— Твои новые блоки особым способом образовали взаимодействие с похожими образованиями моего плетения и усилили его структуру, изменив некоторые составные части. Именно поэтому оно сработало не так как запланировано, а начало создавать карман, в которое помещало твое тело. И кстати, большое спасибо, Алекс, ты мне дал много пищи для размышлений.
— Всегда пожалуйста! — отозвался я. — Может, ты меня еще чему-нибудь научишь, чтобы я тут же, не отходя от кассы, попробовал его испортить?
Темнота улыбнулась, а я продолжил:
— А если серьезно, у меня появилась парочка вопросов по поводу моего плетения. Во-первых, почему у меня появляется аура, ведь предполагалось, что тело станет лишь оболочкой для меня. Во-вторых, можно ли его применять на других? И еще, это плетение стандартно, или же можно произвести его некоторую модификацию? Например, изменить модель с мужской на женскую.
— То есть, ты уже хочешь наделить им всех своих родственников? — поинтересовалась Темнота.
— Ну, нечто вроде этого, — скромно ответил я.
— Это невозможно! — категорично сказала подруга.
— Но почему?
— Подумай сам и вспомни, что ты был рожден в драконьем источнике, а вот остальные такой силой не обладают. Их энергии не хватит на создание нового тела, и в результате они погибнут, ведь аура старого тела просто исчезнет, а новое будет создано только частично. Ты хочешь для них такой участи?
— Мда, облом, — вздохнул я.
А ведь я уже начал мечтать о том, что всех наделю способностью к моментальному превращению, а о такой мелочи как необходимая энергия и позабыл вовсе. И этому не поможет даже братание с каким-нибудь драконом, потому что это гарантированная гибель, так как больше ни у кого нет такой ауры, какая была у меня, и не найдется такой силы, чтобы сдержать быстрое разрушение организма. В общем, мечты остались несбыточными.
— Ладно, тогда скажи, что там по поводу ауры?
— Алекс, ты ведь уже понял, что основная часть плетения создает полноценный живой организм, который обладает всеми необходимыми свойствами, включая ауру. Да, я не стала специально для тебя изменять структуру, а воспользовалась уже готовым шаблоном. Именно поэтому ты получаешь навыки владения новым телом при его смене.
— Ну, я просто хотел проверить свою догадку… Постой, а в это «все необходимое» случайно не включается сознание?
— Нет, — усмехнулась Темнота. — Можешь не переживать.
Отлично, можно вздохнуть с облегчением. Ведь очень неприятно было бы осознавать, что сменой тела я фактически убиваю создаваемого плетением живого дракона, замещая его личность своей.
— Тогда у меня остался последний вопрос. Это наблюдение за расами и истребление неугодных — твоя директива, или крылатые сами догадались?
Мне показалось, что Темнота резко погрустнела, теряя весь свой радостный настрой, но все же ответила:
— Я предполагала, что они станут сдерживающим фактором, позволяющим всем разумным уживаться друг с другом… Но не получилось. Я очень сильно ошиблась в расчетах.
— Сочувствую, — произнес я. — И прекрасно тебя понимаю. Я ведь тоже в прошлой жизни занимался подобным. Хоть материалы у нас с тобой были разные, но смысл остается один и тот же. И я до сих пор знаю одно справедливое утверждение, которое гласит, что всю радость нахождения ошибки в своей работе портит осознание собственной тупости… Извини, это я, разумеется, про себя.
— Можешь не извиняться, — печально проронила Темнота.
Чтобы ее подбодрить, я весело спросил:
— А хочешь, анекдот расскажу? Смешной и в тему? — не дожидаясь ответа, я продолжил: — Умер однажды Эйнштейн и попал в гости к создателю. Эйнштейн, чтобы ты знала, это один из самых гениальных ученых на Земле. Так вот, при виде создателя он взмолился и попросил: «Покажи мне формулу устройства мира». Тот подумал немного, а потом достал мел и начал писать на черной доске длинню-у-ущую формулу. Эйнштейн посмотрел на нее и говорит: «Ну, вот об этом я уже знаю, вот об этом догадывался, но вот тут у тебя ерунда какая-то выходит!». А создатель ему так грустно-грустно и говорит: «Да я и сам уже это понял».
Темнота рассмеялась, а потом подхватила меня на руки и унесла с собой, предоставляя такой желанный отдых после долгого трудного дня.
Глава 16. Секс и гнездо
На следующий день я проснулся перед самым рассветом и тут же создал себе драконье тело. Разумеется, никаких последствий вчерашних забав оно не ощущало, поэтому я легко взмахнул крыльями и отправился к залу торжеств. А там уже начинали собираться драконы, готовясь к утреннему полету. Поприветствовав всех и перекинувшись с несколькими парой слов, я нашел Мару среди чешуйчатых тел и после радостной встречи отвел ее в сторонку. Поставив защиту разума, я обратился к драконице:
— Мара, ты бы не могла меня просветить в одном вопросе? А точнее, рассказать, как драконы обзаводятся потомством?
— А ты разве вчера этого еще не понял? — иронично переспросила она.
— Нет, я совсем не то имею в виду. Просто хотелось бы знать, когда вы можете этим заниматься для собственного удовольствия, а в какие моменты возможен результат в виде яйца?
Драконица задумалась, а потом смущенно призналась:
— Алекс, я тебя совсем не понимаю.
— Ладно, приведу пример из человеческой практики. Дело в том, что люди могут забеременеть не всегда, а только в определенные дни биологического цикла. В остальные же они могут заниматься сексом, не опасаясь, что через некоторое время в их семье наступит прибавление. Вот я и хочу узнать, когда эти дни наступают у дракониц, — пояснил я Маре.
Та тихо рассмеялась и ответила:
— Тела драконов и людей очень сильно отличаются, поэтому не существует таких особых дней, когда драконица точно будет знать, что в скором времени отложит яйцо.
Подозревая грядущие проблемы, я уточнил:
— То есть, после наших вчерашних упражнений я вполне могу стать отцом?
— Я бы очень на это надеялась, — сказала Мара.
Мда, похоже, что я попал. Нет, пока со стопроцентной гарантией утверждать это нельзя, однако памятуя мое поистине феноменальное везение…
— Алекс? Я чувствую, что ты расстроен и удивлен, — прервала мои мысли драконица. — Почему?
— Ну, понимаешь, подруга, я пока не собирался заводить потомство, поэтому то, что ты сейчас сказала, меня несколько… ошарашило.
— Но почему?! — воскликнула Мара. — Ведь это такое счастье — иметь детенышей!
— Не для меня, — грустно ответил я. — И не нужно так смотреть. Я не урод и не полный придурок. Просто я еще очень молод, и пока не хотел бы заводить себе семью. У меня есть дела, которые я еще не сделал, дороги, которыми еще не ходил… Да и вообще, в этом мире есть еще столько всего интересного! А если вдруг у нас с тобой появится дракончик или дракошка, то мне придется остаться в стае надолго, потому что бросить своего ребенка мне не позволит внезапно проснувшаяся совесть! А так как драконы взрослеют очень медленно, то можно будет с уверенностью сказать, что в ближайшие лет тридцать я останусь на скалах… Теперь понимаешь, почему я не хотел бы заводить детей?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
