– Девон! Я уж думал, ты никогда не вернешься!
Высокий стройный мужчина с седыми волосами пожал протянутую Девоном руку и заключил его в медвежьи объятия. Выпрямившись в седле и сохраняя непроницаемое выражение лица, Моргана молча наблюдала за происходящим. Этот человек, поразительно напоминавший Девона, с трудом сдерживал чувства, и девушка ощутила тяжесть в груди. Последний раз она видела подобное выражение гордости за любимого ребенка в глазах своего отца в тот день, когда дебютировала в нью-йоркском обществе. Она вдруг подумала о том, насколько похожи их с Девоном отцы. То, как он наблюдал за приветствиями со стороны столпившихся вокруг его сына людей; то, как еле слышно посмеивался над шутками близких друзей; то, с каким удовольствием он смотрел на маленьких черных ребятишек, прижимавшихся к ногам родителей и с благоговейным ужасом взиравших на молодого хозяина, выдавало в нем отца, преисполненного гордости за своего сына. Никто никогда больше не будет так смотреть на нее. Неожиданно перед внутренним взором девушки встал образ ее отца, и на глаза навернулись непрошеные слезы.
Они медленно двинулись к дому. Девон молча ехал по узкой тропинке в прерии, которая начала уже желтеть от палящего солнца. На сколько хватал глаз простиралась плоская равнина, и только на самом горизонте, слева, поднималась небольшая возвышенность. Сохраняя молчание, Моргана отвернулась, не желая больше выслушивать радостные приветствия собравшихся. Чтобы хоть немного отвлечься от невеселых мыслей, девушка перевела взгляд на дом, из которого вышел отец Девона. Это было низкое длинное строение, которое явно строилось частями, по мере того как у хозяев росли доходы. Моргана совсем не так представляла себе поместье в диких техасских землях и совершенно не ожидала увидеть такой большой и красивый дом. В маленьких домиках, окружавших главное здание, жили слуги, которые при звуках голоса Девона дружно высыпали на улицу. Еще дальше располагались помещения для рабов. Девушка не сомневалась, что все чернокожие жители поместья – рабы. Это чувствовалось в их отношении к Девону, хотя было очевидно, что они обожают молодого хозяина. Рабство… еще один предмет спора между мексиканцами и англоамериканцами. В Мексике рабство было отменено, и хотя американским колонистам позволено было привозить рабов с собой, дети, рожденные на техасской земле, автоматически становились свободными. Антонио часто говорил о том, как он ненавидит рабство. Она была полностью согласна с президентом.
Пронзительный женский крик оторвал Моргану от размышлений, и, подняв голову, она увидела, как к ним несется седая чернокожая женщина в развевающихся юбках. У девушки невольно что-то сжалось внутри, когда она заметила выражение восторга, промелькнувшего на лице Девона за секунду до того, как он раскрыл встречные объятия.
– Иди ко мне, старая добрая Мелли! – Молодой человек крепко прижал к себе пожилую негритянку и не отпускал до тех пор, пока она со смехом не взмолилась об этом:
– Смотрите не переломайте кости старой Мелли, а то вечером она не сможет приготовить ваш любимый десерт, мастер Девон!
– А что это будет, Мелли?
– Пирог из персиков! – подмигнув хозяину, весело проговорила негритянка. – Мелли припасла целую гору персиков специально для того дня, когда мастер Девон вернется домой. Это такая радость для нас, сэр, такая радость!
Неожиданно Моргана почувствовала, что взгляды собравшихся теперь устремились на нее, что усилило ее смущение. С тех пор как они въехали на территорию поместья, Девон ни словом о ней не обмолвился, и всех мучило любопытство.
– Мэм, позвольте помочь вам спешиться.
Пока Моргана смотрела на Девона, она не заметила, как к ней подошел его отец. Взглянув на него, она увидела в бледных глазах, так похожих на глаза сына, обезоруживающую доброту. Да, они были очень похожи, только годы смягчили суровые заостренные черты… или, быть может, это сделала улыбка, исходившая, казалось, из самого сердца? Густые усы над верхней губой были такого же цвета, как копна волос на голове, неровно подстриженных на уровне плеч. На нем была домотканая рубаха из хлопка и кожаные бриджи, почти как у Девона. Говард-старший сохранил на удивление стройную и гибкую фигуру. Глядя на этого человека, Моргана представляла себе Девона через пару десятков лет, каким ей не суждено его увидеть.
Сильные мужские руки легко подняли ее в воздух и опустили на землю. Моргана искренне улыбнулась старику:
– Большое спасибо, сэр. – Понимая, что эти простые слова благодарности оказались несколько не к месту, Моргана замолчала, заметив растерянное выражение на лице мужчины. Не зная, что предпринять, Моргана посмотрела на Девона и испугалась, наткнувшись на его гневный взгляд.
Смеясь над ужимками старой негритянки, Девон ощутил первые признаки беспокойства. Несмотря на веселую болтовню Мелли, он заметил, как взгляды собравшихся стали постепенно перемещаться на что-то за его спиной. Нетрудно было догадаться, что именно привлекло их внимание. Моргана. Какой нормальный мужчина не захочет полюбоваться бьющей через край естественной красотой? Такая девушка, как Моргана, могла произвести впечатление в любом виде. И для этого ей не нужно было прибегать к обычным женским уловкам. Достаточно было просто снять неудобную шляпу, защищавшую от палящих солнечных лучей нежную кожу ее лица, и грубую накидку, прикрывавшую плечи, чтобы дать возможность окружающим насладиться блестящей копной каштановых кудрей, безупречной кожей, покрытой ровным золотистым загаром, большими серьезными глазами, обрамленными густыми длинными ресницами, какие бывают только у сказочных принцесс; изящными скулами, которыми он сам не переставал восхищаться, тонким прямым носиком, великолепным профилем и губами… Господи, эти губы сводили его с ума! Разве можно смотреть на них и не хотеть поцеловать, попробовать на вкус, приоткрыть их языком? Даже старая поношенная одежда не скрывала волшебной красоты девушки: нежной линии плеч, тонких изящных рук, изысканной формы груди, тонкой талии, округлых бедер, длинных стройных ног… Даже ее ступни выглядели очень привлекательно в бесформенных сандалиях, лишний раз подчеркивавших их изящество. Да, Девон не сомневался, что все мужчины оценили ее по достоинству.
Обернувшись, Девон замер от удивления, увидев отца рядом с лошадью девушки. Но еще больше его поразило выражение лица Морганы. Она мягко улыбнулась пожилому мужчине, и привычная холодность во взгляде, с которой она смотрела на Девона, уступила место искренней теплоте. Она никогда так не смотрела на него… так открыто и дружелюбно. Даже когда они занимались любовью… Закипая гневом, молодой человек увидел, как отец обхватил ладонями тонкую талию девушки и легко снял ее с лошади. Взгляд Девона был прикован к Моргане: с нарастающей ревностью он наблюдал за тем, как она очаровательно покраснела и, заглянув в бледные глаза Говарда-старшего, мягко поблагодарила его. Не заметив, что отец смотрит на него, он видел только Моргану, которая в этот момент поймала его взбешенный взгляд.
