Ругаясь, она максимально прибавила реактивную скорость. Байк взлетел и понесся вперед над другими машинами, перелетел через перила моста, опустившись на этот раз на верхний уровень. Посредине моста она перестроилась в ряд, следующий на Двести семьдесят девятое шоссе. Тинкер не знала, как они поступили с Пони, но понимала: им удалось как-то отсечь ее от телохранителя. Она не представляла себе, что будет делать, если встретится с ними, но и оставить Пони им на растерзание не могла.
Она мчалась прямо на пандусы, ведущие на мост. Ни один из них не был связан с той дорогой, по которой двигалась она, но, перелетев через заграждения, она выбралась на Двадцать восьмое шоссе, выходившее на более удобный пандус.
Мост Ветеранов пересекал Аллегени восемью широкими, ровными полосами, которые уходили довольно далеко за реку, в Стрип-Дистрикт, расщепляясь на том конце на множество изобилующих сумасшедшими поворотами улочек, разбегающихся в самых разных направлениях. Тинкер рванула по мосту, стараясь не думать о том, что, добравшись до его конца, может и не отыскать Пони. Вдруг они увезли его в центр города и держат в западне в качестве приманки для нее? Но это бессмысленно. Почему они не поймали ее тем же методом, что и Пони? Неужели потому, что она — домана?
Краем глаза Тинкер заметила движение и посмотрела в зеркало. Они вылетали на байках со стороны Стрип-Дистрикта и приземлялись на мосту за ее спиной.
«Черт!» Она промчалась мимо первого спуска с моста, который увел бы ее обратно в город. Дальше начиналась широкая дорога, огибавшая подножие Холма; цементный каньон набережной и мостовых опор оставался позади. Тинкер пулей понеслась по каньону. Ее преследовали шесть ховербайков и красный «корвет», показавшийся на пандусе со стороны центра города. Прямо по курсу был мост Лайбрери через реку Мононгаэла, а за мостом — тоннель, ведущий в лабиринты Саут-Хиллз, где, как думала Тинкер, рыскали сейчас в поисках они Ветроволк и его «маленькая армия».
— Смотри, что я нашла, милый, — пробормотала она, но тут увидела, что «корвет» загоняет ее именно в том направлении. Нет, если это путь, по которому сами они направляют ее, ей лучше туда не соваться!
Как только «корвет» приблизился, Тинкер взметнула в воздух свой ховербайк, слегка задев капот автомобиля, а потом рванула вбок, опустившись на пандус, ведущий к бульвару. За спиной раздался скрежет тормозов, означавший, что «корвет» тщетно пытается остановиться, а затем — характерный лязг, однозначно свидетельствовавший: преследователь во что-то врезался.
«Съел! Вот вам и гонка машины с ховербайком! Мазила!»
Во время прыжка она потеряла скорость, и свора ховербайков приблизилась к ней, источая запах свежей крови, словно стая варгов. Тинкер жала на газ и шептала ласковые слова своей «малышке». Из каньона пандус висящей посреди неба аркой вел на бульвар Союзников, проходивший по самой вершине холма. Кидаться вниз на Парковую улицу, проложенную у подножия холма параллельно бульвару, даже при максимальном включения подъемного привода, казалось чистым безумием: с такой-то высоты она бы упала как камень и разбилась бы вдребезги.
Лишь бы не догнали! Совсем недалеко находится пограничный пост ЗМА — там она сможет попросить о помощи сотрудников ЗМА и полицейских и найти Пони.
Однако ближайший к ней ховербайк они был из числа тех «дельт», что Тинкер сама собрала на заказ. Вот уж точно, как говорится, твоя ошибка ходит за тобой по пятам. Для они седок был мелковат. Он злобно ухмылялся, сверкая острыми зубами. Фактически он сравнялся с ней скоростью и все больше оттеснял ее к краю обрыва. Тинкер сжала зубы, пытаясь удержать контроль над своим байком. Они давил ее массой. Конечно, она могла бы избавиться от него, совершив прыжок. Но тогда потеряла бы скорость и приземлилась в самую гущу преследователей. Его байк был похож на байки Чернеды, раскрашенные под рыбью чешую аквамаринового цвета. Наверняка поганец они украл его, ведь Чернеда скорее продаст душу, чем уступит свой байк. Изо всех сил стараясь выдержать толчки таранящей машины, Тинкер рискнула посмотреть вниз, на кнопку зажигания. На ее месте болталась кучка проводов, обходящих систему безопасности байка.
«Ха-ха, отлично! Пока, пока, мистер Они!»
Тинкер рванула провода. Они понял, что она делает, и метнулся в сторону. Рискуя головой, Тинкер потянулась к нему, отчаянно пытаясь достать его оголенными проводами. Но он приблизился сзади и схватил ее за вытянутую руку.
Черт, она и забыла, что преследуют-то ее! Вырвав руку, Тинкер швырнула свою «малышку» в сторону и, взметнув ее вверх по сохранившейся стене, на мгновение замерла в шатком равновесии на узком верхнем краю. Не успела она совершить прыжок вниз, в более безопасное место, как они уже догнал ее. Ее байк зацепился за край, и тут преследователь понял, что он наделал: запаниковав, он схватился не за Тинкер, а за машину и с силой рванул ее на себя.
В то же мгновение Тинкер оказалась в воздухе и стремительно стала падать с холма на землю. Зацепиться было не за что. Не за что! Не за что!
И вдруг кто-то подхватил ее.
Это Рики схватил ее сзади за рубашку.
Она расправила спину, ухватилась за него и, подтянувшись, прижалась к нему всем телом.
— О боги, о боги, спасибо, спасибо!
Далеко внизу под их ногами «малышка» ударилась о гранитную набережную реки и тут же превратилась в массу искореженного металла.
Под ногами?
Она резко взглянула наверх.
Массивные крылья цвета вороновых выросли за спиной Рики. Стиснутыми на его спине руками Тинкер одновременно ощущала мягкость его тела ниже крыльев, рельефность того места, откуда они начинали расти, и движение мышц, заставляющих эти огромные поверхности преодолевать сопротивление воздуха. И ей ничего не оставалось, кроме как глазеть в изумлении, как черные перья закрывают собой небо.
— Не благодари меня, — сердито проворчал Рики и сменил хватку: теперь он держал ее «за шкирку», как котенка.
— Я бы погибла, если б ты не подхватил меня, — сказала Тинкер, впервые в жизни способная думать лишь: «Что? Что? Что?»
— Я не должен был этого делать. — Он повернул ее и поднес что-то к ее лицу. — Все равно они не причинили бы тебе вреда. Им не велено.
Все померкло у нее перед глазами: она узнала в его руке снотворный цветок! Он заодно с они. Он — тэнгу. Его задача — поймать ее. Он с самого начала был здесь для того, чтобы придумать для нее западню! Тинкер попыталась увернуться от цветка, но Рики так сильно обхватил ее за шею, что чуть не переломал ей позвонки. Он прижал цветок к ее лицу, сминая нежные, благоухающие лепестки о ее нос. Теперь она не видела и не чувствовала ничего, кроме благоухающего золотого солнца.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
