— Осторожно спросил Салем. — Ты выглядишь так, словно вот-вот взорвешься. Сбавь
обороты, крошка.
— Я прекрасно себя чувствую. — Пламя на металл. Пружинный механизм.
Бесшовная спайка.
— Оглянись, принцесса! Манекены танцуют.
Она слышала, как они двигались, но даже не взглянула на них.
— Эй, эти манекены изобретательны.
Беттина затушила пламя, хлопнув ладонью по своему рабочему столу.
— Пожалуйста, Салем!
Манекены замерли, словно получили оскорбление.
— Хорошо. Могу ли я идти шпионить дальше?
— Да. Конечно. Иди.
— Возможно теперь, когда их делегаты мертвы, некоторые из моих источников
поделятся подробностями о Гурлаве...
— Звучит как план, — рассеянно ответила Тина, поднимая паяльную лампу. Она
исступленно занималась своей работой.
— Я ухожу, принцесса.
Еще не ушел? Девушка обдула последнюю разогретую часть
металла, изучая
собранную деталь. Гордость вспыхнула в ее груди, когда она потушила свою паяльную
лампу. Изделие выглядело в точности, как на эскизе Дакийского.
Когда Салем, наконец-то, ушел, ощущение чьего-то присутствия осталось.
Глава 30
— Ты пришел рано, — сказала Беттина Треану.
Она почувствовала мое присутствие? Он полностью проявился в комнате.
— Ты необыкновенная, — восхищенно выдохнул Треан.
Во время работы с паяльной лампой движения Беттины были настолько точными и
быстрыми, что простые смертные не смогли бы уследить за еѐ руками.
В то время как пальцами она проворно ковала грозное оружие, взгляд еѐ оставался
сосредоточенным. Ее глаза азартно светились, зрачки блестели, словно драгоценные
камни.
Прекрасное зрелище.
Переместившись в покои Беттины, Треан ощутил как затянувшаяся ярость из-за
нападения на девушку и непривычное замешательство, словно два диких зверя, сошлись
в битве внутри него. Пока он наблюдал за нею, его потрясение постепенно рассеялось.
Беттина
в безопасности, здорова,
рядом с ним. Врекенеры
мертвы.
И она
так
чертовски красива.
Его ярость
трансформировалась
в похоть. Чем больше
Треан
смотрел
на
свою
Невесту, тем сильнее вожделел еѐ, вспоминая, как эти тонкие пальчики с нетерпением
касались его тела.
Был ли он когда-либо настолько тверд?
Поставив изготовленное оружие в специальные подставки, Беттина повернулась к
нему.
— Нам о многом нужно поговорить.
— Я не собираюсь мешать тебе закончить твою работу, — откашлявшись, сказал
Треан.
— Я никогда не работала здесь ни при ком, кроме сильфа, — растерялась Беттина.
— Это наглое существо, которое только что ушло?
Девушка одарила Дакийского взглядом, говорящим: «Ты ничего не понимаешь».
Этот сильф подсматривал за ней в ванной? Нужно будет обязательно
расспросить еѐ об этом, Треан.
— Бетт, ты же почти закончила. — Он переместился к ней, посмотрел на
украшение. — Ни одного шва?
— Я ведь не сапожник, Дакийский, — обиженным тоном пробубнила девушка.
— Нет, конечно, нет. — Ответил он и ухмыльнулся. — Ни у одного вампира нет
более талантливой Невесты, чем у меня.
Девушка собралась поправить свою маску, но поняла, что не надела ее.
— А как же обещанная тебе экскурсия?
— Эта мастерская — единственное место в Руне, которое я хотел увидеть.
Впечатляюще. Расскажи мне обо всем, что я вижу.
Словно сжалившись над ним, Беттина начала объяснять:
— Этот верстак для изготовления деталей, а этот для их последующей сборки. Там,
— указала она на третий, снабженный множеством антикварных деревянных ящиков
станок, — я прорабатываю детали: вырезание, гравировка, обработка ядом.
— Твоя коллекция ядов? — Потянув за один из ящиков, спросил Треан.
— Я бы не стала прикасаться к ним без перчаток, — пожала плечами Беттина.
— О-у, — опуская руку, произнес он. — Ты, должно быть, на стадии гравировки.
— Моя заказчица любит сложные орнаменты. Когда ты уйдешь, я начну
гравировать конструкцию вдоль верхних колец.
— Я думаю, ты хочешь закончить все сейчас.
Беттина покусывала нижнюю губу.
— Ты мог бы вернуться через час.
— Не вариант, — скрестив руки на груди, ответил Дакийский.
Беттина перевела взгляд на свой проект.
— Между нами много недомолвок. У меня есть... вопросы.
— Я отвечу на все. Только выполни мою просьбу.
Еще один косой взгляд на оружие.
— Ты почти закончила, — уговаривал он еѐ, — если не закончишь, ни о чем
другом ночью думать не сможешь. Уверен, финальная гравировка — твоя любимая часть
процесса.
Беттина удивленно посмотрела на него:
— Отлично. Если тебе хочется поскучать, я продолжу.
Она позволит ему увидеть новые грани себя? Эта уступка много значит для него.
Возможно, она подпустит его ближе к себе.
Беттина переместила оружие на третий верстак, закрепила его в тиски и открыла
небольшой ящик.
— Что это?
— Ручной инструмент. — Напильник и зубила с полированными рукоятками из
слоновой кости сами по себе выглядели как произведения искусства. Беттина достала
самое маленькое долото с наконечником не намного больше перышка.
— Что собираешься гравировать?
