— В Кернель!.. А по дороге расскажете про эти земли.
Глава 27
Знал Гендельсон не так уж и много, но это с моей-то жадностью, а на самом деле все-таки много для простого… пусть даже генерального провиантмейстера всего воинства Зорра. Земли, по которым едем, последние несколько сот лет считались пограничными, переходили из рук в руки. Всякий раз новая власть задерживалась ненадолго. Черные Колдуны успевали построить свои дьявольские машины… это, видать, паровозы, а когда приходила власть Святой Церкви, то на месте языческих капищ отстраивали величественные церковные храмы, при виде которых сердце наполняется умилением, восторгом и энтузиазмом.
По дороге я сшиб молотом молодую козу, Гендельсон взял ее к себе на седло. Солнце уже опускалось к закату, лес впереди стал темным, страшноватым. Чуть левее небольшое озеро, у пологого берега плакучая ива, можно привязать коней, ибо в мешках достаточно овса…
Я разжег костер, Гендельсон уже разделывал козу, будет жаркое, а я наскоро помылся в теплой прогретой воде, пока еще видно песчаное дно. С берега долетел запах горящей древесины, Гендельсон запел что-то воинственное, немилосердно фальшивя.
Впервые запел, отметил я с удивлением. Не сломал его этот поход, а ведь полнейшее же ничтожество! И доспехи какие тащит…
В голове стучала кровь, я лег на спину и забросил руки за голову. Или я совсем рехнулся, или же здесь до этой жизни была другая жизнь. Нет, жизнь та же, но другие цивилизации. Не такие, как древнеегипетская, римская или чертомлыцкая, а… это, конечно, дико, но если допустить такую возможность, что когда-то здесь уже существовала высокоразвитая техническая цивилизация, тогда все становится ясно, и все лишние шары попадают в свои лунки.
Во мне все противится объяснять что-то магией или колдовством, но если допустить… только допустить, что была могущественная цивилизация, потом, ессно, от чего-то сгинула, то сразу объяснимы такие «магические» вещи, как железнодорожная колея или необъяснимо прочные сплавы. А что мне непонятно — как, к примеру, мой летающий молот — то это тоже объясняется научным и техническим сверхмогуществом погибшей сверхцивилизации, которого мне пока просто не понять.
Что случилось, уже не узнать: вряд ли войны, их мы любим предполагать в первую очередь. Думаю, при высочайшем уровне про войны речь уже не идет, но возникает множество других проблем и опасностей, которых не знает феодальное общество. К примеру, они не знают экологических катастроф, озоновых дыр, экспериментов с генетикой, что уже знакомо нам, а у сверхцивилизации таких опасных моментов будет в тысячи раз больше.
Итак, предположим… только предположим!.. что цивилизация такого типа была. Потом рухнула. Остатки населения должны были бороться за выживание, а закон прост: достаточно всего лишь двум поколениям остаться неграмотными — и уже все человечество вернется в пещеры. Возможно, какие-то остатки грамотности уцелели, но много ли им это даст, если остановились и рассыпались в прах заводы, фабрики, лаборатории?
Конечно же, между полудикими племенами начались войны. Те остатки древней культуры, что находили в изобилии, были признаны магическими. Как и руины древних городов.
Небо потемнело, зажглись первые звезды. Луна, оказывается, уже давно на небе, только теперь ее бледный, едва заметный диск начал наливаться ярким светом. На ее фоне мелькнуло, словно пролетел гигантский упырь. Кстати, о зверье. Вряд ли сверхцивилизация выводила огнедышащих драконов, хотя кто их знает, но крохотных игривых дракончиков, размером с морских коньков — наверняка. Они такие милые и забавные… А вот всякую дрянь вроде монстров или гарпий явно выводили в полуразрушенных автоклавах уже полудикие потомки. Возможно, инструкции еще сохранились, но мораль была не та… словом, когда и автоклавы были уничтожены, звери зажили своей жизнью. Некоторые остались стерильными, другие — страшно подумать — могут размножаться…
Ночью я летал во сне, с легкостью проходил сквозь стены, видел сверкающие города и слышал трубный глас то ли архангела, то ли Вселенского Координатора Звездных Перемещений. А потом над миром поднялся чудовищный гриб ядерного взрыва… и хотя я знал, что это не ядерный взрыв, а нечто в сто тысяч раз страшнее, но сознание не в состоянии представить непредставимое, и потому я пал на землю, закрыл глаза и накрыл ладонями голову, хотя понимал, что взрыв выжжет даже землю на десяток метров в глубину…
Утро было холодное, я проснулся весь дрожа. Гендельсон ухитрился встать еще раньше, раздувал костер. С ночи говорить не хотелось, да и Гендельсон был странно молчалив, поглядывает с подозрением. Что-то наснилось, в мой адрес, понятно.
Позавтракали наспех разогретым мясом. Кони сытые, в мешках пока что овса на пару суток. Мы поднялись, и тут Гендельсон ахнул. Я резко повернулся.
Из озера медленно поднялся острием вверх меч. Я неотрывно смотрел, как поднимается острое суженное лезвие, блестит на солнце добротной сталью, затем показалась рукоять. Держит ее женская рука, у мужчин не бывает таких тонких изящных пальцев. Да и вообще приятнее думать, что меч держит женщина. Значит, — охотнее расстанется.
Гендельсон прошептал в великом возбуждении:
— Это шанс!.. Я слышал, что Озерный меч обладает невероятной силой!
Я смерил взглядом глубину, поежился.
— Знаете, сэр Гендельсон, — сказал я нерешительно, — я всегда боялся темной воды… И хотя сейчас вроде бы солнце, там мелко, видно песчаное дно, но хрен знает, какая там глубина на самом деле! Рука торчит из песка, что ли? Давайте так, вы берите этот меч…
Он отшатнулся:
— Почему я?
— А почему, — возразил я, — этот меч мне? У меня уже два волшебных… только я не знаю еще, в чем их волшебность. И третий, что нашел в руинах. Подозреваю, тоже не прост. По крайней мере, никто еще не сказал, что за металл, почему рубит другие мечи, как деревянные прутики? И кто и чем его самого так изуродовал?
Гендельсон в нерешительности посмотрел на Озерный меч, вздохнул.
— Меч такой дорогой… но душа еще дороже.
— А моя?
Он отмахнулся с небрежностью.
— Что ваша? Вам все равно гореть в аду. За молот, за амулет, даже за то, что молитв не знаете. Так что грех взятия этого меча много не добавит. Но пригодиться в дороге он может…
Рука все еще держала меч. Я понимал, что если отойдем от озера на какое-то количество шагов, то меч опустится и будет пребывать у дна до тех пор, пока незримую лазерную линию не пересечет следующий путник. Возможно, она даже заранее высматривает тех, кто высок ростом или широк в плечах. Или по каким-то еще параметрам. Скорее всего так, иначе за столетия, а то и тыщи лет уже все волшебные мечи расхватали бы. Не все же Гендельсоны…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
