у них тоже были серьезные потери. Мы, например, в прошлый их набег двоих завалили с помощью ловушек. Но их пока мало успеваем сделать, поэтому решили предложить вам поучаствовать. Два убитых гада — это совсем немного, если их в прибывающем шаттле умещается штук семь-восемь по нашим прикидкам. Надо добиться того, чтоб их популяция перестала расти. Тогда и набеги станут реже, ты согласен?
— Мы троих грохнули в этот раз. — сказал Хунг. — Так что у вас к нам не должно быть вопросов.
— Где?
— На болотах к западу отсюда.
— Это отличная новость. Но я не досказал. За голову каждого убитого ящера поселок объявил награду в один серебряный. Так сказать, в знак поддержки. Больше не можем, сами понимаете, здесь деньги на деревьях не созревают, чтобы ими разбрасываться.
— Для нас этого мало. — немного подумав, ответил Петр. Во-первых, надо наладить торговлю между собой, во-вторых решить проблему с прилетающими новичками. Больше нам от вас ничего не требуется, но эти два пункта надо решить, как можно быстрее.
— С торговлей проблем не будет. — запустив колечки дыма вверх, безмятежно сказал Сэм. — Вот с шаттлом сложнее, вряд ли наше начальство на это пойдет. Когда-нибудь этот вопрос решится, я думаю. А пока мэрия готова просто не препятствовать людям, хотящим к вам уйти. Ну, конечно, если вы нам помогаете с ящерами. Кстати о торговле, сигареты с дрянью есть еще?
— Приходи, где-то 80 штук лежит по 3 медяка. Потом только весной появятся, если доживем. А нам вот кирки нужны и все для обработки камня.
— Они всем нужны — хохотнул Сэм. — Мы тоже с общака их закупаем для ловушек.
— Простите, что прерываю — вмешался Муня, — но где можно получить деньги за клыки драконов, ну тех трех последних, которые безвинно почили на болотах?
— Ну, они как бы не считаются. — нахмурился Питер. — Наш договор с сегодняшнего дня, а этих вы уничтожили раньше.
— Вы то со своих двух получили? Или не вами они были грохнуты? — уперся Муня.
— Ну, получили. — подтвердил Сэм. Как раз мы с Питером этим и занимаемся в основном.
— Так вот! — торжествующе продолжил Муня. — Если вы получили, то и мы должны, иначе все ваши слова только очередное бла-бла-бла. Гоните денежку, иначе будем считать все это полной брехней! Мы это еще на Земле слыхали, типа вы действуйте, а Америка поможет и не даст в обиду. И чем все кончилось?
— А хохол ведь прав! — поддержал Муню выживальщик. Если вы решили материально поддерживать убийство врагов, так платите, подтвердите серьезность ваших намерений.
— Русские, ну что вы опять в крайности лезете? Только и слышно от вас, дайте, дайте, дайте… — недовольно ответил Питер.
— Да да, а от вас слышно — потом, потом, потом. Короче, вот один клык у меня свеженький, сейчас еще два принесу и деньгу на бочку, а иначе мы не слышали, что вы здесь наговорили!
— Сэм, тут действительно Муня прав. Обещать — это еще не жениться. — сказал Петр. — вашу мэрию к тому же за язык никто не тянул. Ждем конкретики, как у нас наверху говорили.
— Тьфу! — плюнул Питер. — Сэм, я же тебе говорил, с ними овсянки не сваришь.
— Каши!
— Какой каши? — не понял Питер.
— У нас говорят — каши не сваришь. Это у вас только овсянка и фигня всякая в коробках, которую молоком заливать надо, а у нас каша из много чего делается. Так что дуй в мэрию, выбивай бабки за наших драконов, а мы посмотрим, чем все это закончится.
Питер только махнул рукой и ушел на площадь. Сэм задумчиво посмотрел на удаляющегося англичанина.
— Зря вы так, он нормальный парень.
— Знаешь Сэм, тут многие нормальные парни, но баррикады то разные, согласись. Если деньги принесет, считай договорились. Правда, мы в ближайшее время засад делать не собираемся все равно.
— Это почему? — удивился Сэм.
— Потому что переселились на зиму ниже и теперь лагерь стал доступнее для нападения драконов. Теперь надо его укреплять, ведь это не поселок и табу на него нет. Найдут и попытаются расхерачить, тут к цыганке не ходи.
— Ах вот оно что… — задумался Сэм. — Думаешь, нападут?
— Уверен. Они там тоже не дураки, вполне могли себе уяснить, что на реке и в болотах их атаковали другие, не из поселка. Вопрос нашего обнаружения теперь дело времени, тем более форт теперь доступен, всего в трех часах от поселка, я тебе на конторской карте попозже покажу, где мы сейчас обосновались. Подумай, что из оружия вы можете нам продать, сейчас любое сгодится. Посовещайтесь с Питером, пока мы здесь. Мы оставаться на ночь не намерены, это опасно сейчас, уйдем часа через три.
— Думаешь, вам удастся их победить? — недоверчиво спросил Сэм.
— Так вариантов нет, либо они нас сожрут, и тогда людская колония так и продолжит долгое время представлять жалкое состояние. Либо мы их крепко отоварим. Вот, если это получится, им придется гораздо хуже и набеги на поселок станут реже и реже. Если вообще мы сами не начнем их совершать уже на их территории. Вот такусеньки егусеньки в пирожках у Красной шапочки и ее бабушки.
— Чего? — не понял Сэм.
— Забей, это у нас фольклор такой в России.
— Хорошо, русский. Тогда жди меня, я приду часа через два.
Подошел он опять не через два часа, как обещал, а когда уже собрались уходить. Пришлось Петру идти с ним контору и показывать на карте, где находится нижний лагерь. Выживальщик был яростно против этого, утверждая, что информация дойдет до врага, Муня тоже, но Петр отвечал, что все равно через неделю или две так и так в поселке узнают, куда они переселились. Сэм между тем все-таки рассчитался за убитых драконов, но сказал, что уговорить руководство было очень трудно, и они были абсолютно неправы, требуя этой награды. Когда отряд двинулся к себе в новый форт, он вызвался их проводить, что очень удивило. Но когда поселок скрылся за ближайшими деревьями, Петр понял причину такого поведения американца. Навстречу им вышли бойцы из поселка и передали около тридцати наконечников для копей и дротиков, сделанных из камня и несколько колчанов стрел тоже с каменными наконечниками. Что это за вид камня, Петр не понял, но на ощупь наконечники были тверже, чем те, что у них, вырезанные из кости. Расплатиться за это богатство было нечем, все деньги истратили, но Сэм пожал плечами и выдал, что все расчеты по деньгам подведут у них в лагере, куда он подскочит завтра или послезавтра. И распрощались
