Комиссия смогла получить письменные свидетельства на поставленные вопросы от министерства финансов, Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг, Счётной палаты, Генеральной прокуратуры, Службы внешней разведки. Уклонился от предоставления информации только Центральный банк, что тоже наводит на размышления.
Результаты работы комиссии были опубликованы в «Парламентской газете» от 23 марта 1999 года. Выяснилось, что решения от 17 августа принимались лично С. Кириенко и С. Дубининым при участии тогдашнего министра финансов М. Задорнова, первого заместителя председателя Центробанка С. Алексашенко, а также посторонних лиц — Чубайса и Гайдара, не занимавших тогда должностей в государственных структурах и приглашённых лично С. Кириенко в качестве экспертов. Было признано, что все чиновники превысили служебные полномочия и должны нести персональную ответственность за последствия своих действий.
Настоящей «бомбой» в мировом финансовом мире стала история с пропажей 4,8 миллиарда долларов, которые были выданы правительству РФ от МВФ для ликвидации последствий дефолта. Главе МВФ Мишелю Камдессю это стоило кресла, а в России всем причастным — хоть бы что. Слава Богу, хоть медалями не наградили (хотя, кто знает). Лишь осенью 2001 года правительство М.М. Касьянова вернулось к вопросу об этом «пропавшем» займе и… решило выплатить хотя бы проценты (8 % годовых) по нему. Разумеется, из бюджета — за счёт денег, собранных со всей страны.
И кстати, американцы ещё осенью 1998 года на переговорах с чиновниками из России о совместных мерах против отмывания «грязных денег», предлагали раскрыть имена тех, кто «хапнул» эти деньги, а заодно и фамилии ещё двух сотен крупных российских коррупционеров, на счетах которых в иностранных банках находится около 60 миллиардов долларов. Но, как пишет В. Сироткин, «российская делегация вежливо отказалась — ещё бы, в её составе как раз и находились некоторые владельцы этих счетов!» —…впрочем, для российских спецслужб эти имена не были секретом.
Бумаг ГКО-ОФЗ было выпущено в общей сложности на 436 миллиардов рублей, и доходов от новых выпусков не хватало на покрытие платежей по предыдущим; и эта порочная практика проводилась в жизнь в течение четырех лет — с 1994 года! Могут быть только две причины для такой «финансовой политики»: или организаторы этой пирамиды преследовали цели личной наживы, и являются ворами, или игра в ГКО — признак некомпетентности ответственных правительственных чиновников самого высокого ранга.
Мы склоняемся к первому «или»; но комиссия Совета Федерации однозначно квалифицировала действия правительственных должностных лиц, в частности, бывших министров финансов Чубайса, Лившица и Задорнова, как профессионально некомпетентные, безответственные и халатные.
Но было также отмечено, что ряд высокопоставленных государственных лиц, в частности, А. Чубайс, А. Кох, С. Алексашенко, сами зарабатывали деньги на спекулятивных операциях с государственными ценными бумагами, и что Центральный банк России тоже превратился в игрока на рынке ГКО-ОФЗ, вместо того чтобы блюсти стабильность национальной денежной единицы. Получая громадные доходы от ГКО-ОФЗ, руководство банка тратило их на создание всевозможных поощрительных фондов для своих сотрудников, на содержание которых и без того шли непомерные суммы (в 1998 году на это ушло 9,7 миллиарда рублей). Именно по этой причине Центробанк всячески отбивался от всякого контроля со стороны законодательной власти.
Сам ЦБ крайне бюрократизирован, штат его сотрудников, включая 79 территориальных управлений, составляют 80 700 человек. Это в 8 раз больше числа чиновников, регулирующих самую большую в мире банковскую и денежную систему США (10 204 человека). В Великобритании таких чиновников 4 653, а в Гонконге — всего 163. Многочисленная армия чиновников ЦБ работает крайне неэффективно.
Но отметим — неэффективно для страны; в отношении собственного кармана все наши высшие чиновники, и не только в ЦБ, «работают» очень эффективно.
Многие депутаты на протяжении всех прошедших лет оценивали как крайне неэффективную и даже вредную для России работу самого президента Ельцина.
