Цвет не принадлежал этому миру, но был частью его. Той частью, что всегда находилась в тени реальности.
— Что все это?!.. — Галент повертел головой, ища лучника.
Ему очень хотелось, чтобы рядом оказался кто-нибудь, способный объяснить все странности, происходящие вокруг. Но ни лучника, ни его повелительницы не было. Тайны не желали так просто выходить на свет, они играли с людьми, вынуждая их бороться за правду.
— Хм, вот и делай после этого подарки женщинам.
Галент почувствовал сонливость, похоже, что травяной яд начал свое действие, но тело не болело. Это не походило на наркотическое забвение, просто боль отступила. Галент полагал, что просто успел к ней привыкнуть. Он медленно двинулся в бок, намереваясь развернуться. Спать на травяной подстилке небезопасно, не ровен час, с ним случится то же самое, что и с инквизитором.
Становиться удобрением Галент, конечно, не желал.
Вор успел добраться до голого берега озера, когда в пещеру вошли сразу десяток людей. Впрочем, людьми их назвать можно было лишь условно. По крайней мере, это точно не были горожане. Большинство вошедших были обнаженными, часть носила набедренные повязки и какие-то маски из черепов лесных чудовищ. Украшениями всем вошедшим служили лишь многочисленные татуировки. Кожа, покрывающая огромные мускулы подземельщиков, казалась маслянистой, словно шляпка гриба, и слегка искрилась.
Галент не смог бы рассмотреть вошедших, не вооружись они факелами и светильниками из фосфоресцирующих грибов. Вор не ожидал ничего хорошего от толпы мужчин, которые явно не имели ничего против здорового каннибализма.
"В жертву принесут, как пить дать!" — подумал Галент и вздрогнул.
Бежать не имело смысла, он бы все равно не смог скрыться от них. Сражаться? Теоретически Галент мог бы убить нескольких, возможно еще парочку ранить, но справиться со всеми? Это невозможно. Вору оставалось лишь надеяться на милость дикарей и мечтать о быстрой смерти.
"Говорят, эти ребята любят наматывать кишки пленников на свои алтари, замечательно…" — Галент все же взялся за нож.
Уж лучше умереть тут, чем отправляться на свидание с подземными демонами. Вор в очередной раз приготовился к встрече со смертью. Это начало уже раздражать.
Оружие чуть успокаивало, но холодная суровость подземных жителей не располагала к бесполезному геройству. Они не обратили внимания на все вооружение вора. Заточенная железка их нисколько не пугала.
Часть мужчин, чьи тела были чуть менее изукрашены татуировками, приблизилась к Галенту. Один из них походя выбил из рук раненого нож, остальные тут же принялись сдирать с вора все его снаряжение.
Галент и глазом не успел моргнуть, как остался практически обнаженным.
Дикари делали все быстро и молча, Галент пытался возмущаться, но его никто не слушал. Под конец, ему просто заткнули рот кляпом, связали руки и бросили на носилки.
Мужчины подняли носилки с раненым и направились к выходу из пещеры. Галент мычал, дергался, пытался высвободиться, но усталость брала свое. Путы же были надежными, видно подземным жителям не впервой приходилось тащить добычу в логово. Галент мог только гадать о своей дальнейшей судьбе. Он пытался запомнить дорогу, но это было нелегко — стены вокруг проносились стремительно, словно дикари двигались со сверхчеловеческой скоростью. Наверняка, так и было, но Галент не чувствовал стремительного потока воздуха, который должен был бы сдувать его с носилок.
Без магии тут не обошлось. Только она могла сотворить такое чудо, превратить подземелье в длинный коридор, облицованный зеленым мрамором. Наверняка, этот "мрамор" на самом деле растительного происхождения, но для Галента он сливался в монолитную стену камня. Вор словно попал в пищевод самой земли и теперь проваливался в ее недра.
Дорога шла под уклон, вор все дальше уходил от света, от Города — все глубже и глубже. Церковники сказали бы что-нибудь наставительное по этому поводу, но их тут не было. И никогда их тут не будет, так что никто не узнает о страшном конце еретика.
Галент пытался выбраться из носилок, но идущие рядом дикари заталкивали его обратно. Да и что он мог выиграть, если бы ему позволили спрыгнуть из колыбели? Скорее всего, вор просто эффектно покончил бы со своей жизнью, оставив кровавый след в этом зеленом подземелье.
Вскоре идущим впереди дикарям в рогатых масках-черепах просто надоели попытки вора сбежать. Один из них приостановился, поравнялся с носилками и, сказав несколько слов, обездвижил вора. Галент превратился в безвольный мешок с мясом. Разум больше не контролировал тело, мышцы расслабились — все мышцы расслабились — но вор оставался в сознании и мог видеть все, что происходит вокруг, а так же ощущать неприятное тепло внизу.
Дикарь-маг вернулся к своим коллегам по ремеслу, и вся процессия с той же скоростью продолжила путь сквозь подземную тьму.
Оглушенному магией вору казалось, что время остановилось. Он лишился последних ориентиров в подземелье. Течение времени принадлежало теперь шаманам-дикарям. Галент думал — больше ему ничего не оставалось — но все его мысли были сплошь депрессивными.
Оказаться в руках дикарей, которые и света-то не видели, что могло быть хуже?
Галент мог бы сказать, что хуже оказаться в руках инквизиции. Но, глядя на свой конвой, который больше походил на цирковых зверей, он изменил мнение.
Дикари были колоритными, настоящим ужасом, которому место в страшилках. Не все сказки, как оказалось, врали. Нецивилизованные люди пугали как своим видом, так и своим духом.
Галент рассматривал людей, которые находились в поле его зрения, но мечтал закрыть глаза. Веки не слушались, так что вор мог наслаждаться видом чудовищ, которые наверняка вскоре отведают его мясца. Те дикари, что несли его носилки, скорее всего, были кем-то вроде слуг и не имели решающего голоса в отряде. Но, даже находясь на низшей ступени социальной лестницы, если подобное уместно по отношению к дикарям, они больше походили на древних титанов или демонов — как кому угодно.
Мощные, кряжистые мужчины, которые смогли бы разорвать Галента голыми руками и преспокойно отправиться по своим делам. Вся их кожа походила на обвинительный приговор в ереси — она была испещрена всевозможными письменами, возможно, магического свойства. Лица же дикарей больше походили на погребальные маски, Галент даже подумал, что они на самом деле мертвы. Зачем содержать толпу слуг, если можно оживить парочку трупов? По крайней мере, Галент не исключал такой возможности.
Вор знал, что дикарская магия способна оживлять мертвых, точнее, заставлять тела умерших двигаться, исполнять простые команды. Официальных подтверждений подобному не было, но слухи-то ходили.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
