— Иди за мной, — предложила она и начала спускаться по камням.
Мы остановились неподалеку от удивительного дерева. В нем было что-то знакомое, но что именно, я припомнить не мог.
— Ты слышал о нем от своего отца, — сказала Фиона, помедлив. — Корвин часами рассказывал тебе историю своей жизни; не может быть, чтобы он опустил столь важную ее часть.
Что-то стало смутно вырисовываться в моей памяти.
— Это дерево... — произнес я.
— В ознаменование строительства нового Огненного Пути Корвин воткнул здесь свой посох. Он оказался живым и пустил корни.
Мне показалось, что земля слегка дрожит.
Фиона повернулась спиной к дереву и подняла зеркало так, что могла видеть отражение дерева поверх правого плеча.
— Да, так оно и есть, — промолвила она после небольшой паузы, затем протянула мне зеркало. — Погляди в него так же, как смотрела я.
Я взял зеркало и повторил ее действия.
Вид, открывшийся в зеркале, был вовсе не похож на тот, что я наблюдал невооруженным глазом. Теперь я отчетливо видел сквозь туман. Светящаяся линия извивалась по земле, образуя сложный узор, но дальше она исчезала в толще тумана; там видны были лишь горевшие как звезды огоньки.
— На Огненный Путь Амбера не похоже, — заметил я.
— Верно, — кивнула Фиона. — А на Логрус?
— Нет, Логрус постоянно меняется. Он более угловатый, а в этом Пути округлые изгибы и повороты.
Несколько секунд я продолжал смотреть, потом вернул зеркало тете.
— Любопытное зеркало, — сказал я.
— Все гораздо сложнее, чем ты думаешь, — заявила Фиона. — Дело здесь не только в тумане. Погляди-ка!
Она подошла к началу Пути возле большого дерева и попыталась поставить ногу на огненную линию. Но не успела она дотронуться до нее, как раздался треск электрического разряда и в подошву туфли Фионы ударила искра.
— Он не пускает меня, я не могу поставить на него ногу. Попробуй ты.
Во взгляде тетушки я прочел нечто такое, что мне не понравилось.
— Почему твое зеркало не может проникнуть в самый центр Пути?
— В глубине сопротивление становится сильнее, — ответила она, — но почему — это мне не известно.
Помедлив, я спросил:
— А кто-нибудь, кроме тебя, пытался пройти этим Путем?
— Я приводила сюда Блейза. Путь не принял и его.
— Значит, кроме тебя, только Блейз побывал здесь?
— Нет, Рэндома я тоже приводила. Но он отказался попробовать. Сказал, что пока не хочет.
— Может, из осторожности... А был ли тогда при нем Судный Камень?
— Нет. Почему ты спрашиваешь?
— Да так, из любопытства.
— Попробуй ты. Может, у тебя получится?
— Ладно.
Я поднял правую ногу и стал осторожно опускать ее на огненную линию. Примерно в футе от нее нога остановилась.
— Что-то мешает мне наступить на нее, — сказал я.
— Странно, электрической вспышки на этот раз не было.
— Слабое утешение, — усмехнулся я и попытался опустить ногу хоть на несколько дюймов ниже, но в конце концов, вздохнув, признался: — Ничего у меня не получается, Фи!
Она разочарованно посмотрела на меня:
— А я-то надеялась, что кто-нибудь, кроме Корвина, может пройти по нему. Уж, казалось, прежде всего это должно быть доступно его сыну.
— А почему так важно, чтобы кто-нибудь мог пройти по нему? Только потому, что Путь здесь есть?
— Потому что он представляет собой опасность. Его непременно нужно изучить.
— Опасность? Какую?
— Амбер и Хаос — два полюса обитания, по крайней мере по нашему представлению. В них есть Огненный Путь и Логрус. Веками между ними существовало своего рода равновесие. А теперь, я полагаю, незаконнорожденный Путь твоего отца это равновесие нарушает.
— Каким образом?
— Между Янтарным Королевством и Владениями Хаоса всегда существовал волновой обмен. Похоже, что новый путь — помеха для этой связи.
— Скорее лишний кубик льда в бокале, — возразил я. — Думаю, со временем все образуется.
Фиона покачала головой:
— Ошибаешься. Помехи усиливаются, Теневые бури учащаются. Они рвут саму материю Теней, влияют на характер реальности.
— Не сходится, — возразил я. — Помимо этого Пути, существуют более серьезные факторы. Изначальный Огненный Путь в Амберё был поврежден, и Оберон его восстановил. Волна Хаоса обрушилась на Тени. Но Путь выдержал, и все вернулось в свою колею. Я склонен думать, что частые Теневые бури — последствия тех событий.
— Веский аргумент, — согласилась Фиона. — Но вдруг ты все же ошибаешься?
— Вряд ли.
— Мерль, в этом Пути сосредоточена какая-то сила, огромная сила!
— Не сомневаюсь.
— Нас всегда привлекала сила, мы пытались понять ее, овладеть ею. Потому что в один прекрасный день она может стать для нас угрозой. Говорил ли тебе Корвин, что это за сила и как мы можем взять ее под контроль?
— Нет, — ответил я, — ничего, кроме того, что он создал ее второпях, желая заменить старую. Отец боялся, что Оберон не сумеет починить старый Огненный Путь.
— Если бы мы могли найти его!
— До сих пор никаких известий?
— Дроппа уверяет, что видел Корвина на теневой Земле, которую вы оба так любите. Он сказал, что тот был в обществе красивой женщины, они потягивали вино и слушали музыку. Дроппа приветственно помахал рукой и стал пробираться к ним сквозь толпу. Ему показалось, что Корвин заметил его. Но когда он подошел к их столику, они уже исчезли.
— И это все? — Все.
— Не густо.
— Знаю. И только один Корвин может пройти по этому проклятому Пути!.. Если путь в самом деле опасен, когда-нибудь случится беда.
— Похоже, ты у нас паникерша, тетушка!
— Надеюсь, ты прав, Мерль... Идем, пора домой.
Я еще раз внимательно огляделся, стараясь запомнить все детали и ощущения — я хотел нарисовать карту, чтобы попасть сюда. Я ведь уклонился от истины — на самом деле, опуская ногу на огненную линию, никакого сопротивления я не испытывал. Но стоит ступить на Огненный Путь или внутрь Логруса, обратного пути не будет. Надо идти до конца — или будешь уничтожен.
А при всей моей любви к таинственному переменка заканчивалась, пора было возвращаться на занятия.
Сила.
Мы охотились на зинда в лесу Черной зоны — района Тени, ведущего торговлю с Хаосом. Вообще-то я не люблю охоту, мне не по душе убивать без нужды живые существа. Зинд — рогатый черный коротконогий хищник, коварный и свирепый. Но охоту затеял Джарт, и, так как это, пожалуй, был единственный шанс помириться с братом перед моим отъездом, я согласился принять в ней участие. Никто из нас не отличался особой меткостью, а зинд ловок и быстроног. Я решил, что даже если нам не повезет и мы не подстрелим ни одного зинда, у нас будет повод поговорить и к концу охоты наши отношения улучшатся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
