А Райя заглядывала в глаза правителю снизу вверх и пыталась угадать, понравилось ему вино или нет, доволен он торжественностью приема или разгневан, похвалить явился или покарать. Она была явно старше большинства знакомых Найлу женщин, но внешне безупречно соответствовала стандарту смертоносцев: длинные, густые, темные волосы, крупные груди, широкие бедра… Но то, что она постоянно опускалась на колени, Найла смущало. — Райя, встань. Иди сюда, — правитель указал на постель рядом с собой.
Женщина облегченно вздохнула, поднялась и непринужденно скинула с себя одежду.
Для любого из подчиненных мужчин ее внимание было честью и высшей из возможных наград. Как знак признания ее стараний, как знак доверия, как поощрение и награду восприняла она предложение Посланника Богини разделить с ним ложе. Найл понял, что обратной дороги для него нет.
Поначалу Найл думал, что у него ничего не получится, — ведь мгновение назад он и не думал ни о чем подобном. Однако Райя, для удовольствия которой мужчины всегда делали все, что только могли, точно так же повела себя и в отношении правителя. Она осторожно, почти опасливо, сняла с него тунику, поцеловала грудь, плечи, погладила бедра теплыми шершавыми ладонями, слегка сжала мошонку. Ее поцелуи спускались все ниже и ниже, перейдя на живот, потом на бедра. Найлу показалось, что по телу снизу вверх разбегаются мурашки, и в этот миг Райя чуть сдвинула кожу с головки члена и нежно-нежно коснулась его губами. Пенис отреагировал моментально, словно отдельное живое существо устремившись к женщине. Он словно отгородился от сознания Найла твердой стеной, получая удовольствие самостоятельно и только сообщая о нем в мозг.
Райя еще немного поиграла с членом, а потом, слегка поглаживая его рукой, стала целовать бедра, ноги, колени. Пенис напрягался все сильнее, пока не достиг твердости камня. Почувствовав его готовность, женщина быстро села сверху, закинув руки за голову, и стала медленно покачиваться вперед-назад.
Благодаря странной стене между членом и сознанием, Найл смог довольно спокойно рассмотреть и что цвет ауры у Райи зеленый, и что энергию она не берет, а отдает ему. Не выплескивает избыток, как Нефтис, не покорно жертвует, как Джарита, а именно отдает, уверенно и целенаправленно. Он подумал о том, что даже энергия уважения, оказывается, легко переходит в сексуальную, но тут странная стена в сознании внезапно прорвалась, и все мысли смыла волна наслаждения. Найл, не удержавшись, застонал, Райя убыстрила свои движения, стремясь успеть отдать правителю все… И приняла в себя его семя. Найл изо всех сил сжал ее колени, полностью выложившись в этом движении, и обмяк.
Райя легла рядом, испытывая наслаждение не от недавней близости, а оттого, что смогла доставить правителю такое удовольствие.
«Оказывается, даже самоотверженность имеет сексуальную основу», — подумал Найл и неожиданно увидел Рягью. Морячка сидела на берегу озера и лениво бросала в воду камешки. Заметила правителя, рассмеялась, сказала чистым, звонким голосом:
— Наконец-то ты пришел. Ведь я же есть. Это только в Дире я умерла. А в твоей памяти я останусь жить навсегда…
Но это, разумеется, был всего лишь сон.
Соль у залива добывали очень простым, но эффективным способом: соленую морскую воду через узкий канал запускали в мелководную заводь, после чего канал перекрывали, а вода на солнце начинала испаряться. Когда заводь мелела примерно по колено, воду перепускали в прудик, снова давая испаряться. Процедура повторялась раз шесть, после чего воду из последнего водоема выливали на широкие подносы, на которых она и испарялась совершенно, оставляя на пластике толстый белый налет.
Соль в заливе могли добывать до тех пор, пока существовало море, и это радовало. Печалило то, что буквально день назад в залив вошли ладьи из города и забрали все, добытое за месяц. Райя обещала дня через три снять с подносов новый «урожай», но у правителя не было времени ждать.
Для чьих нужд забрали соль, надсмотрщица не знала. Перед ней никто никогда не отчитывался. Возможно, это приказ принцессы Мерлью, и тогда добычу повезли в город. А если нет? Тогда завтра свежевыловленная рыба начнет тухнуть.
— А у тебя запаса нет?
— Нет, мой господин. — Райя в отчаянии рвала на себе волосы: ее посетил Посланник Богини, а у нее нет ни горсточки соли!
От залива к ногам правителя тянулась цепочка голубых прудов. Найл присел, зачерпнул воду из ближайшего — горькая, аж тошнит.
В голову закралась неуверенная мысль… Он черпнул еще горсть, сделал глоток, отчаянно закашлялся, перевел дух.
— Райя, у тебя есть большие кувшины?
— Есть. Мы ими пользуемся при переливе…
— Давай сюда. Все. Да не бойся, верну через два дня.
— Но… — неуверенно предупредила надсмотрщица, — они пустые.
— Давай пустые, — расхохотался правитель, — зачем мне соль, когда рыбу можно кидать прямо в рассол?! Давай все, в чем только воду носить можно!
В дорогу правитель вышел опять же под вечер. Он уносил от залива двенадцать больших кувшинов, полных соляного рассола, и отличную идею о том, как сэкономить еще несколько недель при подготовке торгового каравана.
Над гаванью в квартале рабов носились тучи орущих чаек. От запаха свежих рыбьих потрохов они совершенно одурели и кидались вниз очертя голову, не обращая внимания на немалое количество собравшихся вокруг смертоносцев. Пауки, сытые и ленивые, охотничьей сноровки не проявляли, а потому большинство птиц благополучно взмывали обратно в небо.
Посреди этого гвалта стояло пять бочек, накрытых мокрой тканью, а шестая наполнялась. Вдоль берега, бросая по сторонам внимательные взгляды, прогуливалась принцесса. Увидев Найла, она улыбнулась и быстро пошла навстречу.
— Здравствуй, Посланник Богини, — полушутливо отвесила Мерлью глубокий поклон. — Говорят, ты пошел за солью?
— Да.
— Ну и как?
— Соли не было… но нашелся рассол!
— Отлично! — обрадовалась принцесса. — А я уж думала, с пустыми руками вернешься. Ну, раз так, нужно еще пару пустых бочек привезти.
— Постой, — вскинул руку Найл, — Мерлью, а ты знаешь, что наш торговый караван можно отправить не через две недели, а уже завтра?!
— Это как? — немедленно заинтересовалась принцесса.
— Очень просто! Как вялить рыбу? Три дня держим в рассоле, потом недели две сушим. Так?
— Примерно так…
— Так вот, нужно везти не вяленую, а просто соленую рыбу! В бочки закатаем — и в путь. По дороге просолится.
— Не получится. Вялить просто: соли побольше накидал, потом на веревки развесил. А солить — рецепт знать надо. Сколько чего, чтобы и поперек горла от горечи не вставало, и не протухла раньше времени. Мы, конечно, не за барышом едем, но нужно и меру знать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
