* * *
ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА
PROPPER NEWS . 10 января 1938 года.
Срочно!
Наш корреспондент в Джибути сообщает, что имперские войска и флот во Французском Береге Сомали срочно переведены на военное положение.
Сегодня утром передовые отряды джезазмача Насибу Эммануэля Гаджиева перешли границы Эфиопии и Британского Сомали. Действуя совместно с моторизованными батальонами девизияра великокняжеской армии Крайны-Словении Антонины Яворник (Белаяц), абиссинские конники с ходу снесли посты англичан и заняли город Борама.
Император Эфиопии Хайле Селассие I встретил Генну — коптское Рождество Христово 7 января в Хараре. Там же, ближе к границе, с прошлой осени располагается Генеральный штаб его королевской армии во главе с османским муширом Мехметом Вехип-пашой.
После взятия войсками Египта Порт-Судана, и объявления в Каире об учреждении Фараоната Кемет и Куш, Британское Сомали оставалось последней колонией Британской империи в Восточной Африке. И хотя, английские войска под командованием принца Генри, герцога Глостерского успешно держат фронт в Германском Камеруне, похоже уже, и эфиопы посчитали что дни Британской империи сочтены. Начавшееся наступление в Сомали, и вчерашнее решение парламента Южно-Африканского Союза о предложении перемирия в Северной Родезии войскам германского адмирала Миклоша Хорти, делают отчаянную борьбу англичан за Африку совершенно безнадежной.
* * *
ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. ОКРЕСТНОСТИ НОВОГО ЦАРЬГРАДА. ИМПЕРАТОРСКИЙ ОХОТНИЧИЙ ДОМИК «МИШКИН». 11 января 1938 года.
— Как отвратительно в России по утрам… — напел я популярную в моё время песню и сладко потянулся.
Я — патриот своего Отечества и могу петь про него всякие гадости. Имею право. Это моё Отечество. Остальным же пасть порву за такое.
Зеваю.
Нет, я вовсе не с большого бодуна (а жаль), просто работал всю ночь над бумагами. Трац-бац и наступило предрассветье. Ложиться уже было глупо.
Дела-дела. Навалилось всё как-то. А, может, просто старею.
Свежо сейчас во дворе. Холодно, откровенно говоря. Но, вот, захотелось подышать.
Зима в этих краях — это вам не Подмосковье. За Уралом вообще жизнь другая. Но едут сюда люди. Не без моей помощи, конечно, но едут. Или в Ромею перебираются, или вот сюда. Тесно стало в европейской части. Там и в городах не так чтобы массово нужны были люди, а в деревне лишние рты вообще были сейчас не нужны. Механизация резко повысила эффективность крестьянского труда, бабы рожали всё меньше, и я сейчас всякими выплатами и «плюшками» больше заботился о том, чтобы прирост населения в Империи всё так же сохранялся на уровне «плюс пять миллионов в год». Это был избыточный прирост и стоил он очень дорого, но ведь Терра-то тоже большая.
Терра Единства.
Большая Россия. От края и до края. Бескрайняя и бесконечная.
— Не спится, Государь?
Прикрываю ладонью рот от зевка.
— И не говори, Евстафий. Ты сам вообще спишь-то?
Хмыканье.
— Обязательно, Государь. Я сплю всегда, когда я вам не нужен.
Усмешка.
— То есть, никогда.
— Всё во славу Вашего Всевеличия.
Присаживаюсь в покрытое волчьей шкурой плетенное кресло.
— Что там в Шотландии?
— Боремся, Ваше Всевеличие. Экземпляр не так прост, но решаемо. Вроде не глуп.
Киваю.
— Ты там проследи. Лизе не нужны приключения. Она выбрала его, но она слишком молода, и может ошибиться.
— Понимаю, Государь. Прикажете подать чаю?
Думаю пару секунд. По-хорошему, хорошо бы кохвию испить. Но была надежда на поспать. Зачем мне в организме лишний кофеин в такой обстановке?
— Да, Евстафий. Чаю было бы славно.
— Распоряжусь, Государь.
Начальник личной разведки ушёл распоряжаться насчет чая.
