Рвай не хотел спровоцировать конфликт с вероятными союзниками. Он все еще помнил о кочевниках. Да, сейчас те, возможно, потеряли их племя, но кто даст гарантии, что их никогда не найдут? Но и отдавать свое племя в руки чужим людям он совершенно не желал. Немного подумав, он решил, что ему следует обозначить свою позицию, а после внимательно посмотреть на то, как отреагирует вождь соседей.
Спустя время Догон – вождь племени за рекой – в очередной раз пригласил Рвая в гости. В этот раз он взял с собой не только Борга, но и Лютую.
Когда-то давно он желал взять ее в жены. Даже сейчас, глядя на Лютую, Рвай ощущал отголоски того давнего желания. Она всегда ему нравилась. Сейчас даже больше, чем несколько сезонов назад. Его привлекала неукротимость и свобода, которая буквально витала вокруг женщины. Она отличалась от других настолько явно, что не заметить это мог только слепой.
Несмотря на то что ему хотелось обладать Лютой, он не делал никаких шагов к осуществлению своих тайных желаний. Все дело в Борге. Всем в племени давно стало ясно, что они пара. Конечно, Лютая не входила в круг, но она была его и без этого. И Борг отчетливо постарался дать понять остальным, что не потерпит рядом со своей женщиной посторонних.
Пару раз находились смельчаки, которые решались бросить вызов Боргу, но тот разделывался с ними очень быстро. Не убил, но подобное и не требовалось. Именно поэтому все предпочитали смотреть со стороны.
А посмотреть было на что. Глядя на дом, выстроенный на участке семьи Лютой и Борга, Рвай чувствовал легкую досаду. Сейчас, когда прошло столько времени, он корил себя за то, что во время болезни девушки не поддерживал Хатию. Возможно, если бы он помогал выброшенной на улицу женщине с больной дочерью, Лютая сейчас принадлежала бы ему, а не Боргу.
Но сожаления не могли ничем помочь. В отличие от Мого он прекрасно понимал, что не должен трогать необычную соплеменницу. Он не опасался за свой авторитет, так как главное для него было процветание племени, а не личная власть.
Рваю не слишком нравилось, что соседнее племя так часто их тревожит. Когда они жили у горы, никто их не трогал. Из леса они выходили только на охоту и за солью. Поэтому такая близость чужаков нервировала.
На Лютую сразу обратили внимание. И это не было чем-то удивительным. Рвай и сам порой не мог оторвать глаз от этой женщины. Когда он смотрел на нее, то ощущал приятное волнение, сковывающее все тело. Когда она находилась рядом, тело разрывало от различных желаний. Одновременно хотелось отойти подальше, убежать и в то же время напасть, побороть, завладеть. Это будоражило сознание.
Сейчас она выглядела со стороны спокойной и умиротворенной. Мягко ступала рядом с возвышающимся над всеми Боргом. Казалось бы, такой хищник, как Борг, должен подавить столь хрупкую женщину, но этого не происходило.
Оторвав от них взгляд, Рвай оглядел чужое племя и внезапно понял, что они отличаются. Поначалу он даже не сообразил, в чем именно состоит это отличие, а затем внезапно все осознал. Люди этого племени выглядят так же, как они сами совсем недавно. Грязные тела, нечесаные волосы, набедренные повязки. Впрочем, отличие было не только внешним. Казалось, люди его племени даже держатся как-то иначе.
Конечно, когда они дома, то чаще всего днем, в самое пекло, предпочитали носить что-то более легкое, но сейчас они поступились комфортом. Шкуры могли смягчить удар от ножа или копья.
Догон был рад их видеть. Он буквально лучился добродушием, что только еще больше настораживало Рвая. Его раздражал взгляд, который местный лидер то и дело бросал в сторону Лютой.
– Красивая женщина, – внезапно произнес тот, больше не скрывая своего интереса. – Зачем она здесь? – спросив, Догон перевел взгляд на Рвая. – Подарок вождю? – стоило этим словам прозвучать, как все увидели, каким жадным, голодным блеском загорелись глаза соседнего вождя.
