— Вы не зашнуруете меня? — робко попросила она Рюарка.
— Конечно, любовь моя, — отозвался он.
Он отложил бритву, повернулся к Шанне и тут же печально нахмурился.
— Где вы это откопали?
Шанна с невинным видом показала на сундуки.
— Там. Оно вам не нравится? Ничего более подходящего мне найти не удалось.
Она повернулась спиной к Рюарку. Незашнурованное платье открывало ее перламутровую кожу. Пока Рюарк манипулировал шнурками, она подумала о том, как хорошо иметь мужа, чувствовать домашний уют. — У вас есть щетка для волос? — спросил он.
Она покачала головой и высоко подобрала локоны. При каждом движении шерсть грубо касалась ее тела, а все усиливающаяся жара как бы предупреждала о том, что ее ожидает.
Рюарк продолжал бриться. Шанна разглядывала свои отражения в зеркалах. «Супруга пуританина, — подумала она. — Впрочем, это лучше, чем выглядеть так, как того желали бы пираты». Она представила себе жизнь падшей женщины в подобной одежде, в какой-нибудь убогой лачуге. Рюарк ходит за плугом, сама же она, беременная, бросает в борозду семена. К ее величайшему удивлению, эта картина не показалась ей слишком неприятной.
Рюарк покончил с бритьем. Она смотрела, как он готовится играть свою роль пирата. Ее красную шелковую ленту он превратил в темляк для сабли. Из шкафа взял несколько медалей и прикрепил их к своей кожаной куртке. На шляпу приспособил длинное красное перо.
— Вот я и пират, мадам, — проговорил он, разглядывая свой наряд в зеркале. — Чего-нибудь не хватает?
— Нет, капитан пиратов. Вы восхитительны.
— Спасибо, Шанна. Будем же играть свою роль. — В дверях он обернулся к ней и повелительно указал ей место: — Следуйте за мной, мадам. В двух шагах, как и подобает настоящей рабыне.
Щекотание шерстяного платья лишало ее всякого желания спорить, и Шанна смиренно последовала за Рюарком.
Пираты уже вовсю распивали пиво в общей зале. Они шумно встретили вошедших. Рюарк показывал свои медали, рассказывая о невероятных приключениях, за которые он их удостоился. Импровизация эта имела блестящий успех, и пираты шумно выражали свое удовольствие. Молчавшая Шанна старалась не слышать их достаточно вольных возгласов. Рюарк громовым голосом потребовал, чтобы ему принесли еду, ударив при этом по столу с такой силой, что Дора в ужасе убежала выполнять его приказание. Он схватил козью ногу, краюху хлеба, выделил немного и того и другого Шанне, которую отправил в угол, проводив ее хорошим шлепком по заду. Он не сел за стол, а стал обходить всех по очереди, обмениваясь с пиратами шутками и продолжая при этом обгладывать мясо с кости. Шанна улавливала не все, что говорилось, но, несомненно, разговор был не очень скромным, потому что пираты буквально покатывались со смеху.
Наконец Рюарк попрощался с ними широким жестом. Проходя мимо Шанны, он щелкнул пальцами, она быстро поднялась и последовала за ним.
Как только они вышли из прохладного мрака залы, Шанна смогла оценить всю меру своей глупости. Черная ткань нагревалась от солнца нисколько не меньше, чем песок, словно горевший у нее под ногами. Платье, скроенное так, чтобы скрывать естественные прелести женщины, сдавило ей грудь. Широкая и тяжелая юбка неумолимо раскачивалась вокруг ног. Чтобы она при этом не ранила кожу, Шанне приходилось придерживать ее обеими руками.
Рюарк продвигался вперед большими шагами, не останавливаясь. Он срезал на ходу ветку и, что-то насвистывая, сделал из нее трость… И явно не обращал внимания на старавшуюся не отстать от него бедную девушку.
Высокий ворот давил Шанне горло. Она попыталась его отодвинуть, но край выреза впился в нее еще сильнее. Накрахмаленные манжеты все время сползали на запястья, и ей то и дело приходилось поднимать руки вверх, возвращая их на место.
Наконец они добрались до деревни. Солнце нестерпимо пекло голову. Нигде не было ни малейшей тени. Большинство жителей попряталось по домам на время сиесты. В редкой тени листвы чахлого куста спала какая-то женщина в лохмотьях. Рюарк замедлил шаг, и Шанна почувствовала некоторое облегчение, но ненадолго. По ее спине струился пот. Она отчаянно пыталась почесаться, но руки были заняты юбкой и болтавшимися манжетами. За каким-то кустом она, наконец, отделалась от них. Незаметно для Рюарка.
Когда они проходили по пляжу, Шанна, отстав от Рюарка, пошла по воде, лизавшей прибрежный песок. Лицо ее исказила гримаса боли, когда вода попала на многочисленные ссадины и царапины на ногах. Ей хотелось сорвать с себя это дурацкое одеяние, убежать в лениво колыхавшееся море и погрузиться в его расслабляющую влагу. Увидев, что Рюарк уходит все дальше, она подобрала отяжелевшую от влаги юбку и побежала вдогонку.
Рюарк остановился на пригорке и стал сосредоточенно смотреть в конец пляжа, где виднелись чахлые деревца, за которыми начиналось болото. Услышав шаги приближавшейся Шанны, он обернулся и замер, увидев едва переставлявшую ноги девушку. Лицо ее было красным, она задыхалась и, опустившись на выгоревшую траву, с гримасой боли подняла ногу и показала ему пятку, в которой торчал острый шип.
— Дайте-ка я его выну, — заботливо проговорил Рюарк.
Он вытащил из-за пояса нож и опустился на колени.
— Не прикасайтесь ко мне, — раздраженно ответила Шанна. — Вы притащили меня на эту прогулку по раскаленному песку, не подумав о том, есть ли у меня обувь, и чем мне защититься от солнца. Ох!..
Это последнее восклицание вырвалось у нее, когда Рюарк вынимал шип из ее пятки. Рюарк отошел, чтобы сорвать несколько листков с куста, которые тут же растер и приготовил что-то вроде пластыря.
— Приложите это к ране, — распорядился он. — Сначала будет жечь, а потом все пройдет.
Шанна повиновалась. Действительно, она чуть не закричала от действия сока, но потом успокоилась. Боль в пятке прошла. Рюарк не переставал ее поражать. Его навыки, его знания казались ей удивительными.
Снова взглянув в сторону болота, он веско произнес:
— Вы думаете, что наша прогулка бесцельна, Шанна. Будем надеяться, что такой же она покажется и другим. Однако где-то здесь скрыта возможность побега. Испанцы вырыли канал через болото. Мазер прячет вход в этот канал. Естественно, он будет хранить свою тайну и дальше. Вы слышите крики птиц?
В тех зарослях, там, впереди, полно всякой живности. И не только птиц: кайманы, ящерицы, различные змеи. Пешком там ходить опасно. Нам нужен корабль. Но мы раздобудем все, что нужно. К тому же ваш отец, возможно, скоро заплатит выкуп за вас. Отпущенные пиратами рабы скоро будут у него.
Рюарк хорошо понимал, что, если ему удастся вернуть Шанну на Лос-Камельос, за этим последует тяжелое наказание за его предательский побег. Он спрашивал себя, сможет ли Шанна смириться с такой несправедливостью по отношению к нему или же решится открыть отцу правду. Как бы то ни было, сейчас его мысли были заняты только одним: как вырвать ее из этого ада. Он снова опустился на колени рядом с ней.
