Эмоции Мары подсказали, что я на верном пути, поэтому я подключил к делу лапы, вновь начиная с предварительных ласк, но уже не руководствуясь знаниями, полученными от моей опытной партнерши, а осмеливаясь экспериментировать самостоятельно. Спустя минуту дыхание Мары участилось, и я понял, что драконы все-таки могут заниматься этим чаще, чем один раз. Просто у них отчего-то не возникает такого желания. Но вот у меня-то оно было. Пострадавший орган рвался в бой, поэтому я усилил воздействие и добился того, что драконица протяжно застонала и стала опускаться на камни. Подхватив ее на лапы, я перенес Мару в более ровное место и осторожно опустил, не прекращая поглаживать блестящую чешую. Взглянув на низ ее живота, я понял, что желанный момент настал, и опустился сверху.
Хоть на этот раз я хотел дойти до финала, но все равно не допустил никакой халтуры и отдался делу целиком. Я улавливал малейшие желания Мары и делал все так, как она хотела. Но потом не спешил ускорять процесс, превратив его в сладкую пытку, искусственно понижая уровень ее возбуждения. Наконец драконица издала протяжный жалобный стон, и я понял, что пора переходить к заключительной части. Увеличивая силу и скорость движений, я доводил ее до экстаза, отпуская свои чувства. Когда же блаженство захлестнуло меня, я почувствовал, что Мара вновь прижала моете тело к себе, и целиком отдался на волю эмоциям.
Да, такого я еще никогда не испытывал. Куда там людям с их несколькими секундами экстатических судорог! Взрыв наслаждения буквально снес мое сознание и растворил его в себе. Но краешком разума я еще успел подумать, что это все — наверняка результат слияния двух наших аур. И все эмоции довольно обычны, но благодаря этому фактору они усиливаются многократно, что дает поистине непередаваемые ощущения.
Придя в себя, я понял, что лежу на боку рядом с шумно дышащей Марой, и испытал сожаление, что все закончилось. Хотя, если честно, я даже и не представлял, сколько находился в этом состоянии экстаза, прежде чем снова обрел способность мыслить. Поглядев на драконицу, которая лежала с закрытыми глазами и все еще испытывала бурю эмоций, я обнаружил, что весь низ ее живота, хвост и камни под ней залиты белесой жидкостью. С удивлением я подумал, что количество семени, которое требуется драконам, чтобы оплодотворить самку, довольно велико. Уже только по этому одному этому фактору можно было сделать вывод, что у них серьезные проблемы с размножением.
А вот мне интересно, после нашего развлечения будут серьезные последствия, или удастся обойтись без этого? А то ведь не хочется в таком раннем возрасте заводить себе детей… Хотя, кого я стесняюсь! Пока Мара в отключке, можно смело признаться, что я вообще не планирую заводить потомство. Так что нужно прояснить этот момент у подруги и заодно выяснить, когда же у дракониц начинаются «те самые дни». Хотя, если учитывать их жизненный цикл, может быть, будет правильно говорить «те самые годы»?
Мара наконец начала приходить в себя. Она зашевелилась, повернулась на бок, собрав крылья, и поглядела на меня глазами полными немого обожания.
— Ну вот, — удовлетворенно констатировал я. — А сколько скромничала… «Не получится, не получится», — передразнил я драконицу. — Трудно ли, умеючи?
— Алекс, это было… так… так… — попыталась передать мне мысль Мара, но я перебил ее:
— Да не трудись, я ведь испытал почти то же самое, поэтому могу сказать, что это была фантастика чистейшей воды! Странно, почему драконы не занимаются этим все свободное время. Интересно, где же этот своеобразный тормоз находится, и какой он — психологический или все-таки на уровне физиологии?
— Мы занимаемся этим не чаще раза в месяц, — просветила меня Мара.
— А почему?
— Драконы просто раньше не могут восстановить свои силы.
— Понятно, — протянул я, еще раз взглянув на живот драконицы. — Но мне это, похоже, не грозит, так как я каждый раз после обращения получаю новое тело. Так что могу сделать еще один дубль хоть сейчас. Хочешь?
— Нет, Алекс, — устало произнесла Мара. — Такого наслаждения я еще не испытывала никогда в жизни и впервые чувствую пресыщение радостью. Спасибо тебе.
— Не за что, — ответил я и поднялся на слегка подрагивающие лапы.
Мда, похоже, что сил на это и правда ушло немало. Понятно теперь, почему драконам приходится так долго восстанавливаться после спаривания. Интересно, а я вообще летать способен, или же лучше снова сменить тело и создать новое? А как же Мара? Мне придется нести ее до скал?
— Не волнуйся, Алекс, — ответила драконица. — Через некоторое время я полностью приду в себя.
Ну и ладушки! Оставив Мару в тумане ее эйфории, я отправился окунуться в океан. Плескаясь и шумно отфыркиваясь от попадавшей в ноздри воды, я недоумевал, почему же драконы так не любят купаться. Понятно, что к чешуйкам грязь не липнет, да и никаких выделений типа пота и жира совсем не наблюдается, но ведь лишать себя такого удовольствия… Рядом послышался плеск. Оглянувшись, я понял, что и драконица, вдохновленная моим примером, решила выкупаться. Веселое настроение после секса требовало выхода, поэтому мы с ней немного подурачились, устроив догонялки в воде с шумом, смехом и брызгами. А потом просто долго лежали на камнях и разговаривали о разном.
Спустя несколько часов драконица полностью пришла в себя, а когда солнце перевалило зенит и медленно стало клониться к закату, мы решили возвращаться на скалы. На этот раз полет выдался тяжелым. Крылья словно наполнили свинцом, поэтому никакого удовольствия нам обоим он не доставил. Проводив Мару до ее жилища в горе, я отправился восвояси, чувствуя спиной завистливые взгляды встреченных по дороге защитников. Грузно приземлившись на площадку у своей пещеры, я подумал и сменил тело. Вот только большого облегчения это не принесло. Я совсем забыл, что прежде чем измениться, налопался до отвала, поэтому меня тут же стало клонить в сон. Вспомнив о том, что сегодня ночью мне выспаться не довелось, я не стал себе в этом отказывать и улегся у дальней стены.
Но в следующий миг по закону подлости в моем кармане активизировался один из разговорников. Достав монетку и сжав ее в кулаке, я услышал голос Шаракха:
— Алекс, ты почему не отвечаешь?!
— Ой, прости, папа. Дело в том, что мне показали одно хитрое плетение, благодаря которому я могу создавать себе новое тело дракона. Однако при этом старое исчезает вместе с разговорниками, поэтому я не то, что не мог ответить, но даже и не подозревал, что кто-то меня вызывает. А что случилось?
— Кроме того, что ты уже девять дней не подаешь вестей о себе, ничего, — ответил Шаракх, усмехнувшись. — Рассказывай, как там ты поживаешь? Нашел с драконами общий язык?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