Борг стиснул кулаки, готовый разорвать человека, сидящего напротив него, в любой момент. Его взвинченное состояние немного утихло, только когда на сжатый кулак опустилась нежная рука его женщины.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Нет. – Рвай нахмурился. – Лютая имеет право мужчины. Она охотница и уважаемый член нашего племени.
Брови Догона взметнулись вверх от удивления. Он поглядел на вождя новых соседей с легким пренебрежением. Дать женщине право мужчины? Нужно быть полным глупцом, чтобы так поступить.
– Она умеет драться? – с усмешкой поинтересовался он. – Охотиться?
Перед глазами Рвая снова встала сцена, как Лютая одним ударом убила ужасную птицу. Он много раз выходил на охоту, да и после видел, как Борг с легкостью расправляется с разными зверями, и сам убивал, но почему-то тот эпизод до сих пор будоражил его сознание.
– Умеет, – убежденно выдал он.
– Я бы хотел…
– Мы пришли сюда не обсуждать моих людей, – прервал его Рвай. Ему не нравилось такое внимание к Лютой. В их племени все уже давно привыкли, что не стоит недооценивать эту женщину. Да и никто больше не воспринимал ее обычной. Она стала чем-то привычным. Видимо, по этой причине Рвай сразу не подумал, что для других ее положение в их племени может показаться странным и любопытным.
Догону не понравилось, как этот вождь мелкого племени прервал его. Он мог прямо сейчас всех их тут перебить, но делать этого нельзя.
Догон улыбнулся.
– Совместная охота, – сказал он, глядя на Рвая. – Вы и мы. Много мяса – хорошо.
Услышав это, Рвай задумался. С одной стороны, сейчас им не требовалось мясо. Племени всего хватало. До начала сезона дождей было еще много времени, заготавливать пищу еще рано. С другой стороны, совместная охота может помочь их племенам сблизиться и подружиться.
– Хорошо, – решил он. – Когда?
Услышав ответ, Догон возбудился.
– Сейчас!
– Где будет проходить охота?
Догон, подавив излишнее волнение, начал рассказывать о том, что в дне пути по берегу лес кончается и начинается саванна.
Рваю все еще не нравилось предложение и поспешность, но причин отказывать вроде как не было. Соседи выглядели вполне безобидным, дружески настроенным племенем.
Как Догон и сказал, до саванны они добрались за день. Всего их было порядка двадцати пяти человек. Кроме Лютой и Борга с Рваем пошли еще двенадцать охотников. Догон взял с собой всего девять. Численное преимущество немного успокоило Рвая, но не уняло неясную тревогу окончательно.
***
Саша приняла предложение Рвая пойти вместе с ним к соседям. Возможно, они зря перестраховываются и на самом деле другое племя ничего не замышляет, но уверенности в этом не было.
Все было более чем странно. Сначала племя вышло на контакт, потом затихло. И вот спустя столько времени такая активная деятельность. Конечно, все дело может быть в том, что до сезона дождей не так далеко, нужно готовиться к кругу и начинать заготавливать еду. Но все могло быть совершенно не так.
Когда до саванны осталось совсем немного, Догон предложил устроиться на ночлег. Свое желание он оправдал тем, что в лесу все-таки безопаснее пережидать ночь, чем на открытом пространстве. Сказал, что стадо находится под неусыпным контролем большой группы махайродов, которые якобы могут напасть на них ночью. Днем грозные хищники предпочитают отдыхать в тени деревьев и люди их вряд ли заинтересуют.
Рвай согласился с подобным объяснением, но Александра видела, как он внимательно поглядывает по сторонам и прислушивается, держа руку как можно ближе к ножу.
– Ложись, я буду наблюдать, – тихо шепнул ей Борг, устраиваясь рядом.
Саша не стала спорить. Улегшись поудобнее, она прикрыла глаза и потянулась к Клеопатре. Первой просьбой было желание, чтобы тотем оставался невидимым. После этого она прикоснулась к сознанию зверя и почти мгновенно ощутила, что снова может видеть. Причем угол зрения изменился.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Сдержав легкую панику, Александра внимательно осмотрелась, с восторгом осознавая, что она действительно каким-то образом смогла переместить свой разум в тело тотема.
