с соседней деревней Марлоу-Боттом, но в последние годы она превратилась в улицу, застроенную частными домами. Улица заканчивалась разворотным кольцом, и дом, что стоял рядом с ним, был заметнее и больше остальных. Со всех сторон его окружала живая изгородь из кустов лавра. За раздвижными воротами с системой дистанционного управления зеленело покрытие подъездной дороги, контрастировавшее с красным цветом кирпичного дома. Здесь жили Элиот Говард и его жена Дейзи.
Микроавтобус выехал на разворотное кольцо, подскочил на бордюре и остановился, когда Сьюзи ударила по тормозам.
– Если я еще раз соберусь сесть к вам машину, напомните, что мне не стоит этого делать, – сдавленно произнесла Бекс.
– И где живет Бренда? – спросила Джудит.
– Вон там, – Сьюзи указала на небольшой дом с аккуратной клумбой у крыльца.
В дверях появилась милая старушка с блестящими глазами. Она заговорщицки подмигнула Сьюзи и жестом пригласила женщин войти в дом.
– Это Бренда, – представила ее Сьюзи, как только они оказались в небольшой прихожей.
– Я будто попала в вишистскую Францию, – Джудит кивнула хозяйке и с восторгом огляделась. Тонкий тюль, разбросанные наперстки, металлическая подкова на стене. – У вас очень мило.
– Благодарю, – улыбнулась Бренда. – Спасибо, что приехали, Сьюзи. Нам лучше подняться. Прошу.
Хозяйка дома провела женщин на второй этаж, в комнату, где стоял большой стол, обитый зеленым сукном. На столе лежали игральные карты, блокноты и карандаши.
– Ах, вы играете в бридж? – поинтересовалась Джудит.
– Да, а вы?
– Обожаю бридж. Всегда беру больше взяток, что невероятно злит моих партнеров.
– А какую систему торговли вы обычно используете?
– Эй, – вмешалась Сьюзи, – вы не забыли об Элиоте Говарде?
– Да-да, извините. – Бренда подошла к окну и на дюйм отодвинула занавеску. – Должна признаться, я никогда не испытывала к нему симпатию. И к его жене тоже. Они не здороваются с соседями. Странно себя ведут. Мне ведь отсюда все хорошо видно. Говарды редко бывают вместе в одной комнате, не включают музыку или радио. В этом доме нет радости. В любом случае до сегодня все было спокойно. Мне не о чем было сообщить, хотя, как вы, Сьюзи, и просили, я пристально следила за домом. Так вот, я готовилась к партии в бридж, когда заметила… впрочем, вы сами все увидите, идите сюда.
Бренда отошла в сторону, и три женщины, тесно прижавшись друг к другу, заняли ее место у окна. В саду за невысокой лавровой изгородью стоял Элиот. У ног мужчины горел небольшой костер. Пламя жадно поглощало остатки холста на квадратном подрамнике.
– Вы правы! – воскликнула Сьюзи. – Он сжигает картину.
– И мне так показалось, – закивала Бренда. – Вы просили меня позвонить, если я замечу что-то необычное. Думаю, речь шла о чем-то подобном.
Женщины не отрывали глаз от Элиота. Он постоял у костра еще немного, а затем направился к дому и скрылся в нем, чтобы через минуту вернуться в сад с другими полотнами.
– Смотрите, сколько их! – воскликнула Джудит, когда Элиот бросил в огонь еще одну картину.
– Зачем он их сжигает? – удивилась Бекс.
Прежде чем кто-то успел ей ответить, к дому Элиота подъехала полицейская машина, за рулем которой сидела Таника Малик.
– Чертовски вовремя! – Сьюзи задернула занавеску и повернулась к Бренде. – Спасибо за звонок! Вы лучшая!
Таника подошла к воротам дома Элиота и уже собиралась нажать на кнопку звонка, когда увидела бегущих к ней Джудит, Сьюзи и Бекс.
