— Мистер Смит, я бы хотела задать вам пару вопросов, — начала она, сложив впечатление и о заведении, и о хозяине, но старик замахал руками.
— О, что вы, ваше высочество! Только не здесь! Пойдемте за стариком гринго, я угощу вас лучшим кофе американского континента!
Он направился куда-то вглубь, за стойку, ему в хвост пристроилась одна из девочек первого кольца. Оливия, а сегодня она была с нею, пошла сзади. Магазин был настолько маленький, что больше внутри никто не поместился.
Кабинет оказался крошечным, но невероятно уютным. Он прятался в стене за одним из стеллажей, за дверью из натурального дерева, которая при открывании предательски заскрипела. Фрейя, никогда не слышавшая скрип старинных дверей, потому, как никогда оными не пользовалась, улыбнулась. Пол кабинета был покрыт пушистым натуральным ковром (либо сделанным настолько качественно, что от натурального не отличишь), в углу возвышался огромный (по меркам помещения) шкаф красного дерева, в котором виднелись бумажные книги — тоже раритеты, но, вероятно, принадлежащие лично хозяину и оттого не имеющие отношения к продаже. Посредине стоял стол, тоже драгоценного дерева, рядом с которым с противоположных сторон призывали к уютному отдыху два кресла-качалки (естественно, так же из натурального дерева). С хозяйской стороны стола наблюдалась кипа распечаток(обычных, из пластика), а так же управляющий контур стационарного терминала визора, все-таки выдававшего отношение помещения к двадцать пятому веку.
Места было мало, и когда Оливия убедилась, что других выходов нет, а ее высочеству ничего не угрожает, Фрейя попросила ее удалиться. Оглядев ее собеседника, сделав выводы о его физическом состоянии, а так же зная о подготовке подопечной, Бергер скривилась, но все же вышла, сделав напарнице знак следовать за нею. Это против правил, но кто сказал, что правилам нужно следовать всегда? Тем более, что происходящее в кабинете, включая разговор, полностью контролируется.
Когда охрана удалилась, старик любезно отодвинул принцессе кресло, начав рассказывать что-то из истории этих качалок. По его словам, в них сидели самые яркие знаменитости музыкального мира Венеры ушедшей эпохи. Оперные дивы, известные гитаристы, скрипачи, саксофонисты, актеры… Да много кто! Фрейя не знала и половины из них, хотя вторая половина перечня имен уважение внушала. Но главное, отметила она, это были представители именно минувшей эпохи — старик так и остался жить в ней, и вряд ли когда-нибудь "спустится" к современности. Впрочем, судя по его взгляду и словесным оборотам, он и не собирался позиционировать себя молоденьким мальчиком.
Фрейя уселась в качалку, несколько раз оттолкнулась ногами, ловя непривычные ощущения — в подобной версии привычного предмета мебели она оказалась впервые. Поймала себя на мысли, что ей нравится дух старины вокруг, как и одуряющий запах натурального дерева. И что к беседе, к которой нервно готовилась, пришла расслабленной и умиротворенной. Ай да мистер Смит!
— Итак, чем могу быть полезен вашему высочеству? — перешел старик к делу, когда она отказалась от кофе, ссылаясь на протоколы безопасности.
— Наверное, все ваши ОСОБЫЕ клиенты в восторге от этого помещения, не так ли? — озвучила Фрейя свои мысли, оттягивая момент разговора о главном.
Старик выдал ослепительную улыбку.
— Это бизнес, мисс Фрейя. Если старый Адам не создаст у клиента нужной эмоции, не расположит его к контакту, он прогорит. А этот хитрый тип не хочет прогорать! Кто же тогда вместо него будет нести семена настоящей музыки варварам латинос?
— Полегче сень… мистер Смит. — Фрейя рассмеялась. — Все-таки я представляю правящий дом этих латинос. И кстати, почему варваров? Разве все так грустно?
— Нет, не все. Но кое-что все же есть. — Мистер Смит сделал пафосное выражение лица и пожал плечами. — Скажем так, я бы назвал амигос полноценными "белыми" людьми, в цивилизационном смысле этого слова, если бы они слушали НАСТОЯЩУЮ музыку, а не свои средневековые танцульки.
Фрейя снова рассмеялась, на сей раз более непринужденно.
— Значит, единственный критерий "доразвитости", "белости" цивилизации, является показатель музыки?
— Увы, мисс Фрейя, но только развитые цивилизации могут создать истинное многообразие и разносторонность музыкального мира, — театрально закатил он глаза.
— А как же космические корабли и деструкторы? Термоядерные реакторы и технологии строительства всего и вся, даже на такой планете, как наша? Как же иное разнообразие мира? Ведь именно латинос уничтожили так воспеваемую вами цивилизацию гринго!
На лице хозяина кабинета не дрогнул ни один мускул.
— К сожалению, и моему, и всей моей культуры, когда пришли вы, все было уже окончено. Североатлантическая цивилизация уже деградировала, сама по себе. Подтверждением этого как раз и стали ваши космолеты и деструкторы — в иных условиях вам бы никто не дал возможности их создать. А варвары потому, что ни вы, ни кто-либо другой в поствоенном мире так и не создал ничего… Не то, что лучше, но даже отдаленно напоминающего блистательную эпоху гринго! Вы… Мы, — нехотя поправился он, — уже больше трех сотен лет представляем собой точную копию варваров Древнего мира, усвоивших кое-какие новинки технического прогресса и пришедшие с их помощью жить на земли древних цивилизаций. Цивилизаций в упадке, местами разрушенных, потерявших величие… Но тем не менее, в лучшие годы это величие имевших. Как киммерийцы, скифы или готы жили на развалинах Вавилонии, Рима, или Бактрии. Да, мы сильны… Но сила наша — пустая. Сила голого оружия. За ней нет ничего. И даже "танцульки" достались нам по наследству от далеких предков, которые смогли покорить Южноамериканский континент. Покорить не только силой оружия, но и культурой, ассимиляцией, создав симбиоз своей культуры и местной. Тех, у кого хватило воли и смелости, кто МЕЧТАЛ и СТРОИЛ, а не только пользовался благами.
— Вы ведь даже не ставите себе развитие глобальной целью! — повысил голос старик, вновь перескочив на "вы". Видимо в этот момент он обращался не к абстрактной амигос, а к представителю королевского дома. — Торговля ресурсами, деструкторы, линкоры, наращивание военных мускулов ради выхватывания друг у друга оных ресурсов, на которые строятся новые деструкторы и линкоры… Бренное существование государств и корпораций… И полное отсутствие каких бы то ни было ИДЕЙ! — воскликнул он. — У нас нет ничего, к чему можно было бы стремиться. И я говорю не только про Венеру — весь мир болеет этим. Мы даже перестали исследовать звезды, ваше высочество. Мы не грезим о них. Ограничились посылкой нескольких автоматических экспедиций, да и те были отправлены в далеком прошлом. Мы не мертвы, нет. Но мы ВАРВАРЫ! — закончил он с нажимом. — Живущие достижениями других цивилизаций, ДРУГОЙ цивилизации. И даже не помышляющие созданием своей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