Сижу на волчьей шкуре.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Уж двадцать лет я тут начальник. Русский язык очень богат. Иной раз так, что… Вот что значит фраза: «Терпеть ненавижу!»?. А это вот как раз про меня. Загрыз бы.
А так, нет, я всех очень люблю. Ну, почти всех.
Понятно, что Бомб у Америки пока нет (надеюсь). Это не такое уж простое производство. Они пошли по самому глупому и дорогому пути (спасибо нашей разведке), но, прошли этот путь они значительно быстрее, чем я рассчитывал. А значит, что в этом году у них будет минимум пара-тройка Бомб. Конечно, Питер, а, тем более, Москву и Город, они бомбить не смогут. Про Новый Царьград и говорить нечего. Но и получить атомный гриб над каким-нибудь Владивостоком, я бы точно не хотел.
Ситуация с линкором показала, что на обострение Штаты пока идти не готовы. Шлепок, точнее, публичная пощечина, были слишком унизительными, но они утёрлись. Атака на Сингапур была отчаянно дерзкой, если бы они заняли город первыми, то тут уже перед нами стояла бы дилемма — атаковать американцев в городе или сделать вид, что там просто шли мимо?
Но в Гонконге же у них получилось! Чем страшно разозлили японцев, которые имели на него свои виды и претензии. Так что наглым образом отжать Сингапур было для американцев очень соблазнительно. Они очень спешили, урвать «своё», в смысле «взять под охрану». Но, не срослось. «Императрица Мария Благословенная» может кусаться очень больно. Чудовищно больно.
Знаю по себе.
А вот японцы огорчились и расстроились. Письмо от Хирохито лишь подтверждала это. Не оказалось у Гонконга у японцев своего суперлинкора, но курс на большую войну в Токио был вроде окончательно (?) взят. Что ж, Бог в помощь.
И я помогу тоже. Как говорится, на Бога надейся, но и сам не плошай.
* * *
ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА
25 декабря 1937 года. Принято. Курьерская служба ССО.
Из: Раджанат Манипур, Ипхал, Русская миссия
От: маркшейдера Л. Н. Гумилева(1),
В: Монгол Улус, Урга, ул. Оросын. №43
К: адъюнкту Очирын Намсрайжав (2)
Звездочка моя, золотая зарница Востока, сайн байна уу! (3)
У меня всё хорошо. После долгого путешествия по горам и долам прибыли мы в Манипур. Пока мы шли события ускорились, и мои попутчики почти сразу после размещения и приёма у здешнего раджи Чурачандры Сингха разлетелись по своим делам. Даже престарелый Вилям Петтиргю срочно отбыл со своей миссионерской миссией к своим любимым тангкхулцам. Теперь он не просто кельтский баптистский проповедник, а целый русский православный епископ и уверен, что снова сможет местным помочь обрести правильную веру. У меня же выдалась минуточка и я, с последней наверно в этом году оказией, спешу написать тебе.
С наступающим новым 1938 годом тебя, любимая! Дай Бог тебе и мне в нем радости!
Высылаю наше последнее фото в Урге. Только что успел его проявить и пишу прямо на фотокарточке.
Чтоб навек не остаться угрюмым.
Чтобы стать веселей и нежней,
Чтобы впредь ни минуты не думать
О прекрасной татарской княжне,
Чтобы пенье моё и томленье
Неожиданно вспомнила ты,
Возвращаю тебе отраженье
Чужеземной твоей красоты.
Ныне сам я при счастье на страже,
К белой юрте приставил копьё —
Там карие очи моей Намсрайжав.
Там чёрные косы, и сердце моё.
Твой, Лев Гумилёв.
Проверено особой цензурой. Допущено. 03 января 1938 года.
титулярный егермейстер Б. А. Пильня́к-Вогау (подпись).
Примечания:
1. Академик Лев Николаевич Гумилев — русский ученый, давший естественно-научное обоснование явлению пассионарности в этногенезе открытому пантократором Михаилом I и академиком В. И. Вернаджским, первый временный поверенный Имперского единства в Махараджате Манипур.