Ещё до финансового обвала, в апреле 1998 года депутаты генерал Л. Рохлин и В. Илюхин предложили начать сбор подписей под инициативным письмом об отрешении Б. Ельцина от власти в соответствии с конституционными нормами. Письмо было подписано 177 депутатами; в нём кратко формулировались основные обвинения против Ельцина и ставился вопрос о создании специальной парламентской комиссии, которая должна была бы оценить правильность соблюдения процедурных порядков и фактической обоснованности обвинений, выдвигавшихся против президента Российской Федерации.
19 июня 1998 года на пленарном заседании Государственной Думы была образована такая комиссия в составе 15 человек. За её создание голосовало 300 депутатов, против 3, остальные — вот они, наши депутаты! — участия в голосовании не приняли.
В августе, вскоре после дефолта, по предложению группы депутатов-аграриев Дума приняла постановление, которым рекомендовала президенту Ельцину добровольно подать в отставку. За это предложение проголосовали 245 депутатов, против — 32, остальные опять же проигнорировали голосование.
Через полгода, 13 мая 1999 года газета «Коммерсантъ» опубликовала доклад комиссии и текст заключения, подготовленного к этому докладу Федеральной службой безопасности от имени правительства. Правда не ясно, почему это было поручено ФСБ, а не, например, Министерству юстиции? И кстати, во главе ФСБ в это время стоял В. Путин, который, сам став президентом, издал указ о неподсудности бывшего президента Ельцина.
Первым пунктом обвинений была роль Б. Ельцина в подготовке, разработке, подписании и осуществлении Беловежских соглашений, которые привели к уничтожению СССР.
По пункту первому основное возражение ФСБ состояло в том, что комиссия, оценивая деяния президента России, ссылалась на Уголовный кодекс РСФСР, в то время как он утратил свою силу с 1 января 1997 года. Это было расценено как «общая правовая ошибка», повторяющаяся и в других пунктах. В итоге ФСБ делала по этому разделу такое заключение: «Ошибочное применение комиссией норм уголовного и другого законодательства вызывает сомнения в её выводах, что может повлечь, в свою очередь, нарушение прав человека по отношению к Президенту Российской Федерации».
ФСБ утверждала, что Всесоюзный референдум 17 марта 1991 года и его результаты не являются источником права.
Вторым пунктом обвинений фигурировал расстрел парламента в октябре 1993 года.
По второму пункту ФСБ отметила, что Верховный Совет работал неудовлетворительно в 1992–1993 годах. Именно поэтому Ельцин вынужден был издать Указ № 1400 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации», который и стал детонатором событий сентября-октября 1993 года. Всю ответственность за насилие и кровопролитие в Москве ФСБ признала за Верховным Советом и его бывшими руководителями (Р. Хасбулатов и А. Руцкой). Президент же действовал в состоянии крайней необходимости, чтобы предотвратить массовые беспорядки, погромы, разрушения, поджоги и другие антиобщественные акции.
Третьим обвинением в адрес президента явились события в Чеченской республике в 1990-е годы.
По третьему пункту ФСБ признала, что на территории Чечни к 1994 году сложилось опасное положений, и единственным действенным правовым инструментом для обеспечения законности, правопорядка и общественной безопасности на территории Чеченской Республики, которым располагал в то время президент Российской Федерации, являлся институт крайней необходимости.
В четвертом пункте обвинений в адрес Ельцина говорилось о сознательном ослаблении обороноспособности страны. Правда, комиссия отмечала, что она не нашла в его действиях намерения оказать помощь иностранному государству, и не сочла возможным выдвинуть против него обвинение в государственной измене, но признала, что он виновен в злоупотреблении должностными полномочиями, совершил тяжкие преступления.
Это обвинение ФСБ практически не рассматривала по существу, ограничившись констатацией того факта, что, дескать, комиссия вышла за рамки определённых ей полномочий и стала обсуждать вопросы, которые не в её компетенции, но должны решаться, по меньшей мере, одной третью от численного состава Государственной Думы.
Пятым, заключительным пунктом обвинений был «геноцид российского народа». Из-за обвального падения жизненного уровня россиян, разрушения системы медицинского обслуживания, безработицы началось вымирание населения. Более 32 миллионов человек живут в России ниже уровня, называемого «прожиточным минимумом». Задолженность по выплате ежемесячного пособия на детей выросла за время президентства Ельцина до 25 миллиардов рублей. Задолженность по пенсиям выросла до 30 миллиардов рублей. К концу 1998 года безработица в России, если её рассчитывать по методике Международной организации труда, составила около 8,6 миллиона человек, или почти 12 % экономически активного населения.
