свою работу и выполнял её хорошо. Не его вина, что ему достался такой беспринципный хозяин, как барон Сент-Моренн.
Комиссия появилась ближе к вечеру, я велела накрыть богатый стол, выделив самые лучшие комнаты. Заметив, как Эндрю кому-то кивнул головой, поняла, что его человек есть среди проверяющих.
После ужина гости с интересом прогулялись по площадке для отдыха, а затем перешли на поляну, где свободные от работы парни играли в городки. Постепенно туда подтянулись и деревенские. Зажглись фонари, наступило время сказок.
В свои комнаты члены комиссии возвращались, когда уже совсем стемнело. Вид у них был очень довольный. Марыся потом мне на кухне нашептала, что они успели пообщаться с шахтёрами, ненавязчиво заводя с ними разговоры.
Я порадовалась, что приехали настоящие профессионалы. Это давало надежду, что дело решиться в нашу пользу.
Утром, плотно позавтракав, все уехали в холмы, а потом и на шахты барона. Капрал и Эндрю отправились с ними. Весь день я была, словно на иголках, дожидаясь их возвращения.
Вернулись все ближе к ужину, ночевать не стали и сразу отправились в путь. Эндрю заверил меня, что так надо, чтобы поскорее принять решение. Простой работников никому не нужен. В комиссии были люди из Ремесленной гильдии, они с честью защищают права своих подопечных.
Снова потянулись дни ожидания. До принятия решения добывать уголь было запрещено. Простой работников действительно оказался очень накладным. Даже не платя денег за работу, мне нужно было накормить их и предоставить жильё.
Наконец, с очередным дилижансом я получила пухлый конверт. Эндрю тоже получил письмо.
Поднявшись в мой кабинет, мы вскрыли конверты.
Первый же документ, что я развернула, оказался штрафом за добычу и продажу угля без регистрации в Ремесленной гильдии. И да, моя регистрация в качестве хозяйки таверны, тут не подходила.
Сумма приличная. Помогла Эндрю, а сама попала на деньги!
Отложив этот листок в сторону, я принялась за изучение остальных документов. Когда закончила, стало ясно, что комиссия частично встала на нашу сторону. Дорога, что пролегала по моей территории, не являлась общественной, и только я решала, быть ей или нет.
Добычу угля мне разрешали, но после оформления всех нужных регистраций. Мне даже давали месяц отсрочки на оплату штрафа. Как я потом узнала, всё благодаря знакомым Эндрю, обычно к нарушителям закона не так лояльны.
Так же из письма следовало, что барон Сент-Моренн в праве и дальше добывать уголь, только как он будет доставлять его с приисков на продажу – решать ему. Тут был тонкий намёк на то, что нам с ним следует договариваться.
Про его новый шурф не было ни слова, но мы и так уже знали, что вход в него был в спешном порядке завален камнями, иначе бы барону не поздоровилось. Добыча угля на чужой территории – тут бы даже титул не помог!
Я, молча, подвинула письмо в сторону Эндрю. Он аккуратно свернул свою почту и положил на стол.
- Меня тут предупреждают, что барон подал жалобу о том, что мы работаем без регистрации в Ремесленной гильдии. Нужно ехать в город.
- Поздно, - я кивнула на бумаги, - там уже штраф пришёл.
Эндрю принялся изучать документы, а я задумалась. То, что нужно ехать в город, это и так понятно. Сколько денег осталось у меня в кассе? Хватит ли их на оплату лицензии? Хорошо хоть на штраф дали отсрочку, иначе я могла лишиться и земли и таверны. Вероятно, именно на это и рассчитывал барон, решив потом по-тихому выкупить арестованное имущество.
- Сумма слишком большая, - Эндрю как всегда запустил пальцы в отросшую шевелюру, - у меня осталось ещё несколько сделок с торговцами, но этого явно не хватит…
- Для начала нужно зарегистрироваться в гильдии, если мы успеем отправить хоть один обоз с углём, на штраф точно хватит.
- Я сейчас же поеду в городок, поговорю с торговцами. Нужно поспешить!
Эндрю решительно поднялся со стула, а я грустно подумала, что поспешить бы не мешало. Этот простой в край разорит меня. Я столько работаю, а прибыли как не было, так и нет. Всё утекает, как вода сквозь пальцы.
Эндрю уехал. Я ещё какое-то время сидела, бездумно пялясь на бумаги, потом поднялась, убрала документы в стол и спустилась в обеденный зал. Время ближе к полудню, народа совсем немного, Марыся отлично справляется. Работа таверны отлажена, так что я тут почти не нужна.
Вышла на улицу и сразу наткнулась на стоящую возле крыльца парочку. Чуть смущающаяся Арина протягивала капралу крынку с холодным квасом. Всё бы ничего, но в глазах Вешкова промелькнула…нежность!
Неужели каменное сердце вояки дало трещину?
Оба одинокие, истосковавшиеся по ласке, из них получиться отличная пара!
Настроение сразу поползло вверх. Главное, чтобы эти двое не упустили своё счастье. Надо бы почаще сводить их вместе.
Эндрю вернулся через день. Вид у него был очень довольный и немного воинственный. Деньги он добыл, это потом я узнала, что он, не взирая на упрёки Оливии, собрал по дому все более-менее приличные ковры и вывез их на продажу.
Вместе с деньгами он привёз и новости. Господина Нейро всё же отправили в лечебницу, его разговоры о ведьмах, говорящих котах и злых баронах всех в конец достали.
И мне было нисколечко не жалко, шарлатан и мошенник. Сколько людей мы уберегли от его обманов!
Эндрю прибыл не один, он прихватил свою коляску и старого дворецкого.
- Собирайся, если поедем сейчас – утром уже будем уже в городе, - велел жених. – Гордей едет с нами!
Эндрю успел выяснить, что его нужно зарегистрировать в качестве бригадира, ещё открыть отдельный счёт, куда будут поступать вырученные за уголь деньги, оформить на него доверенность на получение денег по чекам и много ещё всего.
К этому времени синяки Гордея стали немного проходить, но всё равно ещё его физиономия была раскрашена всеми цветами радуги – от чёрного, до синего, переходящего в желтизну.
Сломанные рёбра и рука по-прежнему доставляли ему массу неудобств, но
