Читаем без скачивания Сирахама - Артур Прядильщик

Требования «партизаны» какие-то выдвинули, власти на эти требования ожидаемо кинули болт, наплевав на международные осложнения. Видимо, эти партизаны достали местные власти до печенок. Никаких переговоров не будет. С одной стороны, это жестоко по отношению к заложникам, а с другой - более чем дальновидно и прагматично - другие «партизаны» в следующий раз сто раз подумают, прежде, чем брать заложников.

«Партизаны» пообещали начать убивать заложников сегодня в четыре часа дня. Настроены решительно: водителя автобуса и дорожных инспекторов, встретившихся на свою беду им на пути, расстреляли сразу.

Войсковая или полицейская операция по освобождению заложников проводиться не будет - только локальный экстриминатус силами мотострелковой роты. При поддержке с воздуха. Понятно, что вероятность выживания заложников в таких условиях стремится к нулю. Но такова политика официальных властей... и, видимо, конкретно эти партизаны - идиоты - раз на них эта политика до сих пор не подействовала. А таких, действительно - только уничтожать.

Правительству Японии дали по рукам, как только оно попыталось вести переговоры с «партизанами» напрямую - переговорщика до сих пор держат в каком-то полицейском участке. Это тоже понятно. Но японский МИД сумел уговорить местных подождать с началом операции. Так что теперь все официально - мы представляем Японию... Очень удачно оказались рядом, ага, ага...

- Здорово! Правда, Кенчи? Вы уж там не осрамитесь, ребята! Не подведите Редзинпаку! За вашими спинами Страна Восходящего Солнца! Ни шагу назад!

Акисамэ помолчал (видимо, в этом месте ожидалось, что мы вытянемся по стойке смирно и трижды прокричим «Банзай!»). Не дождавшись реакции, он продолжил:

- Задача: освободить заложников до пятнадцати ноль-ноль. Если в пятнадцать ноль-ноль не будет подан условный сигнал, то военные начнут зачистку базы - они опасаются, что заложников начнут убивать раньше, чтобы в шестнадцать выложить материалы в интернет...

... и поэтому они убьют этих заложников сами, во время войсковой операции, не доверяя такое деликатное дело террористам. Впрочем, это уже сарказм - я сильно неправ, предполагая такое.

- ...Планирование операции - целиком на вас. Командиром назначается курсант Сирахама. Дополнительная информация: подходы к базе заминированы, численность противника - от двадцати до тридцати человек, есть сторожевые собаки. Пути отхода, условные сигналы, точки эвакуации, карты, спутниковые снимки базы - все это есть на ваших боевых компьютерах - ознакомьтесь. Желательно, до начала операции, хо-хо-хо... У вас семь часов. Целая вечность! Выполнять! Конец связи.

- Хм... это будет непросто. - Мисаки стала серьезной. А я уж испугался, что от возможности пострелять ее начнет клинить... - Какие будут приказы, командир?

- Тут свежее сухое термобелье... - Я кивнул на снаряжение. - Так что перво-наперво мы переоденемся. После этого ты приготовишь что-нибудь вкусное, а я посмотрю, какая у нас информация.

- Йокай!

Мисаки стала торопливо стягивать с себя одежду, ничуть меня не стесняясь. В полном соответствии с Уставом («Сначала выполни, а потом обсуждай»), она тихонько ворчала:

- Кухня, койка, киндер... Шовинист! Как всегда - приготовь, помой, подай, принеси, постирай, постель погрей, компрессик сообрази...

Постепенно ее ворчание затихло, и, после того, как она оказалась полностью обнаженной, то устроила мне, единственному зрителю (хотя, наверняка и учителя следили за нами в этот момент), «обратный стриптиз» - медленное и эротичное... одевание. Вполне сойдет за пытку, кстати. Меня пробрало.

Если она так одевается, то как же она раздевается! А если еще и музыку включить!

- Хм... Сирахама-тайчо... - Промурлыкала уже полностью одетая Мисаки, пристраивая гарнитуру на ухо. - Не положено подчиненному делать замечания своему командованию в боевой обстановке, но устав требует указывать на ошибки, допущенные командиром... Разрешите доложить, что вы собирались ознакомиться с разведматериалами! А не подглядывать за рядовым составом!

Я с трудом «отлип» и даже помотал головой, сбрасывая наваждение...

В наушнике у меня пискнуло. Судя по встрепенувшейся Мисаки - она тоже получила сигнал.

- Шесть. Из десяти. Слабовато. Заснять успела. Расценки мои... знаешь.

Ну... это - Сигурэ! И она... как всегда!

Мисаки рядом возмущенно зашипела. А мастерица оружия добавила:

- Кенчи... В белом... подарок... черный...

