В этот вечер гулял весь Трогм. Что ни говори, а гномы были истинными любителями повеселиться. Площадь, которая еще недавно была ареной для боя, теперь превратилась в один общий пикник. По всей ее длине были расставлены громадные столы и лавки, способные вместить на себе, все население гномьего города, а справа от них расположилось не менее десятка музыкантов, настолько виртуозно играющих на своих инструментах, что рядом с ними тут же оказалось не мало танцующих пар.
— Надо же, какой у вас дружный город — выразила свое восхищение Анна, Жанне и Гретте — Вы все здесь, как одна дружная семья!
Девушка села за стол, рядом с новыми подругами, с одной стороны, и Ричардом с Даниэлем, с другой. Давид расположился напротив.
Несмотря на внушительные размеры столов и лавок, места все равно катастрофически не хватало и все сидели, чуть ли не на коленях друг у друга, но даже этот факт, не повлиял на то, что возле темного эльфа было очень много пространства. Никто из местных не хотел возле него сидеть. Давид, то и дело ловил на себе презрительные и даже ненавидящие взгляды.
Поначалу парню, было на это абсолютно плевать, но неизменно пристальное и осуждающее внимание к каждому его движению, начали его раздражать.
Он тоскливо посмотрел на пустующее место справа от себя, которое должен был занимать Кристиан.
«Тоже мне, друг называется» — с некоторой обидой подумал темный эльф — «променял нашу компанию на парочку восторженных фанатов».
Рыцарь действительно сидел сейчас во главе стола, вместе с Хэлом и Редоком. Кристиан хотел расположиться вместе с Избранными, но гномий воин, чуть ли не силой утащил его от них и теперь они втроем, что-то бурно обсуждали, время от времени взрываясь громким хохотом.
— Нет, ты действительно классный парень! — заключил уже порядком выпивший Хэл. Благодаря спиртному его настроение теперь балансировало между вселенской любовью ко всему живому и предельной агрессивностью.
— Спасибо, но ты далеко не первый кто мне это говорит — самодовольно признался рыцарь — мой уровень «классности» просто зашкаливает. Я даже не представляю, как раньше наш мир мог обходиться без такого совершенства во всех отношениях, как я.
Несмотря на то, что Кристиан был в гораздо более адекватном состоянии, чем Хэл, из-за его восторга от самого себя, это было почти незаметно.
— Да все, Избранные весьма приятные личности — высказался Редок, хотя его слова сильно расходились с его мыслями. Кристиану к примеру, он бы с удовольствием плеснул в лицо серной кислотой, чтобы больше никогда не слушать его хвастовства.
— Почти все — мрачно изрек Хэл и осушив очередную кружку фирменной гномьей браги, покачал головой — тяжело, наверное, драться рядом с такой подлой крысой, как темный эльф. — посочувствовал он рыцарю, уже порядком заплетающимся языком — Меня один внешний вид этого надменного гаденыша раздражает. С удовольствием размазал бы его по стене, но сомневаюсь, что этот шакал согласится на честный бой.
— Поаккуратнее — осадил собеседника Кристиан — Ты говоришь, о моем друге. Дерется он между прочим, ничуть не хуже меня, так, что у тебя дружище, как это ни прискорбно — шансов ноль и боюсь, что от стенки пришлось бы отдирать тебя, второй раз за этот день.
Подобное откровенно издевательское заявление, вызвало у Хэла прилив ярости, но помня, кто именно раскатал его об землю, на открытый конфликт гном не решился. Вместо этого, он неестественно громко, даже для себя расхохотался.
— Что ж, вероятно ты прав красавчик — сказал Хэл и якобы выражая полное согласие со всей силы двинул Кристиана по спине.
От такого неожиданного и сильного удара, у рыцаря перехватило дыхание. Ему показалось, что через секунду он выплюнет собственный позвоночник. Парню стоило невероятных усилий, чтобы не ответить должным образом на столь «дружественный» жест. Сдержался он лишь потому, что боялся обвинения в отсутствии чувства юмора.
Сидевший на расстоянии от своего друга Давид, тоже не остался равнодушным к поведению Хэла и в отличии от Кристиана, он даже не подумал, что эта могла быть шутка. Темный эльф прекрасно видел, что гном специально ударил, рыцаря из-под тишка, чтобы не получить сдачи и одновременно почувствовать удовлетворение.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Еще одна подобная выходка и я укорочу этого Хэла-Кровожадного в два раза — довольно громко сообщил Давид Даниэлю.
