с одной стороны. Как набирают мощь союз красных облаков Акацки с другой, и это при том, что Хирузен намерен снять с доски Итачи, единственного, кто дает нам хоть какую-то нить к этой секретной организации…
— Мне не убивать его, Данзо-сама?
— Теперь уже нет другого выбора. Хирузен выпускает из академии во внешний мир мелкого Учиху, хотя наш договор с его братцем это запрещал. Этим он сам провоцирует Итачи на ответные действия. Тут уже ничего не исправить. Когда ликвидируешь старшего Учиха, принеси мне его голову… по возможности невредимой.
— Как прикажете, Данзо-сама.
— Да еще и зашевелились Облако с Камнем, не говоря о всякой мелочи. Если мы дадим слабину или подставимся, Лист мгновенно разорвут. Это поход по тонкой проволоке над пропастью. И даже сражение с Суной срежиссировано от начала и до конца Орочимару, под незримым контролем Акацки, а дурак Хирузен идет у них на поводу и отказывается слушать мои советы, думая переиграть чертова змея! Да еще отдает Орочимару инициативу первого удара, на его условиях, когда он закончит свою ловушку! А ведь, на худой конец, можно было ударить первыми, пока противник не готов и не ожидает этого. Что может быть разумнее, чем разбить врага по одиночке, до объединения Песка со змеем? Но у нас все будто ослепли! Враги провоцируют, выискивают слабые места Конохи, наши секреты, стараются ослабить нас, заставить растратить силы, заставить подставить незащищенную спину для удара… а наши кретины все равно не видят дальше своего носа! Чтож… если не можешь что-то предотвратить, то иногда это можно и возглавить. И… сохранить силы для очень неприятного сюрприза врагу.
Данзо достал из кармана небольшой свиток и швырнул его Асэми.
— Маленький подарок от Орочимару. Пара техник «открытой» им и высокомерно и пафосно названной «стихии звука». На самом же деле это одна из граней стихии ветра, в которой ты являешься мастером. Начнешь изучать с сегодняшнего дня. Змей надеется купить поддержку или хотя бы нейтралитет Корня в своей игре, обещая мне неземные блага и чуть ли ни все, что я захочу. Видимо уверен, что ради свержения Хирузена и захвата власти, я пойду на любую сделку хоть с самим демоном. А Сарутоби уверен, что держит меня за горло и может легко просчитать мои ходы. Двое самоуверенных недоумков, считающих себя умнее других и даже не заметивших, как их конфликт направляет невидимая рука кукловодов из Акацки.
Шимура неторопливо поднял свою трость и… вдруг резко дернул за рукоять, с тихим шелестом обнажая белоснежное лезвие тонкого, длинного меча.
— Что же… Враги и «заклятые» друзья уверены в своем превосходстве и владении ситуацией… Не будем их разочаровывать. Пусть до последнего думают, что мы всего лишь их глупые пешки, которыми легко управлять… Пусть до последнего видят в нас полезный и ценный инструмент… Пусть до последнего верят в нашу лояльность… Пока не наступит наш час. И тогда… Корень, наконец, выйдет на свет, явив миру свою истинную мощь. Мы защитим Коноху. Как делали это всегда. И не важно какую цену придется заплатить за победу и неважно, кто нам угрожает или противостоит. Учиха, Узумаки, Орочимару, Акацки, Сенжу, Хаширама, Мадара, Облако, сам Десятихвостый или все вместе. И Скрытый Лист обретет то величие, которое заслуживает. А пока… продолжай беспрекословно выполнять приказы Хокаге, разумеется с небольшой моей корректировкой. Но главное…
Данзо провел пальцем по острию своего меча, задумчиво наблюдая, как кровь растекается по светлому лезвию и словно впитывается в него.
— Главное, стань тем ужасающем монстром, которого в тебе все видят. Настоящей Девятихвостой, Несущей смерть, Асэми Кровавой. Тут я согласен с Хирузеном. Пусть он использует тебя в своих целях, но основная твоя задача стать непроницаемой ширмой для Корня и приманкой для врагов. Пускай недруги видят лишь тебя, копают под тебя, пытаются тебя устранить или захватить. Ты превратишься в предмет торга, разменную монету, угрожающий фактор… неважно. Сражайся, убивай, уничтожай все, на что тебе укажу я или Сарутоби. И делай это с самой максимальной жестокостью, от которой содрогнутся все вокруг. Стань приоритетной целью в глазах врагов. Хе, мы сами спровоцируем их и подставим по удар. А твои «громкие» действия скроют настоящие операции Корня с нашими реальными возможностями, и, конечно, позволят твоим собратьям-теням оставаться незамеченными, а их истинный уровень — тайной.
— Да, Данзо-сама.
— Ну и последнее… Приказ Хирузена насчет джинчурики отменен. Наруто не должен быть убит или попасть к врагам ни при каких обстоятельствах. Мы пока не можем идти против старого ублюдка и оставить Узумаки в деревне, поэтому придется тебе сделать все для его защиты. Деревня не должна лишиться демона, чтобы там не навыдумывал в свое оправдание Сарутоби. И, самое главное, Лис не должен попасть к Акацки, а то уж больно подозрительный интерес они проявляют к хвостатым биджу. Если информация из моих источников верна… такое развитие событий станет для нас катастрофой. К сожалению… прямо саботировать задания Хирузена ты тоже не имеешь право, иначе это может нарушить мои планы. Поэтому просчитывай компромиссы и ищи лазейки. Аналитики Корня тебе в этом помогут.
— А остальные мои подопечные?
— Насчет Учиха… — Данзо скривился. — Выполняй приказ хокаге и ликвидируй Итачи. Постарайся, по возможности, пробудить шаринган Саске, в будущем его глаза мне могут еще пригодиться. Кое-какие учебные материалы я тебе предоставлю. Судьба же девчонки меня не интересует. Ну а теперь начнем. Твои навыки должны подтверждать грозную репутацию, а не опровергать ее.
Глава Корня отодвинул бинты, закрывающие правую половину его лица, являя на свет светящийся ало-багровым глаз. На красной радужке, вокруг зрачка, бешено вращались еще три крупные точки, схожие по форме с запятыми(томое). Высший Шаринган… Следом Данзо скинул свой плащ, в который постоянно кутался, никогда его не снимая, оставшись в мешковатой рубашке и серых штанах. Правая рука главы Корня, до того полностью скрытая под накидкой, была сплошь, до плеча, закована в странную металлическую конструкцию испещрённую множеством рун и блокирующих чакру замков. Капнув крови на металл, Данзо сложил несколько печатей, отчего непонятная конструкция тут же вся пришла в движение, перестраивая свои части, и… через несколько секунд просто осыпалась на землю кучей разрозненных деталей.
Правая рука главы Корня не была человеческой.
Неестественно белая кожа, постоянно изменяющаяся, перетекающая какими-то волнами и буграми, подобно расплавленному воску, и на ней больше десятка живых, шевелящихся глаз-шарингана, буквально вплавленных в плоть Данзо. Зрачки будто плавали по его руке, постоянно находясь в движении и явно следя за окружающим миром.
Немного пошевелив жуткой конечностью, старик переложил в
