Когда же Ельцин укрепился у власти, «суверенность» Чечни стала ему не нужна. Его помощники С. Филатов (руководитель президентской администрации), С. Шахрай (до лета 1994 года министр по делам национальностей и региональной политике), С. Степашин (руководитель Федеральной службы контрразведки) и Э. Паин (заместитель начальника аналитического управления президента РФ) убедили его, что в Чечне есть реальные силы, которые способны изменить ситуацию в республике. Они имели в виду главу Временного Высшего Совета Чечни Автурханова, который, по их представлениям, мог взять власть при условии, что Россия окажет Временному Высшему Совету прямую финансовую и военную помощь.
2 августа 1994 года Автурханов объявил об отстранении от власти Дудаева, о принятии на себя всей полноты власти в республике, о прекращении деятельности всех органов государственной власти, созданных Дудаевым. Дудаев, в свою очередь, объявил У. Автурханова предателем Чечни. В республике началась гражданская война.
Тем временем заместитель директора Федеральной службы контрразведки, начальник управления ФСБ по Москве и Московской области Е. Савостьянов организовал вербовку добровольцев в военных гарнизонах, расположенных вокруг Москвы.
26 ноября была предпринята масштабная атака на Грозный, закончившаяся полным разгромом нападавших. Многие российские военнослужащие были убиты и взяты в плен, а на другой день все они были показаны иностранной прессе как доказательство прямого участия России во внутричеченском конфликте. Дальше маскировать свои действия для российского правительства не имело смысла. К тому же чеченская оппозиция, деморализованная бесконечными поражениями, потеряла остатки своего влияния на население и уже не могла рассматриваться как организованная политическая сила, способная к самостоятельным действиям.
11 декабря началась первая чеченская война. Только через три недели — к концу декабря — федеральные силы подошли к Грозному. Новогодний штурм Грозного стал примером полного развала армии и профессионального невежества, и уже 9 января 1995 года правительство РФ объявило о введении 48-часового моратория на боевые действия для вывоза раненых и погибших из зоны военных действий.
Потом такие перемирия объявлялись постоянно, и что интересно, они использовались незаконными вооружёнными формированиями боевиков для того, чтобы перегруппировать свои силы, наладить снабжение и т. д. В народе была твёрдая уверенность, что в верхах кто-то очень заинтересован в поддержании этого конфликта, поэтому его и не удаётся закончить.
30 июля 1995 года в Грозном представители обеих сторон подписали Соглашение по мирному урегулированию ситуации в Чеченской республике. Российское руководство давало согласие на сотрудничество с Дудаевым в деле создания так называемых «отрядов самообороны», которые, по замыслу, должны были формироваться на паритетной основе, чтобы обеспечить поддержание порядка, контролировать разоружение незаконных формирований и отдельных граждан.
6 октября 1995 года в центре Грозного при проезде через уличный туннель был взорван радиоуправляемой миной автомобиль командующего Объединенными федеральными силами в Чечне генерал-лейтенанта А. Романова. Действие, соглашения было прервано.
Между тем происходили перемены на «политическом Олимпе».
17 декабря 1995 года прошли очередные выборы в Государственную Думу. В них приняли участие 64 % российских граждан, имеющих право голоса. Больше всего голосов получила КПРФ — 22 %. Либерально-демократическая партия потеряла почти половину голосов, по сравнению с 1993-м; теперь она получила всего 11,2 %. «Партия власти» — «Наш дом — Россия» набрала 9,5 % голосов и осталась на третьем месте. Четвёртой и последней партией, перешагнувшей барьер в 5 % голосов, было «Яблоко». Но эти выборы ничего не изменили: во главе страны осталось то же правительство.
Ельцин предпринял некоторые кадровые перестановки, чтобы улучшить свой имидж в общественном мнении. В самом начале января 1996 года с поста министра иностранных дел был снят А. Козырев, который за все шесть лет пребывания на посту министра практически ни разу не вступился за национальные интересы России. Его место занял академик Е.М. Примаков, тогдашний шеф внешней разведки. 16 января 1996 был подписан указ об освобождении непопулярного Чубайса от обязанностей первого вице-премьера РФ, но после небольшого перерыва он вошёл в избирательный штаб президента.