— Ты что, за Кристиана волнуешься? — изумился маг — Ну, ты даешь! Я даже и не подозревал, что ты вообще можешь за кого-то беспокоиться и уж тем более за Кристиана. Кто-кто, а он точно сможет за себя постоять.
— Просто, я сейчас выполняю обязанности Анны, пока она занята — пояснил темный эльф.
— То есть?
— Переживаю за всех.
Даниэль весело хмыкнул.
— Не думал, что именно ты запишешься в ее заместители.
Ничего не ответив, Давид слабо улыбнулся, посмотрев на Анну, у которой не было времени даже перекусить. Ее приглашали на каждый танец и девушка, просидевшая почти всю свою жизнь в четырех стенах и ежедневно выслушивающая нотации о ее ответственном предназначении, первый раз по-настоящему веселилась.
Вечер, веселая музыка, постоянное обилие внимание к ней, опьяняли Анну без всякого вина. Она словно пыталась наверстать упущенное, познать то, чего лишили ее хранители — чувства свободы и безмятежности.
Когда объявили медленный танец, Ричард не спеша подошел к Анне, совершенно не обращая внимания на столпившихся вокруг нее гномов.
— Надеюсь, ты не откажешь мне в удовольствии станцевать этот танец с тобой?
Мужчина пристально посмотрел хранительнице в глаза, словно хотел прочитать в них ответ.
Анна собрала все свои силы в кулак, чтобы отказать ему, тем более, что она надеялась на приглашение Кристиана, но так и не смогла. Потрясающие, тигриные глаза Ричарда буквально гипнотизировали ее не давая мыслить здраво, не давая даже отвести взгляд. В чем была причина такого странного влияния на нее этого загадочного человека, девушка просто не могла понять. Он был спокоен, всегда вежлив и обходителен с ней, но одно его присутствие вызывало у нее леденящий ужас.
В отличии от Анны, Ричард наоборот испытывал рядом с хранительницей просто потрясающие, волшебные чувства, из-за которых он даже иногда забывал, что находиться в одном отряде со своими злейшими врагами.
Правда, в первые дни, его постоянно нервировали та доброта и тепло, которые исходили от девушки, но вскоре прошло даже это. Осталось только искреннее восхищение ее красотой, веселостью, оптимизмом и желание постоянно находиться возле Анны, наслаждаясь каждой секундой общения с ней.
Очевидно, что танец в объятиях друг друга, вызывал у этой пары, совершенно противоположные эмоции.
«Почему, ну почему из всех присутствующих мужчин, я сейчас танцую именно с Ричардом?!» — мысленно причитала Анна — «Уж лучше это был бы Давид или Даниэль, или даже Хэл, все равно мне было бы приятнее.
Девушка тоскливо посмотрела на громадного гнома и сидящего рядом с ним рыцаря.
«А Кристиан, тоже хорош!» — неожиданно рассердилась она — «Сначала клянется в вечной любви, а потом весь вечер не обращает внимание. Компания Хэла и Редока, для него, видимо предпочтительней моей, он даже не волнуется, что я танцую с другим! Даже не смотрит в мою сторону!»
Внимательно следившая за рыцарем Анна, злилась все больше и занятая своей обидой, полностью игнорировала своего партнера, даже когда он что-то ей говорил. Естественно, что Ричарду пришлось это не по душе, он хотел, чтобы внимание хранительницы было приковано только к нему.
«Надо бы организовать романтику»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мужчина осмотрелся. Площадь украшали красивые, праздничные фонарики, которые очень ярким, разноцветным светом освещали все вокруг. Ашандар еле заметно, повел пальцем и все фонари моментально погасли, а вместо него на танцующих пролился мягкий, серебряный лунный свет. Зажатая между скал долина, погрузилась в сказочные, романтические сумерки.
Сидевшие за столами горожане, восхищенно наблюдали за парами, медленно скользящими под легкую, томительно грустную мелодию скрипки и гитары. Естественно, что в основном, всеобщие взгляды были прикованы к потрясающе красивой паре — Ричарда и Анны.
