– Надеюсь наш английский друг не заиграется[379].
– Да, Игра увлекательна, но Доменик всё же знает, когда вставать из-за стола.
– Нам здесь не стоит беспокоиться, Сайли. Но, по-моему, с Матаном[380] Игра становится местами рисковой.
– Берни. Главное, она снова идет по Правилам. И Михаил её только немного торопит. Главное, что он выполняет обещания. И, несмотря на ту же засуху, готов, как и наш киотский друг, начать[381].
– Хорошо, Сайли. Посмотрим, как он сможет по договоренности закончить.
– Собственно, для того всё и затевалось. Если проявлять осторожность в выборе компаньонов, казино не может проиграть.
– Согласен, Сайли. До скорой встречи.
– До скорой встречи, брат.
СОЕДИНЕННОЕ КОРОЛЕВСТВО ВЕЛИКОБРИТАНИИ И ИРЛАНДИИ. ЛОНДОН. 3 августа 1921 года
Вечер в Лондоне имеет свой колорит и свою изюминку. Дорогие авто сверкают лаком своих бортов, дорогие дамы сверкают драгоценностями и нарядами, дорогие джентльмены чопорно раскланиваются с равными себе, коих немало встретишь в этот час у Вестминстерского аббатства или у здания парламента.
Хватало публики и попроще, но она лишь серыми тенями мелькала на фоне степенных хозяев жизни. Да и кто они по сравнению с хозяевами? Ничтожная плесень, угрюмо спешащая по своим делам, пытаясь скорее исчезнуть из хмурого поля зрения бобби.
– Быстрее, Джеймс. Как можно быстрее.
– Слушаюсь, сэр.
Принц Доменико Паллавичини напряженно смотрел на проплывающие за окном виды шикарного вечернего Лондона. Он прекрасно представлял себе, о чём степенно судачит вся эта сверкающая публика на улицах. Скачки. Мода. Состоявшиеся выборы в парламент. Поиск хороших поваров, садовников и дворецких в загородное имение. Иногда вскользь упоминаются смутьяны, ирландцы и прочие забастовщики. Но это так, для поддержания светского разговора. На уровне обсуждения ощенившейся породистой суки.
Но голова принца была занята совсем другими делами. Деньги и власть – вот что всегда интересовало его. Деньги и власть. Настоящая. А не вот это расфуфыренное ничтожество на улицах.
Известие, которое принес фельдкурьер от Михаила, заставило его срочно пересмотреть свои планы на вечер и немедленно отдать необходимые распоряжения. Собственно, в известии ничего особо эдакого не было. Подумаешь, по данным русской разведки, Армия Освобождения Египта планирует на сегодняшний вечер большой теракт в центре Лондона или, возможно, на складах в порту. Точных сведений нет. Но Михаил настоятельно рекомендовал срочно покинуть центр британской столицы, а также обратить своё внимание на возможное колебание акций компаний, связанных с центром и Сити.
На последнее замечание Паллавичини внимания особо не обратил, посчитав его само собой разумеющимся и сразу отдав все необходимые распоряжения своим клеркам, а вот на первую часть – очень даже обратил. Очень. Не стал бы Михаил беспокоить партнёра по «Мраморному клубу» какими-то слухами и пустяками в виде сведений разведки. Значит, что-то серьезное грядёт. И отнестись к этому нужно крайне и решительно серьезно. Безо всяких промедлений.
Впрочем, он сильно задержался. Игра на бирже требует внимания и времени. Он мог бы это сделать и в своем офисе на окраине Лондона, но это могло бы ему обойтись в круглую сумму потерь. Да, он задержался. Опасно задержался.
Прочь из центра! Благо семейство в имении за городом, да и королевская семья давно в Виндзорском замке. Парламент после завершившихся выборов пуст, а судьба напыщенных ослов, бродящих по улицам Лондона, волновала принца меньше всего.
Где-то его личная разведка опростоволосилась. Королевская семья не зря покинула столицу. Вечер после выборов в парламент. Таких совпадений не бывает. Предупреждал же Михаил, предупреждал!
Что-то грядет.