Выборы президента России были назначены на 16 июня 1996 года. Ельцин, который клялся много раз, что не собирается выставлять свою кандидатуру, сделал вид, что никогда не обещал этого. Авторитет его был на очень низком уровне — по некоторым данным, он упал до 4 %. Конечно, верить агентствам по опросу общественного мнения особо нельзя; примем их результат на уровне 10–15 %.
Избирателя запугивали «страшными перспективами» в случае поражения Ельцина. Им внушали, что в этом случае их жизнь будет невыносимой. Был ещё один «ресурс» — подсчёт голосов. Состав Центральной избирательной комиссии формируется правительством, а председателя назначает президент. На этот пост в 1993 году был назначен Н.Т. Рябов, один из тех депутатов Верховного Совета России, которые перебежали из осаждённого Белого дома на сторону Ельцина. В верности этого человека сомнений не было.
15 марта 1996 года Дума приняла решение об отмене Постановления Верховного Совета РСФСР от 12 декабря 1991-го о денонсации Договора об образовании СССР: Беловежское соглашение было признано незаконным. Ельцин это решение Думы назвал провокацией. Пошли слухи о возможном разгоне парламента, запрете КПРФ и переносе сроков выборов на более позднее время, например, на два года.
2 апреля 1996 года подписали в Москве Российско-Белоруский Договор об образовании Сообщества Суверенных Республик.
15 апреля 1996 начался вывод федеральных войск из Чечни.
В общем, популистские меры чередовались с запугиванием.
Если верить мемуарам Ельцина, то 23 марта 1996 года прошло закрытое совещание, в котором принимали участие В. Черномырдин, О. Сосковец, силовые министры и руководитель президентской администрации Н. Егоров. Обсуждали, что же, собственно, делать. Президент собирался повторить удачный опыт вооружённого подавления оппозиции образца 1993 года, но неожиданно для всех с возражениями выступил тогдашний министр внутренних дел А. Куликов. Он заявил, что коммунистическая партия контролирует законодательные органы власти в половине регионов России, и если она выведет народ на улицу, то возможно, часть военнослужащих министерства внутренних дел перейдёт на её сторону, что будет означать серьёзное вооружённое сопротивление действиям Ельцина. Выслушав это мнение, президент закрыл заседание, оставшись при своём мнении.
В своих воспоминаниях он отмечал, что отказаться от силового подавления оппозиции его уговорили дочь Т. Дьяченко и А. Чубайс, который предупредил, что Запад не поддержит очередного государственного переворота. Вопроса об интересах народа и на этот раз не возникло; совершенно ясно, что от очередного кровопролития страну спасла только боязнь высшей власти получить неудовольствие Запада.
Выборы президента 1996 года — пример того, чего могут достичь современные методы обработки общественного мнения, так называемый «административный ресурс», и огромные деньги. Основная ставка делалась на моделирование общественного сознания таким образом, чтобы люди даже вопреки своим жизненным интересам проголосовали так, как надо власти.
Денег на предвыборную кампанию не жалели. Потом в печати появлялись разные суммы; они колебались около 20 миллиардов долларов, истраченных на подкуп прессы, телевидения, артистов, политических и общественных деятелей, аналитиков и экспертов разного толка.
Велась обработка других кандидатов на высший пост. Это были: Г. Зюганов, А. Лебедь, Г. Явлинский, В. Жириновский, С. Фёдоров, М. Горбачёв, М. Шаккум, Ю. Власов и В. Брынцалов. Подробностей переговоров с ними никто не знает, но кое-что можно восстановить.
Представители президента никогда не прекращали неофициальных контактов с верхним эшелоном коммунистической партии; сама верхушка КПРФ стала частью правящей элиты и, как оно в нашей элите заведено, больше заботилась о собственном благополучии, нежели о стране. Вряд ли Зюганов знал, что делать, если его вдруг выберут; проиграв выборы, он говорил, что точно знает — подсчёты голосов были нечестными. Однако никаких судебных действий он не предпринял, и это очень красноречивый факт.
Говорили, что генерал А. Лебедь сразу после первых подходов к нему дал согласие на контакт с президентским окружением и неофициально согласился войти в блок с Ельциным. Он немедленно получил крупные финансовые ресурсы, доступ к информационным источникам, что подняло его рейтинг. Но внешне он выступал с позиций достаточно критических по отношению к правительству.
