«Старый» редактор Галина Николаевна Малинина работала со своими авторами, в основном географического направления. Коллега Дима Кузнецов редактировал книги о советских разведчиках и героях Отечественной войны. И мне приходилось редактировать и так называемые приключенческие произведения (Ю.Давыдова, например), и литературу о путешествиях — «Аку-Аку» Тура Хейердала, произведения чехов Ганзелки и Зикмунда об их путешествиях по Южной Америке. Но как-то само собой установилось, что заниматься фантастикой в редакции в основном буду я. Правда, когда появился НФ-роман А.Колпакова «Гриада», Малинина схватила его и никому не хотела отдавать. Книга вышла под ее редакцией, за что она жестоко поплатилась: сразу по выходе романа в свет, кажется, в «Комсомольской правде» автора уличили в неприкрытом плагиате — целые страницы А.Колпаков списывал у Г.Уэллса. Больше на работу с фантастикой Малинина не покушалась. А я всерьез занялась «охотой» на фантастических авторов.
На первых порах моим основным и любимым источником в этих поисках был самотек: мне все время казалось, что вот следующая рукопись окажется настоящим шедевром. За год я прочитывала не менее тысячи авторских листов, причем некоторые из них были исполнены от руки. И мне удалось раскопать среди них известных впоследствии авторов — А.Днепрова, например, или В.Григорьева.
Опять же в целях поиска писателей-фантастов я предложила издавать ежегодный сборник фантастики.
Иногда нам поставляли авторов главная редакция и дирекция. И, как правило, это бывали тяжелые случаи на производстве. Через В.Осипова проник к нам приснопамятный Студицкий с его «Разумом Вселенной». Прочитав рукопись, мы попробовали от нее отказаться — куда там! Написали редакционное заключение и вместе с Сергеем Георгиевичем отправились к Осипову. Он и слушать наших протестов не хотел — ЦК ВЛКСМ прислало писателя! И бедный Сергей Георгиевич взвалил на себя эту ношу. Роман вышел, в печати его разгромили за антинаучность и еще за многое. Позже таким же образом спускали к нам Овалова (автора пресловутого майора Пронина, но уже совсем исписавшегося к тому времени), Немцова… Их книги выходили под редакцией С.Жемайтиса — Сергей Георгиевич таким образом спасал нас, своих «девочек», от позора. И мы уже заранее знали: если рукопись «спустили» сверху, хорошего не жди.
Так однажды привел ко мне Владимир Таборко, заведующий редакцией прикладной литературы, в которой издавались книжечки космонавтов, генерала Берегового и его литзаписчика. Он предложил издать научно-фантастический роман знаменитого космонавта о десятой планете Солнечной системы. Сам Георгий Тимофеевич помалкивал, за него старался разговорчивый литзаписчик. Я его остановила, стала расспрашивать Берегового о его творческих замыслах, но внятного ответа не услышала. Тогда я стала убеждать космонавта не заниматься чуждым для него делом — литературной работой. Таборко пытался меня остановить, но, когда ему это не удалось, позвонил из другой комнаты заместителю главного редактора Инне Федоровне Авраменко. Та мгновенно отзвонила мне, обругала за «самодеятельность» и велела «прекратить это безобразие». Мы еще немного побеседовали с Георгием Тимофеевичем, и я его проводила, предложив все-таки внять моим советам. Однако несколько дней спустя Береговой появился у нас в сопровождении самой Авраменко. Сергей Георгиевич был вынужден подписать договор на это мифическое произведение. Роман, конечно же, написан не был, а для покрытия расходов в который-то раз переиздали автобиографию Берегового.
* * *
В 1959 году вышел первый молодогвардейский сборник научной фантастики «Дорога в сто парсеков». Составителем его был А.Варшавский, редактор журнала «Знание — сила». В сборник, кроме предложенных составителем произведений, вошли и рассказы из самотека. Авторы уже этого, первого альманаха составили ядро будущей фантастики «Молодой гвардии»: И.Ефремов был представлен в нем повестью «Сердце Змеи». Тут у меня случился «прокол». Повесть в сборник попала уже из журнала «Юность». По ходу чтения я делала на полях свои замечания, чисто стилевые — кое-что мне показалось слишком выспренним, где-то я меняла строение фразы и т. п. Написала Ивану Антоновичу очень вежливое письмо с просьбой рассмотреть мои поправки. Он уже побывал к тому времени у нас в редакции, чайку попил, мы все его полюбили и очень уважали за ум, демократичность и широту. Проходит несколько дней. Вдруг в комнату к нам входит явно чем-то расстроенный Жемайтис и, подозвав меня, тихо спрашивает: «Что это, Бела Григорьевна, вы такого написали Ефремову?». «Да ничего такого, — отвечаю я. — У меня были замечания по «Сердцу Змеи», я их ему и отправила». «Посмотрите, что он мне написал», — говорит мне Сергей Георгиевич и протягивает письмо. Я читаю возмущенные, почти оскорбительные слова в мой адрес и отказ как-либо менять повесть, потому что она уже напечатана в журнале, и вообще, кто такая эта Клюева, чтобы указывать ему. Меня просто убил грубый, почти базарный тон его письма — я никак не ожидала от такого большого человека, ученого и писателя столь мелких амбиций, обид.
Я села и написала ему другое письмо, где, не забыв упомянуть ни об одном из его достоинств, между строк повторила все свои замечания. Подписал письмо С.Жемайтис. В результате Иван Антонович принял все поправки, но работать с ним с тех пор стал только Сергей Георгиевич. Они составили и выпустили четырехтомное собрание сочинений И.Ефремова, опубликовали и «Час Быка». Когда этот роман издали, Иван Антонович пришел к Жемайтису и сказал: «Что же это мы с тобой наделали, Сергей? Ай, да сукины дети!». И действительно, эта вещь уже после смерти И.А.Ефремова сослужила недобрую службу вдове писателя. В ноябре 1972 года КГБ устроил обыск в квартире Ефремова, причем, как рассказывала Таисия Александровна, человек восемь искали золото с миноискателем, забрали на досмотр коллекцию камней, собранную Иваном Антоновичем в его многочисленных научных экспедициях, и чуть ли не распиливали камни в поисках неизвестно чего. Забрали и книги из его библиотеки, особенно на иностранных языках. Потом все вернули. Однако имя Ефремова на несколько лет вычеркнули из всех изданий, выбросили из сборника «Фантастика, 1972» посвященный ему некролог. Таисия Александровна, немного придя в себя после обыска, стала ходить в КГБ, добиваться ответа на вопрос «Почему и за что?». Ее вежливо принимали, но долгое время ничего не отвечали. Только спустя год, а может, и больше, она узнала, что на Ефремова донесли два писателя — имен их она нам не назвала. Увы, снова наступило время доносов!
Но вернемся в 1959 год. За «Сердцем Змеи» в «Ста парсеках» шли рассказы А.Днепрова, В.Журавлевой, А. и Б.Стругацких, В.Савченко, «стариков» В.Сапарина, Г.Гуревича. Я их перечитала сейчас — ничего, читаются, хотя и кажутся иногда наивными. Но написаны, черт возьми, хорошо! Вскоре появились авторские книги этих писателей: «Путь на Амальтею» АБС, «Открытие себя» В.Савченко, «Формула бессмертия» А.Днепрова, «Инфра Дракона» Г.Гуревича.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
