Рики произнес еще одно слово, и крылья исчезли. Осталась лишь татуировка.
Теперь, оказавшись рядом с ним и не отвлекаясь больше на крылья, Тинкер узнала мелодию, просачивающуюся из наушника: это была одна из любимых эльфийских рок-групп Масленки. Вздрогнув, она поняла, что МР3-плеер Рики — это старый цифровой проигрыватель Масленки.
— Где ты это взял?
— Мне дал его твой двоюродный брат, когда я сказал ему, что мне не на чем проигрывать музыку. — Рики смотрел на маленький плеер, размером с большой палец руки. — Это было очень любезно с его стороны.
— Ты посмел его тронуть? — испуганно спросила Тинкер.
— Нет, что ты, конечно нет! — Рики взглянул в сторону Чио и добавил: — А не то я подверг бы риску свое прикрытие.
Чио сказала что-то, и Рики посмотрел на нее с омерзением.
— Что она сказала? — спросила Тинкер.
— Да глупость одну. Поразительно, что ее порода считается умной. Наверняка она происходит от какой-нибудь шлюхи.
Чио искривила верхнюю губу и зарычала:
— По крайней мере, я не из помоечной породы мусорщиков, которые отвлекаются на всякие яркие и блестящие безделушки.
— Что да, то да! — Рики, видимо, лишь позабавила тирада Чио. — А вот твоя порода часто страдает бешенством и бросается на всех с пеной у рта.
Внезапно Тинкер охватил ужас, и она сделала шаг назад.
— Вы скрещиваетесь с животными?
Неудивительно, что эльфы бежали от них сквозь миры и закрыли за собой все ворота! Аморальность они превосходила даже аморальность клана Кожи. Оба они повернулись к ней, будто совсем забыли, что она тоже слушает.
— Не прямо, — резко сказала Чио и прошла на другую сторону бельведера.
— Высокородные все еще сохраняют чистоту. — В голосе и глазах Рики почудилась горечь. — Они смешали своих слуг с животными на генетическом уровне, и так получились мы, низкородные. В нас, тэнгу, умение летать заложено на уровне инстинкта.
На вопросительный взгляд Тинкер Чио ответила:
— Не смотри на меня так, маленькая фальшивая эльфийка! Ты сама лишь грязная девчонка в нарядной одежке.
— Спасибо! Ты и не представляешь, как меня обрадовала.
Рики издал удивленный смешок.
— Так зачем вы меня похитили? — спросила Тинкер.
Рики словно протрезвел.
— Лорд Томоваритомо хочет, чтобы ты построила ему ворота.
— Кто?
— То-ма-ва-ри-то-мо, — произнес Рики по слогам. — Он для они — примерно то же самое, что Ветроволк для эльфов.
Вспомнив ранее прозвучавшую реплику Чио, Тинкер спросила:
— Лорд Томтом?
Рики пожал плечами, как человек:
— Так обычно называют его те из нас, кто родился на Земле.
Неудивительно, что Рики так легко сходил за человека, если он провел всю жизнь среди людей.
— Поэтому ты так хорошо говоришь по-английски?
— Да. Я родился в Беркли, Калифорния.
— Не родился, а вылупился из яйца! — пролаяла Чио. — Если уж ты решил резать правду-матку, так говори все. Расскажи, как твоя мамаша снесла вот такое яйцо. — Чио изобразила пальцами странно большую сферу. — А потом высиживала его, сохраняя в тепле, а когда пришло время, прислушивалась, не пора ли ей разбить твою скорлупу и достать тебя оттуда. И что когда ты был маленьким, тебе на ноги надевали путы — иначе ты поцарапал бы себе нос своими вороньими лапами.
Тинкер посмотрела вниз и впервые заметила, какие у Рики удивительно длинные, тонкие и подвижные пальцы на ногах; и их было всего по три штуки.
— Так твоя мать вовсе не та женщина, что погибла во время изуродовавшей Лейн катастрофы! Она никогда бы не прошла медицинские тесты как человек.
Рики взглянул с холодной яростью на Чио и сказал:
— Надеюсь, ты помнишь о своих обязанностях. Ты ведь знаешь, как может рассердиться лорд Томтом, если это не сработает.
Чио побледнела словно полотно и замолкла. В повисшем на минуту молчании был слышен лишь металлический звук, приглушенно доносившийся из наушника Рики. Потом словно лопнул пузырь, и из сада послышался какой-то отдаленный шум. Чио уставилась в землю. Она тяжело дышала, как перепуганное животное.
— Я что-то не поняла, — сказала Тинкер. — Если вы можете попадать на Землю и на Эльфдом, а потом снова возвращаться домой, то зачем вашему лорду понадобилось, чтобы я строила ворота?
Чио хихикнула и пробормотала что-то на своем языке. Рики стрельнул в нее раздраженным взглядом и объяснил:
— Когда эльфы разрушили дверь из нашего мира на Землю, они оставили большую группу тэнгу и некоторых других они в Китае. Мы тайно жили среди людей, скрывая наши отличия.
Он поднял ногу и пошевелил пальцами, показывая, о каких отличиях идет речь.
— Подобно эльфам, в своем мире мы бессмертны и на Земле живем долго. Мы ждали своего шанса вернуться на родину, к своему народу. Когда ворота соединили Землю и Эльфдом, открылась дверь и на Онихиду. Но эти ворота размещены очень неудобно. Мы не можем двинуть через них целую армию.
Слова провидицы вспыхнули у нее в мозгу. «Дверь существует. Она открыта, но не открыта… Тьма давит на раму, но не может пройти сквозь нее». Наверное, провидица говорила о двери, которой невозможно воспользоваться? Но что, черт побери, означало остальное? «Свет по ту сторону слишком ярок; он обжигает зверя».
Чио что-то сказала Рики, и тот заметно удивился.
Тинкер захотелось пихнуть Чио ногой:
— Я не люблю, когда при мне говорят на непонятном языке обо мне же!
— Тебе лучше не слышать ее ядовитых слов, — заметил Рики.
Что ж, провидица была права. Придется становиться ключевой фигурой.
— Вы хотите, чтобы я предала Эльфдом?
— Я знаю, что они с тобой сделали. Они взяли и изменили тебя, подчинили своей воле. Все то время, пока они держали тебя во дворце, я провел с твоим двоюродным братом и наблюдал, как он тихо сходит с ума от беспокойства, не зная, вернут они тебя назад или же решат, что ты слишком опасна и от тебя лучше избавиться.
— Ветроволк никогда бы… — Она осеклась. Рики совершенно незачем говорить ей правду, ему гораздо выгоднее лгать. — Вчера ночью Масленка ничего мне не сказал.
— Он благородный человек. Он не стал бы восстанавливать тебя против твоего мужа, даже если бы его слова были абсолютной правдой.
Тинкер отпрянула от него и покачала головой:
— Ты врал мне непрерывно, с первой минуты знакомства. Вероятно, ты врешь мне и теперь. Ты скажешь все, что угодно, лишь бы заставить меня помогать вам.
Рики бросился к ней и крепко схватил.
— Да, скажу! — закричал он, и его лицо исказила боль. — И сделаю все, что угодно, потому что знаю, как поступит с тобой лорд Томтом, если начнет уговаривать тебя своими методами! Я предпочел бы этого не видеть!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
