околпачивания Тимохи. — Но мы с сотоварищем привыкли сами выбирать себе место для ночлега.
— Правильно, — одобрил, высунувшийся из-за моего плеча, вернувшийся Толик. — А то заведёт такой доброжелатель неведомо куда, — айхи деловито прошествовал к ничего не подозревающему местному и с кислой миной осмотрел его с ног до головы. — Вернее знамо куда, — тут же поправился коротышка. — В «Сломанную подкову», к примеру. Этак они свой притон, где ватажка Луки Хвоща обитает, да постояльцев потрошит, называют. А этот у них зазывалой шебуршит. Для того так и приодели. Чтоб значит, доверия побольше вызывал. Ладно, Лишний с ним. — пренебрежительно махнул в сторону зазывалы Толик. — Пошли. Нашёл я тут неподалёку нормальный трактир. Хозяин ещё тот плут, конечно, но хоть постояльцам по ночам горло не режет!
— Ты мне не доверяешь, — изобразил между тем оскорблённые чувства зазывала. — А между тем….
— Не доверяю, — жёстко прервал я его излияния, потянув за собой Тимоху вслед за нырнувшим в толпу айхи. — Так что мы с приятелем где-нибудь в другом месте переночуем, — и, не удержавшись от соблазна, кинул оторопевшему бандюку уже через плечо. — Луке Хвощу мой поклон!
Постоялый двор, в который привёл нас Толик, своему громкому названию «Корона герцога», ни капли не соответствовал.
Уже на входе в нос ударил терпкий запах подгорелого мяса, скисшей капусты и дешёвого вара. Впрочем, внутри было довольно чисто: в небольшом по размеру зале разместилось с десяток деревянных столов, накрытых затёртыми до дыр, но чистыми скатертями. Напротив, весело потрескивала дровами огромная печка. У потолка маленьким солнышком завис светоч. Сбоку круто вверх на второй этаж поднималась узенькая лестница. Вот вроде бы и весь интерьер.
Гостей почти не было. Лишь в дальнем углу, двое мужчин, по виду купцов, сосредоточенно поедали что-то из деревянных мисок, запивая варом. На нас они никакого внимания не обратили.
— Чего изволите? — импровизированная занавеска колыхнулась, пропустив в зал хозяина, круглолицего толстячка в засаленном халате и с добродушной улыбкой на лице. — Отобедать или на ночлег остаться? Цены здесь невысокие, кормим вкусно, да и вар вчера свежий завезли!
— Вар-то может и завезли, а только те бочки хозяин отрывать не спешит, — тут же наябедничал Толик, с усталым видом бухнувшись на лавку и закинув ноги на стол. — Всё ещё то пойло, что уже месяц киснет, доливает!
Я тяжело вздохнул. Всё-таки умеет айхи всё обо всех в самые короткие срои выведать. Идеальный осведомитель. Если бы ещё ему и доверять хоть немного можно было. Как же жизнь то облегчилась тогда!
— Мы на постой к тебе, хозяин, — стараясь напустить на себя солидности, пробасил Тимоха. Получилось так себе. — Нам бы комнатку на двоих с сотоварищем. И воды горячей занести. Изгваздались в грязюке, пока до города добирались!
— Комната оно, конечно, есть, — засуетился толстяк, замахав руками будто птица, потревоженная в гнезде. Того и гляди на взлёт пойдёт. — Вот только последняя она! Беженцев от иродов степных столько набежало, что стены крепостные скоро лопнут. Да и эту комнату я уже обещал, — скорчил трактирщик скорбную физиономию. — Уж не знаю, как и быть!
— Мне бы так врать научиться! — мечтательно закатил глаза айхи. — Даже я почти поверил! — доверительно сообщил он мне. — А у самого половина комнат свободные. Так цены задрал, что простой люд за версту обходит.
— Ну, что же тут поделаешь, — опередив Тимоху, огорчённо вздохнул я. — Пойдём друже, другой постоялый двор поищем, — повернулся я к нему, — Ко ли тут всё занято.
Айхи одобрительно захлопал лапами, корча умильные рожи.
— Зачем же другой искать? — забегал глазами хозяин. — Только время зазря потеряете. Приезжих везде много. Так и быть, найду я вам комнатку. И не дорого совсем, учитывая какой в городе наплыв людишек.
— Сколько?
— Три серебрушки, — выдохнул хозяин, очевидно, сам изумляясь названной цене. — И за воду ещё по два медяка с каждого. Степняки, теперича, все дороги перекроют, — всё же решил пояснить он. — Дрова уже втридорога вздорожали!
— Он вон с этих поутру поначалу столько же запросил, — кивнул на заканчивающих трапезу купцов, айхи. — А в итоге на двух серебрушках сошлись. Включая воду, — добавил дух сварливо. — И так вдвое дороже, чем обычно выходит!
— Две серебрушки за всё или ищи себе других постояльцев, — категорически заявил Тимоха, перехватив инициативу. — Я цены знаю.
Сговорились, заказав себе ещё и обед. Трактирщик, явно довольный выгодной сделкой, расторопно выставил на стол по миске исходящего паром куриного супа, каши со свиными шкварками, полкаравая, нарезанного крупными ломтями, хлеба и по кружке наполненной до краёв пенистым варом.
Тимоха тут же набросился на еду, Толик по своей привычке свинтил, и у меня появилось время подумать.
И сложившееся положение мне однозначно не нравилось. Из города нужно было уходить и уходить как можно скорее. Лучше всего сегодня же. Потому что, если к Твину подойдут степняки, акции Вельда, и без того невысоко котирующиеся на местном рынке, упадут практически до нуля. И дело даже не в том, что, находясь в осаждённом городе, я бог знает сколько времени потеряю. Времени, которого у меня (спасибо Толику) и так не много. Дело в том, что я в этом случае в двойном капкане окажусь.
Снаружи степняки, во главе со стариком в шутовской одежде и страшными глазами. Вот на что угодно готов спорить, что шаман будет не прочь со мной ещё раз потолковать. И чует моё сердце, вторая встреча с ним для меня совсем плохо может кончиться.
Но и здесь, в Твине, мне ничего хорошего не светит. Это сейчас каким-то чудом удалось без лишних вопросов в город проскочить. Не до меня местным властям просто было. Но вот начнётся осада, всё устаканится и жрецы начнут прощупывать набежавший в город народ. Более чем уверен, что всех новоприбывших перешерстят. И сделают это довольно быстро. А уж мимо бесхозного ушлёпка, непонятно каким образом очутившегося в городе, точно не пройдут. А там глядишь и весточка от отца Яхима прилетит, если уже не прилетела. Вот тогда совсем кисло станет.
Вот только сегодня нам уйти совсем не вариант. Нужно хотя бы ночь нормально отдохнуть. Значит, уходить нужно с утра. А пока обедаем и отдыхаем. Сил на предстоящую дорогу набираемся.
Вот только спокойно поесть мне не дали.
— Чего расселись! — Толик по своему обыкновению появился внезапно и заорал прямо в ухо. — Уходить нужно по-быстрому!
— Вот же ты, гад, — выдохнул я, от неожиданности облившись горячим супом. — Что же ты так орёшь, сволочь заполошная?!
На мой крик оглянулся трактирщик, недоумённо тараща глаза. Купцы, отодвинув тарелки, заинтересованно уставились в мою сторону.
— Дом вершители
