Футболку я подтянула поближе к себе, на случай, если она «внезапно» пропадет. Для верности я даже сжала ее в кулаке и засунула под подушку. За окном было уже темно, в комнате тоже темнело. Камин догорал последними всполохами. Я чувствовала, как по моей спине скользит теплая рука, потом я ощутила, как по ней ходит упитанный котишка, осторожно впиваясь коготками в мою кожу. Потом снова рука, но уже с когтями... Черт, аж до мурашек... И тут я почувствовала, как меня дергают за кружевные шорты.
- Эй! - возмутилась я, приподнимаясь на локте и прикрывая рукой грудь, - Ты что творишь?
- Мышка, - тихо заметил Фей, снова дергая мои трусы. - Я когтем зацепился за кружево.... Погоди, сейчас вытащу коготь... Не дергайся. Есть! Чуть без когтя не остался... Когда-нибудь я их за это растерзаю! Я - очень злопамятный котик!
Я расслабилась, улеглась снова, сжимая в руках футболку. Так, главное не уснуть! Главное - не уснуть! Главное... Нет, я не усну! Еще чего! Сейчас массаж закончится, я тут же надену футболку... Нет, я не ....
***
Утром я проснулась первая. Убирая руку с талии Фея, я поняла, что верхней одежды на нем нет, зато есть моя рука, по привычке его обнимающая. Я так и проспала всю ночь, уткнувшись носом в его грудь и прижавшись к нему всем телом.
Но худшим из моих утренних открытий было то, что в моей левой руке, которую я держала под подушкой, была намертво сжата мятая футболка. Подняв глаза, я поняла, что этот хвостатый драгдиллер предлагает мне свежую дозу моральных страданий, всеми силами стараясь не улыбаться. Моя совесть плотоядно облизнулась, надела слюнявчик, сложила руки в молитве, благодаря крестного за щедрую пищу, ниспосланную ей.
- Ну что, солдат, сжимающий до победного свое полковое знамя? Подвиг я оценил, капитуляцию принял, - услышала я голос довольный голос Фея. - Я вчера предлагал тебе снова ее надеть. Единственное, что я услышал так это сонное: «Ага...». Вот и мне пришлось снять верх, чтобы с утра мне тоже было очень стыдно. Знаешь, мышка, я смущен больше, чем ты, так что не надо прятаться под одеяло. Или я туда тоже туда спрячусь. А поскольку у нас одно одеяло на двоих, мы прижмемся друг к дружке и будем вместе переживать утренний конфуз.
- Облизнешься! - проворчала я, накрывая голову подушкой и укрываясь одеялом с головой, - Раскатал губу...
- Это неизвестно, кто губу раскатал. У меня вообще такое чувство, что я проснулся с каннибалом, - саркастично произнес крестный. - Моя мышка спит без задних лап с полуоткрытым ртом, из которого на меня капает слюнка... Ты меня скушать хотела? Если да, то я могу дать совет, откуда лучше начинать...
Я не вылезу... Пристрелите меня! Пусть хоть апокалипсис начнется! Совесть не зря облизывалась. Тут для нее просто праздник желудка! Спонсорами ее завтрака является моя вчерашняя усталость, потеря бдительности и рука, которая поглаживает мой бочок сквозь одеяло.
С одной стороны я понимала, что нет ничего плохого в том, чтобы проснуться в обнимку с тем, кто тебе нравится примерно в таком виде, но ... я не хочу, чтобы все зашло так далеко закончилось обоюдным разочарованием, как это бывало раньше. На самодовольный мужской вопрос: «Ну как?», я всем своим расстроенным и разочарованным видом говорю правду. Никак! И в этот момент, уязвленное мужское самолюбие требует немедленной капитуляции и моральной сатисфакции в виде: «Да ты сама никакая! Вот с имярек все было офигенно!». Самодовольный фигурист только что откатал заученную программу с новой партнершей. Если ее что-то не устраивает, ей придется или молча уйти с катка, или сделать хорошую мину при плохой игре, дабы не остаться в одиночестве. Именно женский страх перед одиночеством порождает «заученные программы» и самодовольных фигуристов. И вот сейчас мне так не хочется наступать на те же грабли. Может, я действительно боюсь его потерять? Я об этом еще не думала...
- Помню, как мы с тобой спали вместе в твоей кроватке... - вздохнул крестный, сгребая меня в охапку вместе с одеялом и заворачивая меня в конвертик, не смотря на мои протесты. - Утром я просыпался от того, что я весь мокрый... Мышка пустышку выплюнула и пальчик сосала. Лежит и «чмокает», а на меня слюнка течет. А помнишь, как ты мой хвост в рот пыталась засунуть? А как ты мне ухо жевала, когда первый зубик резался? Думал, все... останусь с одним ухом... А помнишь, как ты случайно срыгнула на меня, и твоя мама нас отмывала по очереди? Пока тебя купали, я сидел на старой стиральной машинке и переживал, чтобы тебя случайно не утопили. Ты каждую ночь просыпалась и плакала...
- Неправда, - пробурчала я, пытаясь высвободить руки и глядя в красивые бессовестные глаза. - Мама говорит, что я была очень спокойным ребенком! Ей даже не приходилось ко мне вставать по ночам!
- Твоя мама была настолько уставшей и замотанной, что на многие вещи просто не обращала внимания и спала, как убитая, - рассмеялся Фей, глядя на нашу совместную фотографию на зеркале. - Давай мышка, вылезай из норки. В дурдоме сегодня с девяти часов день открытых дверей. Пошли диагнозы ставить и пилюли раздавать.
- Тоже мне, усатый нянь. А с чего это ты раскомандовался? - возмутилась я, чувствуя себя большим младенцем.
- Потому, что в доме я - хозяин, - гаденько улыбнулся Фей, отпуская меня. - Я, как настоящий кот, в это свято верю. Ты когда-нибудь пробовала объяснить коту, кто в семье главный?
- Ну-ну! Что еще интересного расскажешь, главнюк? - огрызнулась я, натягивая футболку под одеялом, чтобы вылезти и дойти до платья.
