– Резонно! – Мелифаро пулей вылетел из-под стола, залпом прикончил свою камру, помахал мне на прощание и скрылся в коридоре.
Я остался один. И послал зов леди Таните.
«Я приду к вам через четверть часа, сэр Макс, – ответила она. – Знаете, ваш совет… В общем, все примерно так и было, как вы сказали. Я не сошла с ума. Даже поспала несколько часов. Спасибо».
Я велел младшим служащим навести порядок в кабинете и послал зов в «Обжору». Если уж я должен выворачивать наизнанку бедную леди Таниту, пусть хоть поест. Вряд ли кому-то, кроме меня, удастся уговорить ее позавтракать. Да и мне – не факт. Но попробовать надо.
Леди Танита Коварека пришла, как и обещала, через четверть часа. Она успела переодеться, так что сегодня показалась мне образцом элегантности. Здесь, в Ехо, нет дурацкого обычая носить траур. Считается, что боль каждого – его личное дело, и оповещать о своей утрате уличных прохожих совершенно не обязательно.
– Хороший день, сэр Макс, – не без сарказма заметила эта чудесная женщина.
Ей хватило мужества оценить горькую иронию традиционного приветствия. Леди Танита восхищала меня все больше.
– Вы знаете, зачем я вас вызвал. Мне нужно выяснить, чем занимался ваш муж. Особенно в последнее время. Говорить о нем сейчас очень больно, но…
– Я все понимаю, сэр Макс. Такие вещи сами собой не случаются. Конечно, вы должны найти того, кто… Но боюсь, тут я вам не помощница.
– Знаю, что вы хотите сказать. Ничего ТАКОГО не было. Всегда кажется, что до того, как стряслось несчастье, с человеком ничего особенного не происходило. А потом выясняется, что какие-то совершенно незначительные поступки были, оказывается, первыми шагами по тропе беды.
В свое время я проглотил достаточно детективных романов, чтобы уяснить эту немудреную истину. Оставалось лишь надеяться, что авторы книг хоть немного разбирались в жизни.
– Хорошо, сэр Макс. Но я могу сказать только одно: наша жизнь текла как обычно.
– Отлично, леди Танита. Но сами подумайте: я – человек посторонний. И не знаю, как обычно течет ваша жизнь. Так что рассказывайте подробно.
– Да, конечно. Каждый день Карри вставал до рассвета и отправлялся на рынок. У нас полно слуг, но он всегда выбирает продукты сам. Карри – очень хороший повар… Был. Для него это не просто способ зарабатывать на жизнь, а что-то большее. Искусство. Дело чести и любви, если хотите. Когда я просыпалась, он уже был на кухне и вовсю командовал. Мы открывались за два часа до полудня. Иногда раньше, если так хотели клиенты. Но с утра за стойкой всегда дежурил кто-то из слуг, так что у нас с Карри было время, чтобы заняться другими делами или даже отдохнуть. Ближе к вечеру Карри отправлялся на кухню и готовил одно или два своих фирменных блюда. Остальное делали наши работники. Я становилась за стойку, но иногда Карри отпускал меня погулять. Он обожал обслуживать посетителей и слушать их комплименты. Ближе к полуночи он обычно шел спать, поскольку привык рано подниматься. А я оставалась в ресторане. Конечно, не одна, со мною были слуги. А сразу после полуночи я уходила наверх: у нас есть один парень, Кумарохи, он всегда готов поработать ночью, при условии, что ему дадут отоспаться днем.
– Понимаю, я и сам такой… Скажите мне, леди Танита, а что Карвен делал в свободное время? Даже от любимой работы иногда надо отдыхать.
– Карри бы с вами не согласился! Единственный вид отдыха, который он признавал, – это встать за стойку и почесать язык с клиентами… Не поверите, но даже в другие трактиры он всегда ходил только с одной целью: разнюхать чей-нибудь секрет. У него это здорово получалось! Карри ведь никогда не учился готовить. Я имею в виду, он не был профессиональным поваром. В юности он служил возницей при Канцелярии Довольствия. И был довольно известным гонщиком. «Пьяная бутылка» досталась мне по наследству от бабушки. И поначалу нам обоим оставалось только положиться на слуг: мы и камру-то толком сварить не умели! Пару лет Карри вертелся на кухне среди поваров, помогал чистить овощи… А потом взял да и приготовил салат. Обыкновенный салат, но люди говорили, что не пробовали подобного с начала Эпохи Кодекса! Оказывается, он подсмотрел, как готовит наш повар. Ну и кое-что придумал сам. Так все и началось.
– И часто ваш муж выходил на охоту? – спросил я.
Леди Танита непонимающе уставилась на меня.
– Я имею в виду охоту за чужими кулинарными тайнами.
– Довольно часто… Ну, раз в дюжину дней, а иногда и чаще. Он даже научился изменять внешность, поскольку повара не любят делиться секретами со своими коллегами. Ничего не поделаешь: конкуренция!
– Вот видите, леди Танита! А вы говорите, что жили тишайшей жизнью… В то время как господин Карвен под чужой личиной проникал в секреты своих коллег. Согласитесь, так поступает не каждый второй обыватель… Ох, извините мой дурацкий тон! Я так привык…
– Все в порядке, сэр Макс. Даже если вы начнете говорить как кладбищенский служащий, это ничего не изменит. Так даже лучше: пока вы улыбаетесь, я забываю, что Карри уже нет.
– Леди Танита, – серьезно сказал я. – Имейте в виду: кроме этого Мира есть и другие. Уж за это я могу поручиться во всяком случае. Поэтому… Где-нибудь он сейчас есть, ваш Карвен. Просто очень далеко отсюда. Когда умерла моя бабушка – а она была единственным человеком в семье, которого я по-настоящему любил, – я сказал себе, что она просто уехала. И еще я сказал себе, что мы, конечно, не можем увидеться и это очень плохо, но она где-то есть и жизнь продолжается… Поверьте, леди, уж кому знать о смерти, если не мне! – Я многозначительно повертел в руках черную полу своей зловещей Мантии.
Кто бы мог подумать! Моя наивная детская «религия» оказалась именно тем, в чем нуждалась эта несчастная женщина. Во всяком случае, она задумчиво улыбнулась.
– Наверное, вы правы, сэр Макс! Мне почему-то кажется, что вы действительно правы. Хотела бы я только знать, что это за Миры и понравится ли там Карри? Впрочем, быть в другом месте – это все-таки лучше, чем не быть нигде. И потом… Может быть, когда придет мое время, я смогу его найти, как вы думаете?
– Не знаю, – честно сказал я. – Но очень надеюсь, что так оно и есть. Всем нам найдется кого поискать за Порогом!
– Вы действительно очень хороший человек, сэр Макс.
– Только не говорите об этом в городе, а то я не смогу нормально работать. Так лучше для всех: пока нарушители закона боятся моего наряда, нет нужды пускать в ход более грозное оружие.
Воспоминание о смертельно перепуганном господине Плоссе вызвало мою невольную улыбку. Оно оказалось как нельзя более кстати: у меня наконец родился очень неплохой вопрос.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
