бок: Джери вел наблюдение, а Мата была готова подключиться в любой момент.
После насыщенного курса лекций по управлению машиной Джери посадил Торби за один терминал, Мату — за другой и ввел данные, полученные из рубки управления корабля. К терминалам были подключены регистрирующие устройства, так что можно было фиксировать действия каждого стрелка, а затем сравнить их с записанными загодя действиями операторов, участвовавших ранее в сражениях — настоящих или тренировочных.
Уже очень скоро Торби совершенно вымотался; Мата справлялась с заданием гораздо успешнее.
Юноша попытался сосредоточиться, но дело пошло еще хуже. Обливаясь потом и стараясь уследить за маневрами пирата, некогда появлявшегося на экране радара «Сизу», Торби постоянно и почти болезненно ощущал соседство стройной темноволосой изящной девушки. Ее проворные пальцы едва уловимыми движениями нажимали кнопки и передвигали рычажки, меняя угол или вектор. Мата действовала расслабленно и не спеша, и было несказанно унизительно узнать потом, что действия соседки «спасли корабль», в то время как сам он промахнулся.
И, что хуже всего, она нравилась Торби, о чем он даже не подозревал, лишь чувствуя, что ее присутствие сковывает его.
Закончив учебный бой, Джери связался с ними из рубки управления.
— Конец занятия. Оставаться на местах.
Вскоре он вошел в компьютерную и принялся изучать ленты, читая замысловатые символы так же легко, как обычный человек читает текст книги. Рассматривая ленты Торби, он почмокал губами.
— Стажер, вы стреляли трижды… и ни одна из ваших торпед не взорвалась ближе чем в пятидесяти тысячах километров от вражеского корабля. Речь идет не о расходах — это забота старшего офицера. Но, стреляя, вы должны поразить врага, а не застращать его. Вам придется немало поработать, чтобы стрелять без промаха.
— Я старался изо всех сил!
— Этого недостаточно. Давай-ка разберемся с тобой, сестрица.
Подобная фамильярность еще больше уязвила Торби. Брат и сестра любили друг друга и не утруждали себя обращением по званиям. Торби как-то попытался называть их по именам… и получил щелчок по носу; здесь он был «стажером», а они — «старшим стрелком» и «младшим стрелком». Тут ничего нельзя было поделать: на посту он был младшим. Целую неделю во внеслужебное время Торби называл Джери «приемный племянник», и тот вежливо и неукоснительно именовал его по семейному титулу. Торби в конце концов решил, что это глупо, и вновь стал называть Джери по имени. Но тот, обращаясь к Торби во время занятий, продолжал говорить «стажер». И Мата тоже.
Джери посмотрел записи Маты и кивнул.
— Отлично, сестричка! Ты лишь на секунду запоздала против расчетного идеала, но на три секунды опередила выстрел, который был бы признан удовлетворительным. Я могу с полным правом сказать, что ты действовала отлично… тем более что тот выстрел был сделан мною. Тот рейдер с Ингстела… помнишь?
— Еще бы, — Мата взглянула на Торби.
Торби почувствовал себя омерзительно.
— Это нечестно! — заявил он, отстегивая ремни.
Джери удивился.
— Что вы сказали, стажер?
— Я говорю, это нечестно. Вы дали задачу, и я взялся за нее с нуля и промахнулся, потому что еще слабо подготовлен. А она лишь нажимала кнопки, чтобы получить ответ, который знала заранее… чтобы унизить меня!
На лице Маты появилось выражение растерянности. Торби шагнул к двери.
— Я не напрашивался на эту работу! Пойду к капитану, пусть он определит мне другое занятие.
— Стажер!
Торби остановился. Джери тихим голосом продолжал:
— Сядьте. Сначала я выскажусь, а уж потом вы пойдете к капитану, если думаете, что это вам поможет.
Торби сел.
— Хочу сказать две вещи, — холодно произнес Джери. — Во-первых… — он обернулся к сестре, — младший стрелок, вы знали о том, какая именно задача будет поставлена?
— Нет, старший стрелок.
— А раньше вы с ней встречались?
— По-моему, нет.
— Откуда вы знаете об этом случае?
— Что? Так вы ведь сами сказали об ингстелском рейдере. Я никогда не забуду обед, который тогда состоялся, — вы сидели рядом с бабушкой, рядом со старшим офицером!
Джери обратился к Торби:
— Вам ясно? Она тоже решала эту задачу с нуля… точно так же, как в свое время и я. И она действовала успешнее меня; я горжусь тем, что у меня такой подчиненный. К вашему сведению, мистер глупый младший стажер, упомянутое сражение состоялось задолго до того, как мой младший стрелок стала стажером. И она эту задачу не решала. Мата лучше вас справилась с заданием — и все тут.
— Ну и хорошо, — мрачно произнес Торби. — Кажется, толку из меня не выйдет. Говорю же — с меня хватит.
— Я не договорил. Никто не напрашивается на работу, от которой разламывается голова. Но никто и не бросает ее. Со временем работа становится не по силам оператору, когда анализы показывают, что он потерял сноровку. Может быть, я уже начинаю ее терять. Но вот что я вам скажу. Или вы научитесь этому делу как следует, или я пойду к капитану и сам заявлю ему, что вы гроша ломаного не стоите. А до тех пор… если я услышу хотя бы звук, вы будете иметь дело со старшим офицером! — Он помолчал и рявкнул: — Приступаем к повторному занятию! Боевой пост! Приготовить оборудование! — и вышел из помещения.
Спустя мгновение вновь послышался его голос:
— Компьютерный расчет! Доложить о готовности!
Раздался звук сирены, приглашающий экипаж к обеду. Мата четко ответила:
— Расчет к бою готов. Данные получены, приступаю к выполнению задания!
Ее пальцы легли на клавиши. Торби склонился над своим пультом; есть ему совершенно не хотелось.
Несколько дней он говорил с Джери только по делу. Мату он видел либо на занятиях, либо напротив себя за обеденным столом; он обращался к ней с холодной вежливостью и старался научиться работать так же хорошо. Он мог встречаться с ней и в другое время: на людях молодежь общалась без помех. Но Мата стала для него своего рода табу потому, что была его племянницей и потому, что они принадлежали к одному сообществу, хотя, конечно, все это не было препятствием для внеслужебных отношений.
Он не мог не встречаться с Джери: они ели за одним столом, спали в одной каюте. Но у Торби была возможность воздвигнуть между ними стену формальных отношений; так он и сделал. Никто не сказал ни слова — такие вещи случались нередко. Даже Фриц делал вид, будто ничего не замечает.
Как-то вечером Торби отправился в зал посмотреть фильм на тему, связанную с Саргоном; когда же фильм закончился, он не успел избежать встречи с Матой — она обошла вокруг Торби, встала прямо против него
