— Они идут сквозь дыру, Сумрак! Идут за ней! Враад уперся взглядом в Короля-Дракона.
На Пурпурного обрушился дождь острых, словно иглы, шипов. Поначалу тот ничего не заметил, поглощенный борьбой с порталом. Лишь когда первые острия пробили его толстую, точно броня, шкуру, дракон впервые осознал угрожающую ему опасность.
Еще одна порция попала точно в цель. Часть шипов вонзилась в раны, оставленные когтями и клыками некри. Заревев от боли, дракон принялся выдергивать шипы, но каждый выдернутый сменялся дюжиной новых. Через несколько мгновений он стал похож на причудливую подушечку для булавок.
Шипы все летели и летели в него.
Зашипев от ярости и боли, Пурпурный наконец понял, что оставаться снаружи означает верную смерть. Он подался назад, но — слишком медленно. Портал сжался настолько, что самостоятельно дракон уже не мог выбраться из отверстия.
И когда истекавший кровью рыцарь вот-вот должен был быть раздавлен, Уэллен увидел, как маленькая рука втащила беспомощное тело внутрь.
Портал сомкнулся.
Ученый облегченно вздохнул.
— Спасибо, Сумрак. Спасибо.
Усталый, Бедлам опустил взгляд — и обнаружил, что заботливо поддерживает воздух. И больше ничего.
Глава 21
— Мы думаем, он вернулся в свои пещеры, что под владениями Императора Драконов, — сообщил им Бентон Лор. — О Сумраке вообще трудно сказать что-либо наверняка, но наши разведчики доложили, что видели «туманный призрак, закутанный в плащ». — Он улыбнулся. — Уж не знаю, кому бы это описание подошло больше, чем ему.
— Почему он ушел? — спросила Забена.
Уэллен, волшебница и управляющий Зеленого Дракона ехали верхом посреди узкой долины на западе от главной части Дагорского леса. На четыре недели со дня бегства от Пурпурного Дракона и из цитадели Серкадиона Мани ученый и его невеста избрали маленькое селение под названием Зуу своим временным убежищем. Теперь оба решили, что следует подыскать место еще более тихое и покойное, чем это, но не раньше, чем Уэллен выяснит, что случилось с Сумраком. Даже Забена согласилась, что это — их долг перед древним магом.
— Я думаю, безумие его возобновилось. — Улыбка Лора угасла. — Говорят, он выглядел несколько растерянным, словно что-то позабыл или его воспоминания совсем перепутались. Быть может, он даже не помнит, что был в цитадели. Ну, и то, что он потерпел поражение, пытаясь достичь бессмертия, тоже могло отправить его обратно в мир бреда. Как я понимаю, это уже не в первый раз.
— Я вот не уверена, что хотела бы стать бессмертной. Повелители Мертвых соблазняли меня бессмертием, но теперь я бы сказала, что цена слишком высока.
— Значит, двух-трех сотен лет вам обоим достаточно?
— Достаточно, — согласился Уэллен.
Одной из выгод волшебства, даже для столь неумелого волшебника, как он, являлось существенное продление срока жизни. И он, и Забена вполне могут прожить еще по два столетия, а может, и дольше — и почти все это время будут выглядеть не намного старше, чем сейчас.
— Пурпурного еще никто не видел, — продолжал Лор, меняя тему. — Возможно, ему никогда не удастся выбраться из библиотек.
— Возможно.
Ученый до сих пор хранил при себе ключ — просто на всякий случай. Правда, он не был гак уж уверен, что Король-Дракон в один прекрасный день не выйдет на волю. Времени у Пурпурного достаточно, и он, если только не умрет от ран, в конце концов догадается, как пользоваться гобеленом.
Он так и не сказал никому о руке, втащившей дракона внутрь. Руке, принадлежавшей существу явно невысокого роста.
— Мой повелитель опасается, что его брат развяжет войну, если сумеет освободиться. И потом — все эти знания в его подлых лапах…
На этот счет Уэллен не тревожился. Он подмигнул Забене, и та кивнула в ответ. Пора было показать Бентону Лору их находку. Сунув руку в кошель, он вытащил книгу.
Чернокожий вытаращил глаза.
— Книга дракона?! У тебя?!
— Смотри сам.
Схватив книгу, Лор поспешил открыть ее. Он пролистнул несколько страниц, и взгляд его сделался недоумевающим.
— Но страницы — чистые!
— Не совсем. Ну-ка, подумай о сооружении магических крепостей… вроде цитадели Серкадиона Мани.
Управляющий последовал совету, и страницы начали переворачиваться перед его глазами. Наконец они остановились, и Лор улыбнулся, но улыбка быстро исчезла.
Что за абракадабра? Похоже на… загадку или стихи… Ничего не понимаю!
Сумрак украл вот эту самую книгу. Потом потерял. Я ее подобрал, чтобы отдать ему позже, если только нам удастся спастись, но он исчез. — Уэллен несколько смутился. — Да, я не говорил о ней раньше, но любопытство было неодолимым. Обещаю, что расскажу Зеленому Дракону обо всем.
— Я верю тебе, и он — тоже. — Лор перечитал рифмованные строчки. — Что все это значит?
— Разгадка — здесь же, внутри, просто кто-то должен посвятить ей некоторое время… Быть может, годы.
Вот как… — Офицер рассмеялся. — Если Пурпурный жив, ему понадобятся десятилетия только на расшифровку? Уэллен присоединился к его веселью.
— Более того! Если не лезть вон из кожи, прочитанное не держится в памяти! Невозможно даже записать — забывается, и все тут!
— Это наверняка устроил карлик.
— Я того же мнения. Вероятно, перед самой смертью он… А был ли он мертв? Чью руку видел Уэллен?
— Значит, цена победы Пурпурного — бесконечные поиски мельчайших крох знания? Он может провести всю жизнь за расшифровкой описания пустякового опыта?
Помня размеры библиотек, Уэллен не сомневался, что там множество совершенно бесполезной ерунды. Да, возможно, Пурпурный победил, но сама эта победа заставит его умерить амбиции. Во всяком случае, Драконье царство только выиграло от перемены правителей.
Забена взглянула на заходящее солнце.
— Пора возвращаться в Зуу. Завтра мы отправимся на север. Там есть селение, до которого Бронзовому Королю-Дракону нет никакого дела. Прекрасное местечко.
Никому не хотелось строить догадки — что же вынудило некромантов отказаться от своих замыслов и от желания отомстить.
Пожалуй, книгу надежнее оставить у вас, — решил Лор. — Прошу лишь делиться с нами всем, что вам удастся выяснить. — С этими словами он отдал книгу дракона Уэллену. — Мне пора. Доброго вам пути и удачи во всем!
— Прощай, командор Лор, — отвечала волшебница, натягивая поводья.
Уэллен просто кивнул. Он наслаждался тем, что снова сделался хозяином самому себе, не говоря уж о верховой езде взамен телепортации. А вот дети его, пожалуй, привыкнут появляться и исчезать задолго до того, как повзрослеют… Но все же тем, что он теперь мог жить собственной жизнью, он большей частью был обязан одному человеку…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