Шофёр выжимал из автомобиля всё, что только мог, лавируя между дорогими авто, выехавшими на вечерний променад…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. РИМ. ПАЛАЦЦО ВЕНЕЦИЯ. ПОСОЛЬСТВО ЕДИНСТВА. 3 августа 1921 года
Вечер в Вечном городе. Настоящая красота и очарование. Прекрасный закат. Величественная архитектура. И не только как наследие ушедших эпох. В последние годы строили много, не разрушая, разумеется, старые памятники, но и возводя новые. Новые здания и дворцы в новоримском стиле. Площади. Набережные. Лестницы. Мемориалы героям войны.
Светлейший князь Волконский оторвался от любования давно привычным, но каждый раз очаровательным пейзажем.
– Итак, господа?
Светлейший князь Волконский кивнул:
– Да, Владимир Михайлович, думаю, что нам пора начинать следующий этап. Известий из Лондона пока нет, но биржи полыхнут подобно лесному пожару. Так что да – пора.
Петр Петрович Волконский не так часто бывал здесь. Его епархия – Ватикан и Святой Престол, но сегодня был воистину исключительный случай. Даже вице-камерленго Святой Римской Церкви незабвенный Аугусто Силий заинтересовался возможными событиями, а уж Банк Ватикана – это даже не государство в государстве. Многие великие державы бледнеют перед этой структурой.
Понятно, что точной информации камерленго не имел, но деньги, а в особенности деньги очень большие, – это всегда определенные возможности. Невозможно представить, чтобы такого рода слухи прошли мимо.
Да, круги по воде ещё не пошли, но камень уже поднят и рука занесена.
Ставки принимают. Ещё принимают. В том числе и в Ватикане.
Деньги и власть.
И немножко веры. На сдачу.
– Граф?
Жилин согласно склонил голову:
– Моё мнение – да, надо начинать, Владимир Михайлович. Игра вот-вот случится.
Волконский кивнул.
Да, Большая Игра продолжается. Кто кого обхитрит на этот раз?
* * *
Поднимите крик против него со всех сторон; он подал руку свою; пали твердыни его, рушились стены его, ибо это – возмездие Господа; отмщайте ему; как он поступал, так и вы поступайте с ним.
Иеремия 50, стих 15 СОЕДИНЕННОЕ КОРОЛЕВСТВО ВЕЛИКОБРИТАНИИ И ИРЛАНДИИ. ЛОНДОН. 3 августа 1921 года
Где-то позади сверкнуло на полнеба. Паллавичини обернулся и прокричал шофёру:
– В арку! В арку!!!
Авто, дико визжа шинами и тормозами, едва не завалившись на бок, умудрилось въехать в арку большого дома прежде, чем ударная волна настигла их. Паллавичини склонился, вжимая лицо в колени и обхватив голову руками. Посыпались стекла, что-то где-то падало или катилось, где-то что-то рухнуло.
Считанные секунды, которые казались многими часами. Наконец стихло всё и повисла какая-то звенящая тишина. Лишь мгновения спустя послышались какие-то крики, вопли ужаса, рыдания и прочий визг.
Принц выдохнул сквозь зубы. Жив. Дурак же он. За лишними деньгами погнался. Сказал же умный человек – беги. Потом уже будем разбираться, что да как. К Михаилу у него (и не только) будет множество вопросов. Понятно, что доказательств не будет ни у кого, но вопросы будут однозначно.
Хотя, конечно, все спишут на халатность и на трагическое совпадение. Даже новому правительству лейбористов совершенно не нужен лишний скандал, лишь усиливающий позиции консерваторов. Да и что тут можно предъявить России?
Паллавичини, пошатываясь, вышел из автомобиля, направившись сквозь арку в сторону улицы. Всюду мусор, битый кирпич, стекла, всякий хлам, бывший некогда мебелью или одеждой. В стороне центра Лондона небо багровело разгорающимся пламенем. Даже страшно представить, что там сейчас творится.
– Сэр, не желаете ли промочить горло?
Принц обернулся. Его шофёр протягивал ему бутылку виски. И где взял только?
Стаканов не было, и Паллавичини, не чинясь, просто открутил пробку и припал губами к горлышку бутылки.