– Могла бы догадаться, – сказала она, оглядывая женщин.
– Если бы не мы, вы, вероятно, и не узнали бы, что Элиот сжигает картины, – произнесла Джудит, слегка раздраженная непочтительностью детектива.
– Картины? – насторожилась Таника. – Вы говорили мне лишь об одной.
– Он вынес во двор еще несколько. Мы наблюдали за ним из окна дома моей знакомой, Бренды, – вставила Сьюзи.
– Бренды?
Сьюзи кивком указала на соседний дом. Бренда выглядывала из окна на втором этаже. Она приветливо помахала детективу рукой, поймав ее взгляд.
– Мне бы хотелось кое-что выяснить, – обратилась Джудит к Танике. – Почему вы скрыли от меня, что Икбаля и Стефана убили из списанного пистолета?
– Потому что вы не должны заниматься расследованием! – Таника не сдержалась и повысила голос.
– Но вы могли бы продвинуться намного дальше, если бы держали нас в курсе происходящего.
– Пусть так. Но вы гражданские лица, и я не могу посвящать вас в детали следствия.
– Вот, например, – Джудит, будто не слышала того, что сказала детектив, – я могла бы объяснить вам значение фразы «Вера, Надежда, Милосердие».
– Вы и об этом знаете?
– Я полагаю, три эти слова были выбиты на трех бронзовых медальонах, найденных на жертвах.
– Откуда вам это известно?
– Простая логика. Вы сами сообщили мне, что на теле Стефана обнаружили медальон со словом «Вера». Я увидела еще один у тела Лиз на фотографии. И если вы спрашиваете кого-то о значении фразы «Вера, Надежда, Милосердие», или Любовь, с моей стороны логично предположить, что у каждой из жертв была подвеска с одним из этих трех слов.
– Она очень умна, – сообщила Танике Сьюзи, указывая на Джудит большим пальцем.
Джудит улыбнулась, польщенная похвалой.
– Хорошо, – вздохнула Таника. – И что, по-вашему, означает эта фраза?
– Она звучит в Первом послании к Коринфянам. Но любой составитель кроссвордов скажет вам, что это еще и девиз масонов.
– Правда?
– Если точнее, это три их главные добродетели.
Таника не сразу нашлась с ответом.
– Это действительно полезная информация, – наконец сказала она. – Спасибо.
– Поэтому я предлагаю вам выяснить, есть ли среди подозреваемых хоть один масон. Возможно, он что-то знает об этих убийствах.
– Я вас поняла. Думаю, вы правы.
Джудит гордо вскинула голову и повернулась к подругам.
– А теперь идемте, – заявила она. – Пусть Таника выполнит свою работу.
Детектив наблюдала за тем, как три женщины направились к старенькому микроавтобусу, припаркованному против всяких правил на тротуаре. С левой стороны, одетая в жилет и эластичные джинсы, шла примерная домохозяйка с чуть растрепанными волосами. С правой печатала шаг женщина-гренадер, которая выглядела так, будто готовилась выйти в море вместе с Долговязым Джоном Сильвером. Между ними семенила эксцентричная аристократка невысокого роста, чьи плечи укрывала серая накидка. Таника не смогла бы представить себе более пестрое трио. Она с улыбкой проследила за тем, как женщины забрались в машину и укатили прочь.
Покачав головой, Таника нажала кнопку звонка. Из динамика на воротах послышался женский голос.
– Дом Говардов.
– Доброе утро, – сказала Таника. – Детектив Таника Малик. Вы позволите мне войти?
Глава 29
Оказавшись за воротами, Таника прошла мимо двух сверкающих БМВ и приблизилась к входной двери. Она распахнулась, и на пороге дома появилась Дейзи, жена Элиота.
– Доброе утро, – сказала она. – Я Дейзи Говард. Чем я могу вам помочь?
Таника представилась.
