Летом 1669 года заручившись турецкой поддержкой, Дорошенко выслал в Левобережье значительные силы казаков, татар и присоединившихся к нему Лубенского и Миргородского полков. Противостоял им лично Многогрешный. Хотя русские не дали ему военной помощи, о которой он умолял, успех все равно был на его стороне. Он послал войска во главе с М. Кияшко и нанес дорошенковцам серьезные удары15. Многие местечки сдавались Многогрешному и выдавали дорошенковцев. В битве под Рогинцами наказной гетман Многогрешного разбил войска Дорошенко. Скорее всего, объяснялось это непопулярностью идеи турецкого протектората. Дорошенко должен был довольствоваться присоединением к своим владениям Лубенщины, после чего его войска с богатой добычей из разграбленных местечек вернулись в Чигирин.
Гетманские клейноды
После заключения М. Ханенко в августе 1669 года соглашения с поляками Дорошенко оказался в трудной ситуации. Ханенко вместе с татарами, Суховеем и Ю. Хмельницким напал на пограничные местечки Торговицю, Звенигородку и др.16 Ханенко уговаривал и Многогрешного присоединиться к этому предприятию. Но тот в письмах к царю прямо заявил о своем нежелании помогать Ханенко и вмешиваться в Правобережные дела. Многогрешный считал, что если ему удастся привести «под руку царя» хотя бы Левобережье, это уже будет огромным успехом.
Многогрешный отправил в неподвластные ему Левобережные полки компанейский полк под руководством Кияшка, который «бесчеловечне и тиранско вирубал» людей, выезжавших за припасами. Вследствие таких действий Лубенщина сдалась Многогрешному17. Сам гетман писал, что Лубны встречали его хлебом-солью, только жаловался на отсутствие помощи ему от русских («токмо тем утешают всегда, что тотчас пойдем»)18. В октябре Многогрешный пошел вместе с польским полковником Мурашко (до двадцати тысяч) против наказного гетмана Я. Коритского и Гоголя и разбил их под Лохвицей19.
В конце 1669 года произошел неприятный инцидент. В своем обращении ко всем казакам, приглашая выслать делегатов на русско-польские мирные переговоры в Андрусове, царь умудрился назвать Дорошенко титулом гетмана «обоих берегов Днепра», чем страшно разозлил и перепугал Многогрешного20. Тот опасался, что если Дорошенко все-таки пойдет под «руку царя» и Украина объединиться под булавой Правобережного гетмана, то Москва может избавиться от него как от ненужной фигуры.
Осенью 1669 года Многогрешный, не вполне уверенный в личной безопасности, решился избрать себе новую резиденцию. По его просьбе царское правительство указало ему новую столицу – Батурин, и прислало отряд в сто стрельцов для охранения его особы21. С этого времени отряд русских телохранителей всегда находился при гетмане. Однако, как выяснилось позже, это стало трагической ошибкой Многогрешного. Именно глава стрельцов его личной охраны возглавит заговор против него.
Но пока до этого было далеко. В сентябре 1670 года гетман принимал участие в усмирении бунта С. Разина, задержал одного из его агентов и послал отряд казаков во главе с генеральным есаулом Гвинтовкой и своим братом Василием на помощь русским войскам22.
Между тем к лету 1670 года все Левобережье переходит к Многогрешному. Последним в конце мая к нему присоединился полтавский полк.
Разумеется, такое положение вещей не могло радовать Дорошенко. Желая отомстить Демьяну, которого он считал предателем, Дорошенко исходатайствовал у Константинопольского патриарха церковное проклятие23 Многогрешному, что сразу стало известно во всей Украине.
Сначала гетман не предал этому значение. Но затем в декабре 1670 года с ним случился апоплексический удар (инсульт). Он упал на крыльце своего дома и целый час не мог говорить. Болезнь оказалась серьезной. Многогрешный всерьез боялся умереть и даже просил царя позаботиться о его семье в случае смерти24 («видя себя зело в той моей болезни ближшаго к смерти, а неже к животу»). И сам Многогрешный, и все его современники расценили болезнь как последствие анафемы. Гетман обратился к царю с просьбой исходатайствовать снятие отлучения.
Татарские бунчуки
Просил за него и Баранович25.
Алексей Михайлович отправил в Константинополь специальную миссию во главе с переводчиком Христофоровым. Но добиться снятие анафемы было непросто – и не по богословским причинам. Делом в том, что Дорошенко пользовался особым покровительством турецкого султана как его подданный. Анафему провозгласили по просьбе Дорошенко и теперь, снимая ее, можно было обидеть не только Правобережного гетмана, но и самого султана. С другой стороны, патриарх не хотел ссориться и с московским царем. В конце концов, после тяжелых переговоров, Христофоров получил заветную бумагу для Многогрешного. Обрадованный гетман начал строить церкви в Нежине и Батурине26.
Однако это стало лишь небольшой передышкой перед грядущими неприятностями. Многогрешный объективно находился в очень сложной политической ситуации: в Украине ему противостояли Дорошенко, Ханенко, Суховей и Сирко. Первые три имели гетманский титул и поддерживались турками, поляками и татарами соответственно. Продолжавшиеся русско-польские переговоры, нежелание Речи Посполитой отказываться от украинских земель, зыбкость границы и в связи с этим нервозное состояние украинского общества дополнялись серьезной угрозой со стороны Османской империи и Крыма.
Для того чтобы ослабить своих противников и повредить им в глазах русских властей, Многогрешный придерживался тактики доносов. В апреле 1669 года генеральный судья Самойлович, посланный гетманом в Москву, привез его донос на Дорошенко, якобы тот поддался турецкому султану и бранил русского царя. Были посланы и статьи договора Правобережного гетмана с Османской империей (историки считают их сомнительными). В начале 1670 года Многорешный доносил в Москву о неблагонадежности Ханенко и о его дружбе с крымским ханом.
Но продолжая и развивая практику доносов, и без того получившую во времена Руины порочное распространение, Многогрешный совершал фатальную ошибку. Посылаемые им старшины налаживали в Москве контакты в Посольском приказе. У них рос соблазн самим попытать счастье, формируя в царском окружении нелестное мнение о гетмане.
А поводов вскоре появилось немало. В Малороссийском приказе Многогрешного обвиняли в том, что он не высылал из Украины беглых русских крестьян, а, наоборот, разрешал им селиться. Но главной точкой напряженности стали русско-польские переговоры, точнее – споры о границе Украинского гетманства. Московское государство еще по условиям Андрусовского перемирия отказалось от Правобережной Украины. Но, как известно, Киев тоже был на Правом берегу. Спорными были и Посожские земли. Казакам не хотелось отдавать ни пяди земли полякам, тем более что по условиям Переяславского соглашения 1654 года граница Украинского гетманства проходила далеко на западе, захватывая Браилов и Шаргород.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
