сохранения целостности итальянской территории. Такой поворот событий мог бы вызвать недовольство Югославии, Греции и Франции. Предвидя это, британское правительство всячески противилось каким-либо изменениям, с чем согласились и американцы.
Пока новое правительство занималось делами разграбленной и разрушенной Италии, союзные войска наконец овладели Римом, тем самым увеличив территорию Италии, свободную от немцев. За день до взятия Рима, 5 июня, король выполнил свое обещание и передал трон принцу Гумберту, генерал-лейтенанту королевских войск. Лидеры итальянских политических партий в Риме тотчас же сделали попытку сместить Бадольо. Пока американское и британское правительство решали, следует ли допускать это, дело было сделано. Итальянские политические деятели просто отказались служить под руководством Бадольо. Без советов с союзниками они сформировали новое правительство во главе с Бономи, а министром иностранных дел стал граф Сфорца. Черчилль был обеспокоен отстранением Бадольо в пользу «этой группы пожилых и голодных политиков», но не мог этому воспрепятствовать. Новый кабинет торжественно обещал принять на себя обязательства, взятые правительством Бадольо. в том числе условия капитуляции и отсрочку решения о судьбе монархии до окончания войны в Италии. До поры до времени спорные вопросы, касающиеся Италии, союзниками не обсуждались.
Политические волнения в странах, расположенных в зоне европейского театра военных действий; лето 1944 года (продолжение)
В то самое время, когда был взят Рим и началась операция «Оверлорд», возродились надежды на достижение мирных и взаимно приемлемых решений по управлению Югославией.
Напомним, что во время конференции министров иностранных дел в Москве попытка заручиться поддержкой Советского Союза в деле объединения политических групп Италии ни к чему не привела. Месяц спустя, пока работала конференция в Тегеране, Тито созвал политический конгресс. Он учредил временное правительство, в котором коммунисты, пусть и в меньшинстве, стали правящей элитой. Оно требовало права представлять Югославию, не признавало власть короля и его правительства в изгнании и запретило королю возвращаться после освобождения страны. Все это, а также слухи об интригах с Советским Союзом, толкнуло Черчилля на новую попытку убедить Сталина в последующем соблюдении его интересов. Эти действия Черчилля, должно быть, были вызваны заявлением Бенеша, сделанным им в Москве в декабре. Он передавал слова Сталина о поддержке им идеи Югославской федерации: хотя ему не нравится теперешнее правительство короля, он не питает к королю никакой личной неприязни; он симпатизирует Тито. но, как человек широких взглядов, не будет вмешиваться во внутреннюю политику страны.
Британское правительство продолжало изо всех сил устранять препятствия на пути установления соглашений между группами Сопротивления, британским правительством и королевским правительством в изгнании. Оно усилило помощь партизанам Тито. А так как четники Михайловича больше не проявляли желания сражаться с немцами, оно отказало им в помощи и отозвало британские миссии, действующие на их территории. Теперь Черчилль стал отзываться о Михайловиче как о «камне на шее маленького короля…».
30 декабря Черчилль написал Идену: «Сейчас нет никакой возможности заставить Тито принять короля Петера, как quid pro quo для того, чтобы не принять Михайловича. Когда Михайлович уйдет, шансы короля улучшатся, и мы сможем защищать это дело в штабе Тито».
Черчилль уговаривал короля освободить Михайловича от должности военного министра в королевском правительстве. Одновременно британские офицеры связи, приближенные к Тито, добивались компромисса и союза с королевским правительством, чтобы привлечь в свои ряды югославов, особенно сербов, преданных королю.
В течение первых месяцев 1944 года, пока британское правительство применяло эту тактику, войска Тито превратились в сильную армию, привлекающую в свои ряды все больше и больше людей. «Запятнанное», как назвал его Черчилль, королевское правительство в изгнании, напротив, начало разлагаться. В марте король с премьер-министром вернулись в Лондон, оставив остальных членов кабинета в Каире. К 1 апреля Черчилль начал бояться, что, если в ближайшее время правительство не начнет действовать, будет упущен последний шанс. В письме к Идену он выразил мнение, что решение неизменно, и добавил: «Обсуждая эти вопросы в Каире, мы видели проникновение грандиозной русской миссии в штаб Тито, и у нас не остается сомнений, что русские будут стремиться к созданию коммунистической Югославии, управляемой Тито, и откажутся от всех альтернатив как от „недемократичных“».
Однако советское правительство на каждом шагу повторяло о своей поддержке Тито на проходящих переговорах и позволило британцам взять на себя лидирующую роль.
Молодой король наконец с грустью понял, что ему лучше последовать совету британцев. Он согласился на формирование нового правительства, в которое не войдет Михайлович. Шубашич, бывший губернатор Хорватии, член крестьянской партии, придерживающийся умеренных взглядов, был назначен премьер-министром. В письме к Тито Черчилль писал: «Будет очень жаль, если Вы поспешите публично отказаться от них… Битва в Италии идет успешно. Генерал Уилсон заверяет меня в своей решимости оказывать Вам всемерную помощь. Поэтому я чувствую себя вправе просить Вас воздержаться от каких-либо высказываний против этих событий, по крайней мере до тех пор, пока мы не сможем обменяться телеграммами по этому вопросу».
В послании от 24 мая он объяснил Тито: «По моему представлению, этому правительству следует на некоторое время затаиться и предоставить событиям идти своим путем». Из краткой фразы, которой он закончил послание, видно, как непринужденно и весело он обращался к югославскому партизанскому лидеру: «Передайте привет Рэндольфу (сыну Черчилля), если он покажется на вашем горизонте. Маклин (глава британской миссии у Тито) скоро вернется. Я бы и сам хотел приехать, но я слишком стар и тяжел, чтобы прыгать с парашютом!»