Под деланно-равнодушным взглядом Мисаки я открыл белый кейс и достал два кукри. Два матово-черных красавца с короткими красными кисточками на рукоятях. Ножи были соединены друг с другом длинным тросиком в пластиковой оплетке темно-красного цвета. Тросик крепился к кольцам в навершиях. Красивые, серьезные, смертоносные.

- Ой, какие лапульки-ня... - Умилилась Мисаки, заглядывая мне через плечо. Все ее напускное равнодушие куда-то подевалось.

Видимо, Сигурэ понравилось делать подарки из своей очень обширной коллекции оружия. Во всяком случае, сейчас она была непривычно многословна:

- Не обижай их. Будь с ними... нежным. Покорми их... сегодня. Сиротки они. У меня.

- Откуда такие красавчики, сэнсэй? - Нажала на клавишу передачи на своей тангенте Мисаки...

«Сэнсэй»... надо ж.

- Ходят тут... типа того... ночью... всякие... типа того...

+++

- Кх-х-хенчи-и-и! - Сдавленно выдавила Мисаки, опуская свой бинокль.

Я почувствовал резкую смену ее настроения (там сейчас начиналась эмоциональная буря) и торопливо перевел бинокль туда, куда она только что смотрела - в центр маленькой деревни, превращенной боевиками в свою базу.

Твою ж...!

Четверо боевиков в разномастных камуфляжах за ноги и за руки тащили одну из заложниц к колышкам, вбитым в землю. К колышкам уже были привязаны веревки и, видимо, вбиты в землю эти колышки были уже очень давно...

За деревянной перегородкой загона для животных билась о доски и кричала девочка лет десяти, которую пытались оттащить другие заложники...

Ее оттащили... отодрали от досок. Какой-то толстый мужчина крепко прижал девочку к себе, другой - зажал ей уши...

Вокруг колышков собралось еще примерно десять боевиков, жадными глазами наблюдая... и ожидая начала потехи... и своей очереди. Ублюдки щерились и перебрасывались шуточками, тыкая пальцами в загон. Выбирали следующую жертву, пидарасы хуевы...

А еще знакомое мощное ощущение «железной горы» где-то за спиной заставляло дергаться и нервничать.

Сам Старейший почтил своим вниманием! И не считал нужным скрывать свое присутствие... Это мешало, так как заставляло чувствовать ложную уверенность - когда дело касается мастеров Редзинпаку, рассчитывать на их помощь не приходится. Не соответствует методике обучения в Редзинпаку, знаете ли! Ну, разве что в самом-самом крайнем случае МОЖЕТ БЫТЬ помогут.

Мне оставалось только досадливо морщиться и мысленно ругаться - операция должна была начаться позже.

Правда, удержать сейчас дракошку... нет, не «дракошку» - сейчас это была самая настоящая дракониха - глаза пылали, черты лица заострились, оскаленный рот, из которого разве что огонь не вырывается. Удержать ее сейчас - невозможно.

Были и плюсы - все оставшееся до начала акции время я планировал потратить на уговоры Мисаки открыть стрельбу по ничего не подозревающему противнику. «Подло» и «из засады».

А сейчас все тормоза, запреты и «драконы не нападают со спины» были смыты мощным эмоциональным цунами, как только Мисаки увидела ЭТО.

А еще у девочки начиналась активация - каким-то седалищным нервом я это чувствовал... наверно, теми самыми «здоровыми ягодицами», вылеченными «нашим компрессиком».

Я решился:

- Твои - левые секреты. Мои - правые. Начинаешь стрелять по моей команде. В этих мудаков не стреляй - когда начнется стрельба, они сами разбегутся. Я отстреливаю магазин и иду туда. Ты - переходишь на «точку два» и отстреливаешь гранатометы по среднему периметру вокруг загона. Потом переходишь на «точку три» и зачищаешь всех, кто будет по мне работать с дальних дистанций. Приказ ясен?

- Да... - Глаза Мисаки по-прежнему были черны от распахнувшихся зрачков...

Епрст! Если у нее сейчас сорвет крышу...!

- Я не понял, дракониха!!! Приказ ясен, нет?!

Сказал и сам испугался своего рычания. А вот Мисаки, кажется, стала медленно приходить в норму... относительную норму. Вход в активацию не прекратился, но окружающую действительность она воспринимала более адекватно:

- Есть, командир! Мои левые. Стрельба по команде. Дальше - работаю гранатометами и прикрываю.

- Меняешь позицию после первого магазина! - Надавил я.

- Так точно! Меняю позицию после первого магазина!

Я тронул тангенту, переводя радиостанцию на передачу:

- Центр, это Зяблик. Примите цифры: девять, один, один, девять, один, один. Прием.