— Если Их Величества считают, что мне нужно что-то услышать от вас лично, почему бы вам не присоединиться ко мне за ужином? — спросил тем временем герцог. — Леди Восточной Доли уехала навестить нашего последнего внука, и вернётся только завтра поздно вечером, так что я всё равно планировал поужинать в штаб-квартире, а затем лечь спать у себя в казарме, вместо того, чтобы ехать всю дорогу домой. Я намеревался попросить кое-кого из моих сотрудников присоединиться ко мне. Должен ли я предположить, что характер вашего послания таков, что будет более целесообразным, если мы с вами поужинаем наедине?
— Вообще-то, Ваша Светлость, — пробормотал Мерлин, — я думаю, что это может быть очень хорошей идеей.
* * *
— Итак, сейджин Мерлин, — сказал Восточная Доля три часа спустя. — Что насчёт того послания?
— Конечно, Ваша Светлость.
Ординарец Восточной Доли проследил за слугами, которые убрали посуду, затем налил вино, поставил графин на стол у локтя Восточной Доли и удалился из личной столовой, примыкающей к покоям герцога здесь, в цитадели Мейкелберга. Как с удовлетворением подумал Мерлин, это был превосходный ужин, и вино тоже было неплохим. Работающий на термоядерном источнике энергии ПИКА не нуждался в питании, хотя его внутренние устройства были спроектированы так, чтобы извлекать материал, необходимый ему для производства его «естественно растущих» волос и бороды, из пищи, которую он глотал. Большая часть этой пищи просто должна была быть утилизирована позже, но ПИКА были спроектированы так, чтобы позволить их владельцам делать всё, что они могли бы сделать в своих собственных биологических телах. Вкусовые рецепторы Мерлина были полностью функциональны, хотя любой сэйфхолдийский целитель впал бы в бессвязное безумие, если бы Мерлин попытался объяснить ему, как именно они функционируют. Он наслаждался едой, и, если не считать некоторой степени туннельного зрения, возникающего из-за этого единственного слепого пятна, когда дело касалось простолюдинов, Восточная Доля был проницательным наблюдателем с острым умом. Беседа за столом была такой же приятной, как и еда, и Мерлин надеялся, что это не изменится.
«Будет интересно посмотреть, взбесится он или нет», — подумал сейджин. Кайлеб и Шарлиен заключили на этот счёт пари, и он подозревал, что они оба наблюдали за происходящим через один из СНАРКов, чтобы увидеть, кто из них был прав. — «Если уж на то пошло, Нарман, вероятно, тоже подглядывает», — подумал он.
Восточная Доля смотрел на него через стол, и, как он видел, в пристальном взгляде герцога было больше, чем намёк на нетерпение.
«Перестань колебаться, Мерлин», — твёрдо сказал он себе и откашлялся.
— Я уверен, что вы знаете, Ваша Светлость, — начал он, — что были быть некоторые… опасения по поводу конфликта лояльности в офицерском корпусе Армии.
— Вы имеете в виду, что я осведомлён, что Их Величества, должно быть, задавались вопросом, сколько остальных их офицеров собирается пойти тем же путём, что и Халбрукская Лощина, — категорично сказал Восточная Доля. Брови Мерлина непроизвольно поползли вверх от резкости комментария герцога, и Восточная Доля довольно резко усмехнулся.
— Вы всегда были воплощением вежливости, сейджин Мерлин, — сказал он, — но только идиот, которым, уверяю вас, я не являюсь, мог бы не понять, что одной из причин, по которой вы нанесли так много визитов в Мейкелберг от имени Их Величеств, заключалась в том, чтобы разобраться в этих самых опасениях. И, честно говоря, я с самого начала предполагал, что вы должны были присматриваться ко мне более пристально, чем к кому-либо другому, учитывая, что Биртрим был женат на моей сестре и как долго мы с ним дружили до этого. Не говоря уже о том факте, что я унаследовал свой нынешний пост непосредственно от него. Однако я также предположил бы, что, поскольку я не был смещён с этого поста и поскольку Их Величества всегда относились ко мне вежливо и откровенно, ваши отчёты им должны были быть, по крайней мере, в целом благоприятными.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мерлин молча смотрел на него секунду или две, затем пожал плечами.
