себя опасным. Живая Светлана будет подвергать сомнению его легитимность. Значит, вас рано или поздно попытаются устранить, а вместе с вами пострадаем и мы, потому что императорам все равно, сколько людей погибнет, пока они добиваются своего.
— Андрей ко мне нормально относится, — возразил, хотя уже понимал, что Постников прав.
— Андрей тебя терпит и наверняка винит в смерти матери. Ярослав, не дури. Что я тебя как маленького должен уговаривать? Сам же понимаешь, другого выхода нет. Ну и после того шороха, что ты навел во дворце, кстати, тоже.
Тут я был согласен. Нужно было действовать аккуратнее, но я пришел как раз тогда, когда на полном серьезе обсуждалась возможность взорвать всех Тумановых, воспользовавшись лазейкой в защите личных покоев. Знал о ней Шувалов от собственной дочери, которой согласен был пожертвовать, чтобы получить вожделенную власть. Лазейка использовалась для обмена короткими сообщениями, но и для отправки атакующего заклинания тоже подходила. С точки зрения Шувалова, пользы от дочери уже не было, значит, ею можно было пожертвовать, а потом подать дело так, что он, напротив, стремился ее спасти. Историю, как известно, пишет победитель, вот им Шувалов себя и видел. И даже не успел понять, как умер, потому что в его защите была не одна лазейка, а много, а я тоже умею использовать лазейки.
Взрыв получился эффектным, после чего я, не выходя из невидимости, сообщил, что у всех, кто сдастся Императорской гвардии, будет шанс сохранить жизнь, а те, кто выберет продолжение банкета у императорских личных покоев, закончат свою жизнь так же, как Шувалов. Потому что людей, которые собираются уничтожить слабых женщин, я жалеть не буду.
Правильное решение приняли не сразу. Меня попытались достать, но даже с направлением удара ошиблись, немного попортив дворцовые коридоры. Пришлось поступить с ними так же жестко, как с Шуваловым, о чем я ни разу не пожалел. Я в этой стране собираюсь жить и дальше, мне не нужно, чтобы тут творился полный беспредел. Три трупа убедили заговорщиков в серьезности моих намерений, после чего они приуныли и сдались.
— Возможно, насчет Елисеева вы правы, Дмитрий Максимович, — неожиданно сказала императрица, и мы с Постниковым опять обратились в слух.
— Не возможно, а точно, Ваше Императорское Величество. Вам еще с захваченными заговорщиками что-то надо решать. А это вопрос такого плана, который должен решать император или императрица, а не суд. Государственный переворот, как-никак, пытались устроить. Но если мы такую толпу казним, то, сами понимаете, волнения начнутся. Да и сдались они добровольно. Почти. Можно сказать, осознав ошибочность своего поведения.
— Неужели вы предлагаете их помиловать, Дмитрий Максимович? — возмутилась императрица.
— До смертной казни не доводить. Только попугать, чтобы откупились именно тем, что мы собрались изъять. И пугать должен мужчина. А смягчить его должна женщина. Пара Ярослав и Светлана для этого прекрасно подходят. Вы же видели запись из коридора у ваших дверей. Стоило Ярославу пару раз показать, что будет с теми, кто не сдастся, и вся толпа дружно подняла руки.
От этого интересного разговора меня отвлек вызов Сухова.
— Значит, так, — бодро начал он. — Записи дамиановых предков я уничтожил и его самого тоже. Хотел еще немного с ним поиграть, но потом понял, что живой он помешает тебе принять правильное решение, поэтому поторопился.
— Я сам хотел с ним разобраться.
— И подарить ему еще двадцать лет жизни? Добрый ты слишком, Ярослав, — с насмешкой сказал Сухов. — Книги по рунам я тебе принес, попались по дороге, вспомнил и прихватил. Так что будешь пробегать мимо — заберешь. Но поторопись, потому что недели через две я уеду. Надеюсь, к этому времени ты поймешь, что императором тебе стать придется.
— Да не хочу я править!
— Выбора у тебя нет. Либо ты принимаешь страну, либо тот, кто придет на это место, уничтожает и Елисеевых, и Тумановых. А что касается самого правления, то всю грязную работу всегда можно свалить на кого-то другого, — невозмутимо продолжил Сухов. — Создать Совет при императоре, а чтобы входящие в него не тянули одеяло на свой клан, ограничить их клятвой. Есть у меня на примете одна. Будут радеть за страну, а не за собственные шкурные интересы. А уж как этому удивятся…
В таком ракурсе правление уже не выглядело катастрофой, и все же мне казалось не слишком справедливым, если мой учитель отправится развлекаться, в то время как мне придется разгребать бардак, поэтому я не удержался:
— Я соглашусь при условии, если вы войдете в этот Совет.
— Хитрый самый, да?
Я кивнул, соглашаясь, и напомнил:
— Опыт по управлению подобной организацией у вас есть. Заседать будете не постоянно, каникулы обещаю.
— Ты вообще как это представляешь? — возмутился он. — Там должны заседать клановые представители.
— Вот вы и будете представителем клана Елисеевых. Моим учителем-волхвом. Идеально же, правда?
Сухов начал ругаться, но ругался он так, что я понимал: согласен. А значит, предлагаемая ими всеми авантюра относительно моего правления была не столь безнадежна, как мне представлялось. На таких условиях я согласен стать императором. А что из этого выйдет, покажет только время.
Nota bene
Книга предоставлена Цокольный этаж, где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.
У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.
* * *
Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:
Крылья Мальгуса. Ступень пятая
