Отменные диалоги, щедро рассыпанные по тексту цитаты и афоризмы, вкусно выписанные характеры героев — все это оказалось бы отличной приправой к великолепному блюду, если бы не одно «но». На протяжении всего романа не проходит ощущение, что это уже где-то было, было…
Если напрочь забыть, что главных персонажей всего двое, то книга воспринимается как новая версия приключений старых героев в иных обстоятельствах. Словно бы (ход, часто используемый автором в предыдущих романах) матрицы сознаний Новикова и Берестина наложили на Тарханова, а Воронцова с Шульгиным — на Ляхова. Они и изъясняются так же, вкусы и интересы у них такие же, да и переживания их возлюбленных словно скопированы с романа «Одиссей покидает Итаку».
По всей вероятности, «Дырка для ордена» — сиквел, грозящий перерасти в очередную бесконечную сагу с новыми, пока еще не примелькавшимися героями.
Вячеслав ЯшинСергей БУЛЫГА
ЧЕРНАЯ САГА
Москва: Вече, 2002. — 480 с.
(Серия «Магические письмена»).
7000 экз.
________________________________________________________________________
Иной раз даже во вполне разумных статьях сталкиваешься с очень странным представлением об «интеллектуальной НФ и фэнтези». В качестве «интеллектуальных» почему-то предлагаются нарочито невнятные и полные надуманных литературных вывертов произведения. Но это не интеллектуализм, а тривиальное неуважение к читателю. Интеллектуализм — это присутствие в фантастическом произведении новых и оригинальных идей. Причем, изложенных максимально доступным языком. Старый тезис: «Кто ясно мыслит — тот ясно излагает». Боюсь, что к «интеллектуальной фэнтези» некоторые попытаются отнести и «Черную сагу» С. Булыги.
В романе белорусского фантаста перед нами предстает даже не то чтобы «славянская» фэнтези, а та ее разновидность, которую можно было бы с чистой совестью назвать «варяжской». Почти скандинавские герои «Черной саги» живут и действуют среди декораций, которым можно найти аналоги в истории нашей реальности. Руммалия напоминает Византийскую империю, ее столица Наиполь — Костантинополь, Земля Опавших Листьев — вроде бы Северная Русь, а Ярл-град — то ли Новгород, то ли Старая Ладога. Правда, сражаются и умирают обитатели этого мира в духовной тени некоего мистического Источника, будто бы способного вмешиваться в судьбу каждого человека. Но, пожалуй, только этим таинственным воздействием и можно объяснить истерически взвинченное состояние персонажей «Черной саги» и поразительное отсутствие логики в их поведении. Автор, конечно же, легко парирует придирки критики, заявив, что мышление средневековых людей принципиально отличалось от нашего. И с этим можно было бы согласиться, если бы не одно «но»: современный читатель, привыкший к совершенно другому восприятию мира, все же должен понимать, что происходит на страницах романа. Здесь же начинаешь просто тонуть в малопонятных и велеречивых монологах не слишком симпатичных персонажей.
Попытка создать «высокохудожественное произведение» привела только к тому, что болезненное многословие погребло под собой все — и сюжет, и связную картину мира, и даже без конца вещающих героев.
И уж совсем испытываешь оторопь, когда автор в последней главе неожиданно пытается дать своему фэнтезийному миру псевдоматериалистическое объяснение: якобы Источник — это наследие працивилизации, своего рода портал, связывающий данный мир со вселенной неизмеримо более развитых и могущественных существ. Эти существа проникают на земли «Черной саги» и становятся там богами. Этакий перепев «Князя света» Р. Желязны…
Глеб ЕлисеевНаталья РЕЗАНОВА
УДАР МИЛОСЕРДИЯ
Москва: Вече, 2002. — 416 с.
(Серия «Магические письмена»).
7000 экз.
________________________________________________________________________
Книги Натальи Резановой — отнюдь не для любого читателя. Прежде всего из-за нарочито неторопливого, размеренного стиля, присущего скорее романам Вальтера Скотта, чем беллетристике начала XXI века. Кто привык к бешеному драйву и сюжету типа «скоростной спуск с лестницы», в текстах Резановой просто завязнет.
Однако в новом романе писательница все-таки пошла на некоторые уступки массовому читателю. Смена ракурсов повествования, ставшая возможной при изложении событий от третьего, а не первого лица, добавила тексту живости. Да и в самих событиях романа, снова переносящего нас в вымышленную европейскую империю Эрд-и-Карниону, куда меньше хроники и больше интриги. Кто убивает женщин принца Норберта и с какой целью его хотят свести с ума? Кто такая комедиантка Дагмар, почему она способна жить полной, жизнью лишь на сцене, а за ее пределами превращается в безразличную ко всему тень? За каким чертом (иначе трудно выразиться) послан в герцогство Эрдское опытный полководец Кайрел ап Тангвен? И кто та женщина, которую он убил во сне, и с тех пор не способен полюбить никого другого? Вот далеко не полный перечень вопросов, на которые предстоит ответить главному герою по имени Джаред, наделенному странным даром проникать в чужие сны. Некоторые ответы читатель получит довольно быстро, остальное — лишь в конце романа, так что неослабевающее внимание обеспечено до самых последних страниц.
Наконец, две фирменных приправы, без которых не обходится никакой текст Резановой. Первая — знание реалий Средневековья, делающее мир романа чрезвычайно плотным. И вторая — образ женщины-авантюристки, умеющей в случае чего и в окно по веревке влезть, и горло противнику перерезать. Но, в отличие от многочисленных героинь «женской» фэнтези, стремящихся превзойти мужчину в боевых искусствах, магии и прочих мужских делах, Бесс из Финнауна сильна в первую очередь умом и отточенной логикой.
Наталия МазоваДжордж МАРТИН
БУРЯ МЕЧЕЙ
Москва: ACT, 2002.
Кн. 1. 557 с.
Кн. 2. 558 с.
Пер. с англ. Ю. Соколова.
(Серия «Век Дракона»).
15 000 экз.
________________________________________________________________________
В истории с книгой Дж. Мартина о Семи Королевствах произошел тот редкий случай, когда хвалебная реклама оказывалась правдивой. Вот уже третий том автор выдерживает отличный темп и сохраняет сюжетную занимательность, заданные в первой книге, навеянной историей войны Алой и Белой Розы — «Игре престолов» (1996). Борьба за королевский престол Вестероса в «Буре мечей» продолжается, но, если первые тома производили впечатление исторической прозы, то в третьей части тетралогии мистика и иррациональная фантазия становятся все более заметны. В этом томе сражениям за Железный Трон в Королевской Гавани отведено меньше места, нежели схваткам бойцов Ночного Дозора с Иными — духами тьмы и упырями, начавшими свое наступление на Великую Стену, отделяющую мир Семи Королевств от дикого севера.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