— Надеюсь, я не был слишком очевиден в этом, Ваша Светлость, — сказал он, слегка скривившись, и Восточная Доля издал ещё один, чуть менее резкий смешок.
— На самом деле, когда я сказал, что вы сама вежливость, я имел в виду именно это. И, честно говоря, я был бы разочарован, если бы у Шарлиен и Кайлеба не было оговорок. — Настала его очередь пожать плечами. — Я наблюдал за Её Величеством, в частности, с тех пор, как ей было двенадцать, сейджин Мерлин. Она выжила в тени королевы Исбель не потому, что была глупой. Однако она выжила и не потому, что была настолько неуклюжей, чтобы тыкать людей носом в тот факт, что она должна была считать их ненадёжными, пока они не докажут обратное. Я бы сказал, что вы прекрасно послужили ей в обоих этих отношениях.
— Спасибо. — Мерлин слегка поклонился через стол, затем улыбнулся. — И да, Ваша Светлость, вердикт по вашему делу был полностью благоприятным. И хотя, возможно, на самом деле мне не пристало это добавлять, у меня сложилось впечатление, что Её Величество была так же довольна этим на личном уровне, как и в своей официальной ипостаси. Я не верю, что она рассматривает — или ценит — вас исключительно как вассала или даже как командующего её Армией.
— Это хорошо. — Выражение лица Восточной Доли смягчилось. — Я не могу винить её за беспокойство, но я всё равно не буду притворяться, что меня это не беспокоило. — Печаль коснулась его карих глаз. — Я полагаю, что во многом это было из-за причины, по которой она вообще должна была беспокоиться. — Он покачал головой. — Мне было интересно, как Биртрим собирался справиться с этим конфликтом лояльностей. Я знал, что ему будет тяжело, но…
Герцог замолчал, снова покачав головой, на этот раз сильнее. Было что-то в этом движении, почти как у кулачного бойца, пытающегося избавиться от последствий мощного джеба слева, и его глаза были отстранёнными, глядя на что-то, что мог видеть только он. Затем он слегка передёрнул плечами, сделал глоток вина и снова повернулся к Мерлину с более оживлённым видом.
— И так, что же насчёт того сообщения…?
— Ну, отбросив все вежливые эвфемизмы и околичности, которые я собирался использовать, Ваша Светлость, короткая версия такова: Их Величества и князь Нарман решили, что, в отличие от вас, один из офицеров вашего штаба определённо разделил лояльность. Фактически, доказательства, имеющиеся в распоряжении князя Нармана, свидетельствуют о том, что офицер, о котором идёт речь, активно участвует в государственной измене.
«И каждое слово, которое я только что сказал, является абсолютной правдой, — подумал он, — даже если Шарлиен и Кайлеб — и Нарман — сделали это заключение на основе предоставленной мной информации».
Восточная Доля резко выпрямился в кресле, и выражение его лица резко посуровело. Его вид, как подумал Мерлин, можно было описать выражением «мечущий молнии».
— Кто этот ублюдок?! — требовательно спросил герцог, и его тон был ещё более резким, чем выражение его лица. — Я поджарю его долбанные яйца на медленном огне! И это будет самое нежное, что с ним случится!
«Что ж, пока похоже, что Кайлеб выиграет пари», — сухо подумал Мерлин.
— Пожалуйста, Ваша Светлость! — Мерлин поднял обе руки и сделал мягкий, похлопывающий жест, призывающий «сбавить ход». — Я предупреждал вас, что это будет сложно. Я сомневаюсь, что у Их Величеств будут какие-либо проблемы, если вы сделаете именно это… в конце концов.
— В конце концов?! — Выражение лица Восточной Доли сменилось недоверием. — Лангхорн, сейджин! Вы только что сказали, что он в моём собственном штате! Вы понимаете, к какой информации у него есть доступ? Сколько вреда он может причинить?
— По этой причине — или, по крайней мере, по одной из причин — Их Величества послали меня обсудить это с вами. — Мерлин поморщился. — Дабы быть совершенно откровенным, Ваша Светлость, я думаю, что были некоторые опасения по поводу того, насколько хорошо вы смогли бы притворяться, если бы знали, что офицер, о котором идёт речь, был предателем. Я не решаюсь это сказать, но вы точно не… славитесь особой изощрённостью.
