– О чем говорит надпись? – Дженнсен протиснулась между Ричардом и Кэлен. – Ты можешь перевести ее?
– Сложно разобрать, – пробормотал Ричард. Он откинул назад волосы, а рукой водил по словам.
Выпрямившись, он бросил вопросительный взгляд на Оуэна, в ожидании стоящего у статуи.
Все ждали, а Ричард снова разглядывал слова.
– Я не уверен, – произнес он. – Фразеология необычна... – Он посмотрел на Кэлен. – Не уверен. Никогда не видел, чтобы так писали на верхне-д’харианском. Мне кажется, я догадываюсь, что здесь говорится, но не могу найти подходящих по смыслу слов.
Кэлен не знала, действительно ли он не уверен в переводе, или не хочет сообщать его всем.
– Ну, может быть, к тебе придут нужные слова, – предложила она, давая ему возможность уйти от ответа, если он не хотел говорить сейчас.
Но Ричард не воспользовался ее предложением. Вместо этого он постучал пальцем по словам на левой стороне сигнального маяка.
– Вот эта часть мне понятна. Мне кажется, здесь что-то вроде «Бойтесь нарушения границы этой империи...» – Он инстинктивно зажал рот рукой, догадавшись о смысле следующих слов. – Не уверен насчет остального текста... Похоже на «...ибо за сей границей зло: те, кто не могут видеть».
– О, ну конечно, – соглашаясь, сердито проговорила Дженнсен.
Ричард провел рукой по волосам.
– Я все равно не уверен, что прочел правильно. Кажется, тут одно с другим не вяжется. Сомневаюсь, что верно перевел.
– Ты перевел превосходно, – гневно заявила Дженнсен. – Те, кто не могут видеть магии. Их закрыли здесь от всего мира те, кто рожден с даром. – Ее глаза были полны слез. – «Бойтесь нарушения границы этой империи, ибо за сей границей зло: те, кто не могут видеть». Это значит, что за ней те, кто не видят магии.
Никто не возразил ей. Только ветер свистел на открытой земле.
– Я не уверен, что это так, Джен, – мягко сказал сестре Ричард.
Она скрестила руки и отвернулась, смотря в сторону Столпов Творения.
Кэлен могла понять, что она чувствует. Она знала, каково это – когда тебя отвергают все, кто не похож на тебя. Многие считали Исповедниц чудовищами. Кэлен знала, что, при возможности, ее изгнали бы за то, что она Исповедница.
Но даже понимая чувства Дженнсен, Кэлен не могла с ней согласиться. Гнев девушки в отношении тех, кто изгнал из мира таких же, как она, был праведным. А злясь на Ричарда и других близких ей людей за то, что они обладали даром, она была несправедлива к ним.
– Сколько человек ждет тебя в холмах? – обратился Ричард к Оуэну.
– Не больше сотни.
Ричард разочарованно вздохнул.
– Ну что ж, что есть, то есть. Посмотрим, может, их станет больше. Я хочу, чтобы ты привел их. Приведи их ко мне. Мы будем ждать здесь твоего возвращения. Я решил, что это будет нашим местом сбора, и отсюда мы претворим в жизнь план по изгнанию Ордена из Бандакара. Мы поставим лагерь недалеко от перехода. Деревья защитят его, скрыв от глаз врага.
Оуэн проследил взглядом за рукой Ричарда. Он был смущен и расстроен.
– Но лорд Рал, это ты должен принести нам свободу. Почему ты не пойдешь со мной к людям, если хочешь их видеть?
– Потому что считаю это место более безопасным, чем холмы, о которых, возможно, знает Орден.
– Но Орден не знает, где прячутся мои люди.
– Ты себя обманываешь. Люди Ордена жестоки, но не идиоты.
– Но если они знают, где мы прячемся, то почему не придут выгнать нас?
– Еще придут, – ответил Ричард. – Когда потребуется, придут. Твои люди не представляют угрозу Ордену, поэтому он и не торопится захватить их. Но рано или поздно они сделают это, потому что им не нравится думать, что кто-то может избежать власти Ордена. Я хочу, чтобы твои люди были здесь. Пусть Орден думает, что вы ушли, убежали, и прекратит следить за вами.
Оуэн обдумал его слова.
– Ну тогда я приведу их, – согласился он.
Том стоял недалеко от дальнего края статуи, дав Дженнсен возможность побыть одной. Девушка была рассержена, и он подумал, что лучше ее пока не трогать. Казалось, Том чувствовал вину за то, что был рожден с искрой дара, которая позволяла ему видеть магию и дала право таким людям, как он, изгнать людей, лишенных дара, как Дженнсен.
– Том, – позвал Ричард. – Я хочу, чтобы ты пошел с Оуэном.
Дженнсен, все так же сложив на груди руки, повернулась к Ричарду.
– Почему ты хочешь, чтобы он шел с ним? – спросила она уже не так сердито.
– Верно. Зачем ему идти? – поддакнул ей Оуэн.
– Потому что я хочу быть уверен, что ты и твои люди вернутся сюда, – ответил Ричард. – Мне нужно противоядие, помнишь? Чем больше будет рядом со мной людей, которые знают, где оно находится, тем лучше. Но я уже говорил тебе, что всем вместе нам идти небезопасно. Так как Том – блондин с голубыми глазами, то он сойдет за одного из твоих людей. Если вы встретитесь с кем-нибудь из солдат Ордена, то они ничего не заподозрят. Том проследит, чтобы вы вернулись.
– Но ведь это опасно, – возразила Дженнсен.
Ричард пронизывающе посмотрел на нее. Но ничего не сказал. Он просто ждал, может быть, она найдет аргументы против, доказывающие неудачность его плана. Но сестра опустила глаза и отвела взгляд.
– Наверно, это имеет смысл, – сказала она.
Ричард обратился к Тому:
– Я хотел бы, чтобы ты принес с собой кое-какие материалы. И еще я хочу попросить у тебя твой топор.
Том кивнул и вытащил из мешка топор. Ричард подошел взять его и начал перечислять вещи, которые Том должен был найти – инструменты, тисовое дерево, выделанные шкуры, веревки, кожа и что-то еще. Остаток перечня Кэлен не расслышала.
Д’харианец заправил большие пальцы рук за пояс.
– Хорошо. Но я могу найти не все, что ты просишь. Правильно ли я понял: ты хочешь, чтобы я вернулся обязательно со всеми этими вещами?
– Нет. Все это необходимо, но важнее люди. Возьмите то, что будет, и возвращайтесь с Оуэном как можно скорее.
– Принесу все, что смогу. Когда мы отправимся?
– Сейчас. Нельзя терять время.
– Сейчас? – возмущенно спросил Оуэн. – Через час-два совсем стемнеет.
– Пара часов промедления могут стоить мне жизни, – сказал Ричард. – Не теряйте их.
Кэлен подумала, что мужа опять мучает боль. Только она не знала, какая боль сильнее – причиняемая ядом, или даром. Она видела, какую боль ему приносит дар и делала все, чтобы облегчить, успокоить его, но не могла прогнать насовсем. Они должны найти решение. Кэлен взглянула на маленькую фигурку Ричарда на статуе. Ее верхняя половина была темна, как Ночной Камень, черна, как самая глубокая часть подземного мира.
Том забросил на плечи мешок.
– Позаботься о них за меня, Кара, хорошо? – попросил он, подмигнув морд-сит. Она улыбнулась. – Увидимся через несколько дней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
