стен и отдавали команды группам, пытающимся прорваться за периметр. Тех, в чьей компании они стояли, я не знал, но был уверен: Ден бы опознал всех. Не было там мелких пешек, сплошные первые лица кланов.
Нужно было решать, что делать с этой кодлой, но я, увы, не обладал нужной информацией. Я аккуратно запустил сканирование, пытаясь найти знакомые ауры по соседству. И на удивление нашел Ефремова. Он находился под воздействием артефакта невидимости, но я свои артефакты обходил, практически не замечая этого.
Прежде чем отправляться к генералу, я прикрыл глаза и связался со Светланой.
— Я у дворца. Как у вас ситуация? Пару минут терпит?
— Терпит даже не пару минут, а пару часов, — ответила Светлана, хотя в ее голосе почувствовалась некоторая напряженность. — Проблема только с Ирой. Ей бы целителя.
Целителя нападающие наверняка соглашались пропустить. Проблема в том, что при размыкании защитного контура, вне зависимости придется впускать или выпускать, замкнуть его быстро не получится и хоть кто-то успеет проникнуть внутрь, чего допускать было нельзя.
— Максимум через полчаса буду. Не думаю, что за это время с Ириной случится что-нибудь критическое. Если что-то изменится, сообщай сразу — буду пробиваться, не считаясь с жертвами.
Да, пробиться я мог хоть сейчас, угробив всех, кто лез на охранное заклинание. Но в таком варианте были значительные минусы. Я мог помешать Ефремову выловить нужных преступников и оборвать ведущие к организаторам нити. Конечно, главный организатор был мертв, но там и шавок хватало, мнящих себя львами. Но главный минус силового варианта — у клана появлялись множество врагов, пусть и не способных серьезно навредить, но и множество мелких неприятностей тоже выматывало морально. Поэтому участвовать я буду, но так, чтобы лавры достались Ефремову, а обо мне знало очень мало людей.
— Дмитрий Максимович, не расскажете вкратце, что происходит?
— Как ты меня обнаружил? — всполошился он.
О дыре для себя в своих артефактах я, разумеется, говорить не собирался, но и необходимости в этом не было — сам Ефремов со своей любовью к экономии энергии дал мне прекрасную отмазку.
— Вы артефакт на минимум работы поставили, без сокрытия ауры. По ней и нашел.
— Это я зря, — мрачно сказал Ефремов. — Видишь, что творят?
— Мне сказали, что вас пытались взорвать?
— Я же не идиот без твоих артефактов ходить. Так что попытались, но на мне не царапинки. Я сразу приказ отдал блокировать вход, после чего рванул сюда в невидимости. Жрет она многовато, а у меня из поддержки пока только ты. Ничего, Воронцов за все полностью заплатит. Часа два — и у нас будет ударный кулак. Разнесем их как бог черепаху. Нет, ну каковы сволочи, а?
Я запустил поиск своих артефактов, чтобы иметь представление, с чем придется столкнуться, и внезапно обнаружил свою артефактную трубку в кармане одного из них. Физиономия казалось знакомой, но фамилия никак не вспоминалась.
— Дмитрий Максимович, а вон тот мужик, стоящий в отдалении и размахивающий руками как ветряная мельница, это кто?
— Шувалов же, старший брат Ирины, — зло выдохнул Ефремов. — Говорил же императрице, не надо их выпускать. Посидели бы еще, ничего страшного не случилось бы.
— Получается, он против своей сестры выступает и возможного племянника?
— Если бы. У них уже информация есть, что ребенок Ирины будет недееспособен. Глава Шуваловых так вообще внутри. Уж не знаю, чего он хочет больше: чтобы дочь не обидели или чтобы власть мимо рта не пронесли. И кроме Шувалова там сильных магов хватает, потащил кого мог, чтобы замазать посильнее. Вообще, они не сегодня организовались. Я говорил покойному императору, что давно брать надо, они там все уже себе на сроки наинтриговали.
— И почему не брали?
— Потому что у них там ментальных закладок выше крыши. Когда император попытался из одного инфу вытащить, тот умер, почти ничего не раскрыв. То есть подозреваемый умер, а вину его доказать не удалось. А теперь представь, что у нас внезапно помирает толпа клановых. И не мелочевка какая там сплошь главы и наследнички. Вони было бы выше крыши. К этому ни император, ни императрица оказались не готовы. Вот и получили то, что получили.
— Все равно толпа помрет, — заметил я. — Не сейчас, так при допросе. Дмитрий Максимович, я Шувалова сейчас к вам приволоку? Допросим.
— Сможешь так, чтобы остальные не заметили? — азартно уточнил генерал. — Я бы еще с Воронцовым пообщался.
О том, что данные индивидуумы могут не пережить разговора, он точно не переживал. Да и то сказать, нынешнее столпотворение спишет все жертвы. Теоретически я вообще мог бы чем-нибудь массовым вдарить по площади. Мог бы, но не буду. Потому что ни перед кем нельзя сразу выкладывать свои козыри. С Ефремовым нам сейчас по пути, но против императрицы он не пойдет. А ей я не очень-то нравлюсь.
— Будет вам и Воронцов, — согласился я. — Но чуть позже. Сначала поговорим с Шуваловым, потом схожу за Воронцовым.
Под невидимостью я дошел до Шувалова, набросил на нас обоих отвод глаз, а потом приложил противника параличом, поймал падающее тело и под общей невидимостью потащил к Ефремову, не особо заботясь о сохранности дорогого костюма. Далеко тянуть необходимости не было, все равно нас никто не видел, да и похищение прошло незаметно, так что я лишил Шувалова артефактов, кроме своей телефонной трубки, после чего снял паралич. Шувалов потряс головой и уселся, прислонившись к стене. После паралича всегда требуется какое-то время, чтобы человек пришел в себя, так что переживать, что Шувалов предпримет какие-нибудь резкие действия, не приходилось. Блокирующих магию наручников при Ефремове не было, к его глубочайшему сожалению, так что пришлось обходиться тем, что имелось.
— Владимир Петрович, как это вас угораздило? — отеческим тоном поинтересовался Ефремов, не забывший включить диктофон перед началом беседы. — На родную сестру руку подняли, как не стыдно?
— Да что вы такое говорите, Дмитрий Максимович? — возмущенно пробухтел Шувалов. Двигаться нормально он еще не мог, но мозги у него сейчас так ворочались, что если бы это как-то выражалось визуально, то искры от нашего недобровольного собеседника летели бы только так. — Я, напротив, уговариваю всех успокоиться.
— В первую очередь меня, да? — Я жестом фокусника вытащил из его кармана артефактную трубку. — Откуда это у вас?
— Вы же и подбросили. Прямо сейчас при
