Среди них в обществе нескольких других жен баронов была и Махелт. По крайней мере, долго искать укрытия не придется. Вместе безопаснее.
– И почти мой родственник, потому что графиня Норфолк кувыркалась с моим отцом? – На лице Иоанна читалось презрение. – Нет уж! Биго едва ли можно назвать неимущими.
Король говорил на повышенных тонах, так что его слышали те, кто стоял рядом. Раздались смешки, кое-кто понимающе переглянулся.
– Графиня нездорова и беспокоится об обоих своих сыновьях, – с достоинством ответила Эла.
Продолжая улыбаться, Иоанн повернулся к заставленному яствами столу и взял маленькое, сваренное вкрутую яйцо. Скорлупа яйца была в желтую крапинку, оттого что в воду при варке добавили шафран.
– Ваше нежное сердце делает вам честь, сестра. Это редкость… как и это блюдо. Вы его уже пробовали?
– Нет, сир, – покачала головой Эла.
– Непременно попробуйте. Яйца нелегко раздобыть в это время года, и повар начинил желток райскими зернами, не более и не менее. – Король встал, похотливо взглянул на Элу и протянул ей яйцо.
Прекрасно зная, что райские зерна славятся своим возбуждающим действием, и возмущенная тем, как Иоанн произнес «начинил», Эла покачала головой:
– Сир, благодарю, но я не голодна.
– О, но вы должны его попробовать, я настаиваю! – хищно улыбнулся Иоанн. – Мы же не хотим, чтобы вы зачахли в отсутствие моего брата. Ему не понравится, если от вас останется кожа да кости. Это был бы непростительный грех. Откройте ротик, будьте хорошей девочкой.
Он загнал Элу в угол. Со стороны казалось, что Иоанн просто развлекает ее. Вкушать пищу из рук короля – величайшая награда, а поскольку они не сидели и не ели с одного подноса, это была всего лишь разновидность любезности. Но когда король прижал яйцо к ее губам, Эле показалось, что ее сейчас стошнит. Пришлось все же разомкнуть губы, и Иоанн в то же время разомкнул свои. С довольным видом он принялся засовывать яйцо ей в рот. Оно оказалось слишком большим, чтобы съесть целиком, и Эле пришлось сначала откусить кусочек и, прожевав, проглотить. Затем вторую половину. Острые специи обожгли нёбо и горло.
– Ну разве не прелесть? – спросил Иоанн, с чувственным удовольствием облизывая губы, как будто смаковал пищу сам.
Эла не могла ответить. Она прижала ладонь ко рту, чтобы скрыть движения челюсти. Король ждал, когда Эла проглотит яйцо, и потому она не могла сплюнуть остатки в платок. Кое-как она справилась, но вкус задержался во рту, а мелкие крошки прилипли к зубам и языку.
– Сир, с вашего позволения… – Эла присела в реверансе и, не дожидаясь разрешения, прижав ладонь ко рту, выбежала из комнаты. В первой же попавшейся уборной над смердящей дырой ее выворотило наизнанку, так что заболел живот. Она вытерла рот и прислонилась лбом к холодной каменной стене, пытаясь унять дрожь. Услышав шум за спиной, Эла обернулась и ахнула, поскольку в дверях, преграждая ей путь, стоял Иоанн.
Она пыталась закричать, но могла лишь невнятно сипеть. Король шагнул вперед, взял ее за плечи и прижал к стене. Потом провел рукой по ее телу от груди к промежности.
– Вам не понравилось то, что я дал? – хрипло спросил он. – Какая жалость, ведь это было само совершенство.
Эла отвернула голову и попыталась вырваться, но Иоанн крепко держал ее.
– Подумайте вот о чем, – произнес он. – Жена брата становится собственностью другого брата, когда ее мужа нет рядом и он не может ее защитить. Вы должны положиться на меня… Ммм? – Он прижался к ней. – Не забывайте, я здесь, чтобы защищать вашу честь, моя сладкая, словно мед, сестра.
Иоанн крепко поцеловал ее в скулу, приоткрыв рот, так что Эла почувствовала его зубы, а затем лизнул ее в щеку, прежде чем отстраниться и игриво ущипнуть за нос.
– Моя смелая девочка! Не успеете оглянуться, как ваш муж вернется домой.
Когда король удалился, Эла прислонилась к стене, у нее подкашивались ноги. Она задыхалась и с трудом втягивала воздух. Позвать на помощь она не могла, – казалось, Иоанн вспорол ей грудь и вырвал оттуда что-то очень важное и личное.
– Сестра?
Эла с облегчением вздохнула при виде Махелт и Гуго, державшегося за рукоять ножа.
– Господь милосердный, Эла… – Махелт поспешила ее обнять.
– Со мной все хорошо, – выдохнула Эла.
– Неправда. Я следила за вами с тех пор, как Иоанн впихнул в вас яйцо. Он не причинил вам вреда?
– Нет, – ответила Эла, но задрожала еще сильнее.
– Идем. – Махелт поманила Гуго за собой. – Мы отведем вас в ваш шатер.
Они проводили Элу в ее круглый синий с золотом шатер, стоявший в углу двора. Махелт выгнала служанок Элы и усадила кузину на покрытую мехом походную койку, а Гуго налил вина.
– Он готов обесчестить собственного брата. – Голос Элы дрожал от омерзения.
– Что он сделал?
– Он… Он облапал меня и сказал, что я должна на него положиться, потому что в отсутствие мужа я его собственность.
– Сукин сын! – с отвращением скривил рот Гуго.
Эла бросила на него испуганный взгляд:
– Вы не должны ничего предпринимать. Мой муж и Ральф все еще в плену. Я хочу, чтобы они вернулись домой целыми и невредимыми. Если вы заговорите, я буду обесчещена, как и мой Уильям. Он гордый человек, и это уничтожит его.
– Вы не первая, кого Иоанн запугивал подобным образом, – мрачно произнесла Махелт. – Он домогался жены де Весси и оскорбил меня, когда приехал во Фрамлингем. Похоже, он думает, будто может получить все, что видит.
– Господь всемогущий… – Эла уставилась на Махелт в еще большем смятении.
Махелт улыбнулась с кислым удовлетворением:
– Я так сильно выкрутила Иоанну орешки, что он с трудом сел в седло. Это недостаточное наказание, но я знала, что большего сделать не могу, пока его наемники у нас во дворе и он наш гость. Никто из нас не мог.
– Я хочу, чтобы мой муж вернулся, – сглотнула Эла и, закрыв лицо руками, зарыдала. – Мне нужен Уильям!
– Сегодня вы можете лечь в нашем шатре, а завтра мы проводим вас в Солсбери. – Махелт заключила Элу в объятия.
Та кивнула, но грудь ее содрогнулась, когда она встала и собралась с духом.
– Спасибо.
Гуго позвал служанок Элы и велел им собрать все, что госпожа сочтет нужным, и отнести в шатер Биго. Затем женщины вместе пересекли полосу травы, а Гуго шел рядом с ними, охраняя. По пути они встретили старшего брата Махелт, который возвращался к себе в компании нескольких других молодых рыцарей. Махелт не собиралась рассказывать ему, что случилось с Элой. Вместо этого она спросила о здоровье молодой жены Уилла, Элис, и вела себя так, как будто они с Элой всего лишь общались, как общаются женщины на подобных сборищах.
– У нее все хорошо, – ответил Уилл, и Махелт давно не видела его таким радостным и довольным. – У нас скоро родится ребенок. – Он взглянул на Гуго. – Наследник наследника. Вы должны знать, каково это.
