Он резко отодвинулся от нее.
— Господи, только не начинай опять всю эту ерунду про детишек, ладно? Просто не начинай. Ты даже не можешь выкроить время помочь мне подыскать новый восточный ковер для столовой. Как же ты думаешь воспитывать ребенка?
— Я не люблю выбирать ковры. Я люблю детей. Сэм, мне уже тридцать один год. Часы идут. К концу года в «Сисвэл» прямо на территории будет детский сад. Тогда будет все по-другому и для меня, и для других наших сотрудниц.
Едва закончив фразу, Сюзанна тут же пожалела, что заговорила о детском садике. Ведь тем самым она дала Сэму прекрасный повод увести разговор с личных тем на дела компании и не сомневалась, что он не упустит возможности воспользоваться этим поводом.
— Не знаю, почему ты говоришь об этом так, будто вопрос о детском саде — дело решенное. В этом я тебя поддерживать не стану, да и Митч наверняка тоже будет против. Бог ты мой, ведь корпорация вовсе не обязана заботиться о детях ее служащих!
— Еще как обязана, если корпорация хочет рассчитывать на женскую рабочую силу. В этом, Сэм, я буду выступать против тебя. И если придется, то поставлю вопрос перед советом директоров.
— Ну, это будет не впервые. — Он резко поднялся. — Я перестаю тебя понимать, Сюзанна. Создается такое впечатление, будто ты перечишь мне во всем!
Это было неправдой. Она по-прежнему считала, что из всей их четверки самое верное представление о будущем облике «Сисвэл» имеет именно Сэм. Именно благодаря ему компания никогда не перегружалась иерархическими структурами. Ее организация была мобильной и стройной, что обеспечивало компании процветание.
— Знаешь, Сюзанна, ты изменилась. И я вовсе не уверен, что к лучшему. — Сэм скользнул взглядом по ее наряду. Ему не нравилось, что она носит джинсы. Ему была отвратительна эта короткая стрижка. Если ему доводилось слышать от нее крепкое словцо, он устраивал крупный скандал. И Сюзанне наконец стало ясно, что Сэм хочет, чтобы она опять стала такой, какой была, когда они встретились в первый раз.
— Сэм, нам нужно больше времени проводить вдвоем, и чтобы не трезвонили все эти телефоны, и чтобы никакие люди не врывались в дверь. Мы должны уладить свои проблемы, а для этого необходимо лишь время.
— Знаешь, ты становишься похожей на заезженную пластинку! Не желаю больше слышать об этом. Мне хватает проблем и без этой твоей ерунды!
— Прошу прощения. А… Сэм, можно?..
Минди Брэдшоу вошла с такой осторожностью, словно кухня кишела гремучими змеями. Это была худая, анемичного сложения блондинка, с тонкими по-детски волосами, висевшими занавесками по обе стороны лица. Минди совсем недавно перевели в группу новых изделий. Она была довольно смышленой, но ей не хватало уверенности в себе, из-за чего она нередко оказывалась крайней в очередной публичной унизительной выволочке, устраиваемой Сэмом. За последние недели Сюзанна не раз наблюдала, как та убегает с собрания вся в слезах, но это была не совсем та манера поведения, которую хотелось бы видеть Сюзанне у работающих в компании женщин, которых она всегда яростно защищала. Но Минди, несмотря на придирки Сэма, продолжала внимать каждому его слову, не спуская с него глаз, словно он вот-вот начнет летать.
Сэм явно обрадовался возможности прерваться:
— А, Минди, в чем дело?
— Мы с Питом хотели бы знать… то есть…
— Христа ради, Минди. Начни все сначала, хорошо? Зайди в комнату, скажем, так, словно ты ее владелица. Стань прямо, посмотри мне в глаза и скажи, чтобы я убирался ко всем чертям, если именно это ты и хотела сказать.
— Ох, нет, — чуть слышно произнесла она. — Просто… мы с Питом уплотняли кое-какие номера, и нам хотелось бы обсудить кое-что с вами.
— А, ну конечно. — Он швырнул пустую банку в мусороприемник и вышел из комнаты, даже не оглянувшись.
Сюзанна апатично прошла в свой офис. За эти последние несколько лет она превратилась в настоящего бойца, но как бороться с этим, не имела ни малейшего представления. Повинуясь безотчетному чувству, она пошла кружным путем, через восточное крыло здания. Может быть, Янк еще работает в своей лаборатории. Временами, когда ей бывало скверно, она любила заходить к нему на несколько минут. Говорили они мало, но каждый раз после общения с ним Сюзанне становилось легче. Ей нравилась спокойная размеренность его движений, твердость взгляда, когда он действительно обращал на нее внимание. Присутствие Янка ее успокаивало.
Но тут Сюзанна заколебалась. Не стоило обзаводиться привычкой использовать других в качестве подпорки только из-за того, что сама не в состоянии решить свои проблемы! Сюзанна вернулась в офис и включила свой «Блейз-III». Экран машины засветился. Некоторое время она смотрела на компьютер со смешанным чувством любви и горечи. А затем вся ушла в работу.
Тем же вечером далеко за полночь Сэм, раздевшись догола, залез в огромную ванну с теплой водой. Позади него возвышалось ультрасовременное здание, на крыше которого, выступающей под острым углом на фоне ночного неба, словно крылья летучей мыши, были установлены восемнадцать панелей солнечных батарей, обеспечивавших здание электроэнергией. Сэм с группой архитекторов работал над его проектом почти год, а строительство здания заняло два года. В нем все было самым лучшим. Интерьер украшали диваны причудливой формы, обитые белой замшей, и столы с зазубренными краями, высеченные из горного селенита, пол выложен мрамором с отделкой из черного гранита, а по периметру ванны тускло отсвечивало оборудование строгих геометрических форм, изготовленное из холоднокатаной стали. Сама ванна, сделанная из черного мрамора, размерами была с небольшой плавательный бассейн.
Он откинулся на бортик, контур которого удобно прилегал к телу. Несмотря на сильную усталость, спать не хотелось. Темная вода обнимала его. Взглянув на огни расстилавшейся внизу долины, он представил, что это звезды, а сам он висит в космосе вверх ногами и плывет, отдавшись ощущению полета через неизведанное пространство.
У него масса денег; раньше он и представить не мог, что их бывает так много. Он может купить все, что пожелает, поехать куда угодно, делать что заблагорассудится. Но что-то уходит от него. Вода затягивала, и он устремился еще глубже в это пространство. «Найди это, — шепнул голос. — Оглядись и найди то, чего тебе не хватает».
Ему только тридцать, и он не желает жизни спокойной и благоустроенной. Где оно, неизведанное, бросающее ему вызов? Где волнения? Одной «Сисвэл» ему уже недостаточно. И Сюзанны тоже!
Посторонний шум нарушил ход его мыслей. В доме отворилась одна из дверей, и он увидел Сюзанну. Он злобно смотрел, как она плотно запахивает шелковый халат, ежась от ночной прохлады.
