через узкую щель забралась в амбар с зерном, а затем, досыта наевшись, растолстела и уже не смогла выбраться наружу. Ласка, наблюдавшая за мышкой, мудро ей заметила, что она сможет выбраться наружу только такой, какой забралась, то есть тощей. Если эта басня касается и его, пишет Гораций, он готов «с радостным сердцем» вернуть Меценату все подарки (и даже, очевидно, имение), поскольку свободный досуг для него дороже «богатства арабов». Во второй половине послания Гораций рассказывает поучительную историю о простом глашатае Вольтее Мене, которого решил облагодетельствовать богатый аристократ Филипп. Он приблизил к себе Вольтея, сделал его своим клиентом и дал денег для покупки земли. Счастливый Вольтей приобрел себе поле, стал рьяно заниматься сельским хозяйством, но прогорел из-за неурожая и падежа скота, так как не имел достаточных знаний и опыта. В конце концов, Вольтей примчался к Филиппу и стал умолять, чтобы тот вернул его к прежней жизни. Мораль сей басни, по Горацию, такова: «Кто только раз хоть заметил, сколь то, что покинул он, лучше / Нового, что он искал, — пусть скорее вернется к былому» (ст. 96–97).
Восьмое послание адресовано начинающему писателю Цельсу Альбиновану, который в качестве писца сопровождает будущего императора Тиберия в его восточном походе. Этот Цельс упоминается также и в третьем послании (ст. 15–20). Гораций не обращается к нему напрямую, а беседует о нем с музой. Он велит ей передать Цельсу привет «с пожеланьем успеха». Если он спросит, как живет Гораций, музе следует ответить, что живет «кое-как и не сладко». Происходит это не из-за того, что в поместье поэта случился неурожай или болеет скот, а из-за того, что его душевное и физическое здоровье с годами ухудшилось, он стал раздражительным, вспыльчивым и капризным. В конце послания Гораций просит музу узнать у Цельса, как тот поживает, как справляется со своими обязанностями, как ладит с Тиберием и его воинами? Если Цельс ответит, что хорошо, она должна выразить радость и в ответ шепнуть ему на ухо: «Если ты в счастье таков же, как был, то и мы таковы же».
Девятое послание адресовано молодому Тиберию Клавдию Нерону, будущему императору, которому Гораций рекомендует своего друга Септимия. Последний попросил поэта похлопотать за него, желая попасть в число приближенных Тиберия и, очевидно, принять участие в известном походе на Восток в 20 году до н. э. Этому же Септимию посвящена ода II.6.
Десятое послание адресовано Аристию Фуску, к которому обращена также ода I.22. Фуск рассматривается здесь как поклонник городской жизни — «любитель Рима», а Гораций — как «любитель села». Однако поэт подчеркивает, что только в этом они расходятся с Фуском, а в остальном же — «почти близнецы мы, братья душой». Гораций пылко восхваляет «прелесть деревни» и сельскую жизнь, заявляя, что жить следует, «согласуя желанья с природой», а также всячески избегая богатства. Далее он приводит басню о коне, победившем с помощью человека ненавистного оленя, который постоянно выгонял его с общего луга. В качестве платы за помощь человек надел на коня узду и, таким образом, лишил его свободы. Также и богач, страшась нищеты и не желая довольствоваться малым, теряет свободу, поскольку становится рабом своего богатства («везет на себе господина»). Чтобы жить разумно, внушает Аристию поэт, нужно довольствоваться своим жребием (то есть довольствоваться малым) и не стремиться к богатству. В конце стихотворения Гораций отмечает, что это письмо «диктовал у развалин я храма Вакуны» (древней сабинской богини).
Одиннадцатое послание адресовано Буллатию, посетившему Малую Азию. Гораций интересуется у друга, какое впечатление произвели на него некоторые малоазийские города и острова. Причем поэт спрашивает о тех местах, которые сам когда-то посещал, очевидно, во времена походов Марка Брута. Гораций замечает, что с удовольствием жил бы в пустынном малоазийском городе Лебед (Лебедос), «всех позабывши своих и ими равно позабытый», и любовался бы с берега на бурное море. Однако далее поэт пишет, что здоровым людям не следует тратить время на путешествия, поскольку они для них бесполезны. Сам он ныне также не испытывает желания куда-либо ехать. Счастье, считает Гораций, следует благодарно принимать тогда, когда его дарует божество, а не откладывать «радости на год». Избежать забот помогут только разум и мудрость, а не иные земли, ибо «только ведь небо меняет, не душу — кто за море едет». Многие ищут счастья за границей, хотя вполне способны обрести его у себя на родине, даже в захолустных Улубрах (городок в италийском Лации), правда, при условии, что будут находиться в согласии сами с собой.
Двенадцатое послание написано в 20 году до н. э. и адресовано Икцию, которому ранее была посвящена ода I.29. Он занимался философией, а также являлся управляющим обширными имениями Марка Випсания Агриппы, находившимися на Сицилии. Гораций в этом послании призывает Икция бросить пустые жалобы и разумно пользоваться теми благами, которые он получает на службе у Агриппы — ведь даже сам Юпитер не сможет дать ему больше. Кроме того, поэт доволен тем, что у Икция, при всех его заботах и обязанностях, остается время для занятий философией. Затем Гораций просит Икция сойтись с местным помещиком Помпеем Гросфом (адресатом оды II.16), желаниям которого не следует противиться, то есть нужно оказать ему некую услугу. В конце послания поэт сообщает другу последние политические новости, услышанные в Риме, а также отмечает, что в этом году в Италии выдалась на редкость урожайная осень.
Тринадцатое послание адресовано Винию Азине, возможно, центуриону преторианской гвардии, которому Гораций поручает отвезти императору Августу сборник своих «Од» (I–III книги). Вероятно, послание было написано как раз в 23 году до н. э. Гораций подробно наставляет Виния, как и когда следует вручить оды Августу, дабы не вызвать неудовольствие императора. Поэт также просит Виния, чтобы он бережно обращался со свитками его сочинений по пути в Рим и ненароком не испортил их.
Четырнадцатое послание адресовано рабу-управляющему (вилику) сабинского имения, который, будучи простым слугой в Риме, мечтал о сельской жизни, а теперь, получив желаемое, грустит о беззаботной жизни в городе. Гораций пишет ему, что задерживается в Риме из-за смерти Квинта Элия Ламии, брата Луция Элия Ламии. Известно, что поэт был очень дружен с Луцием и ранее посвятил ему две оды (I.26 и III.17). Он счел невозможным бросить своего друга, безутешно скорбящего о смерти брата, и поэтому пока остается в столице, хотя всей душой стремится скорее вернуться в сабинское имение. Гораций упрекает скучающего в усадьбе вилика за непостоянство, а затем объясняет ему, почему сельская жизнь спокойнее и приятнее, чем жизнь в городе. В данном случае разница между хозяином и рабом обусловлена не только их вкусами, но и противоположными подходами к восприятию жизни.
Пятнадцатое послание адресовано
