– Ты что? – удивленно спросил Клаудио.
– Нет, ничего, – ответил Родриго.
Он с нетерпением стал ждать, когда уйдет Клаудио, чтобы тут же разобраться с Котом. Но не успел уйти Клаудио, как снова раздался звонок. Встревоженная, расстроенная Маура бросилась ему навстречу. Что происходит? Ракель по-прежнему в Акапулько, хотя заниматься разводом она может и сидя в Гвадалахаре!.. Маура никак не могла успокоиться, – да еще Камила упрекает, что ее, Мауры, вмешательство в эту историю, может иметь для Антонио ужасные последствия.
Родриго, как всегда невозмутимый и спокойный, утешил Мауру несколькими фразами: все будет хорошо, Ракель уедет к себе, Антонио вернется к тебе, а Камила – просто глупая истеричка… Маура вздохнула с облегчением и попрощалась. Но Родриго лишился покоя из-за двух неприятных известий: слов Камилы «ужасные последствия для Антонио» и сообщения Клаудио о какой-то Мерседес, подкупленной Роберто Агирре. «Итак, начнем с Роберто Агирре», – подумал Родриго, снимая телефонную трубку.
– Алло! Роберто Агирре, пожалуйста… – и потом, совсем другим тоном. – Немедленно приезжай!
Кот не заставил себя ждать. Побледнев от злости, Родриго слушал его объяснения.
– Это неправда. Я оба раза приходил на встречу с сеньорой, но в первый раз там оказался один тип, который знал меня по «Ла-Игере», и мне пришлось уйти. А во второй она сама не пришла…
– Ты знаешь женщину по имени Мерседес Фернандес?
– Мерседес Фернандес? Да, она работала в «Ла-Игере». Но я ее уже давно не видел. Думаю, ее выгнали.
– И с тех пор ты ее не встречал? – Родриго пристально, в упор, смотрел на Кота.
– Нет.
– Так вот, эта женщина утверждает, что некий Роберто Агирре дал ей денег, чтобы она заявила в полицию, будто бы сестра Ракель Ломбарде сбила на машине ее брата.
Кот не на шутку испугался – он понял, что это дело всерьез беспокоит хозяина «Ла-Игере». А он меньше всего на свете хотел вызвать его недовольство.
– Я ничего об этом не знаю, клянусь вам, сеньор, – горячо запротестовал Кот.
– Ты уверен, что вы никогда больше не встречались? И ты не знаешь где она живет?
– Нет.
– Проваливай. Завтра я тебе позвоню.
– Да, сеньор, до свидания. – Кот поспешно вышел, тут же решив разыскать адрес этой Мерседес и узнать, в чем дело. А Родриго набрал номер телефона управляющего «Ла-Игере» и навел справки о Мерседес, с удивлением узнав, что тесть Антонио Ломбардо приходил когда-то жаловаться на Кота, который якобы обобрал его друга, а совсем недавно о Коте расспрашивал какой-то человек.
Родриго стиснул зубы так, что на скулах заиграли желваки. Судьба Кота была решена.
В доме Ломбардо царило необычное даже для этих сумбурных, тревожных дней, волнение.
Еще бы! Вернувшись от Максимилиано, Камила сообщила, что Ракель ждет ребенка.
Словно что-то ударило Викторию, и не зря. Камила, сделав презрительную гримасу, добавила, что, по словам Макса, ребенок от него. Виктория всплеснула руками:. ребенок Макса! Камила пыталась ее охладить, напомнив, что не стоит слишком доверяться Максу, скорее всего, это его очередная ложь. Но слезы уже навернулись на глаза Виктории: в любом случае, этот ребенок наш, – сказала она растроганно.
Как ни парадоксально, но этот неродившийся ребенок заставлял Антонио действовать с невероятной энергией и упрямством.
Встретив в гостиной Алехандру, он обратился к ней с той же просьбой, что и к Родриго: не давать денег Ракель. «Она очень слаба, – сказал он, – и, если за ней не будет должного ухода, это может быть опасно не только для ребенка, но и для ее жизни».
– Значит, ты хочешь, чтобы она вернулась? – спросила Алехандра.
– Да.
– Послушай, а из-за чего вы с ней поссорились? Не мог же Антонио рассказывать ей всю длинную историю их сложных отношений!
– Из-за того, что мыслим по-разному, – коротко ответил он.
– Зачем же ты хочешь, чтобы она вернулась? Только из-за ребенка? Если это так, Ракель не согласится.
– Ей придется согласиться, – твердо сказал Антонио. – Я хочу, чтобы она вернулась.
– Даже если этот ребенок и не от тебя? – насмешливо спросила Камила. – Потому что Макс утверждает, что ребенок от него.
Это было уже слишком! Антонио круто повернулся к Виктории.
– Где живет Макс? – требовательно переспросил Антонио.
– Я тебе этого не скажу, не скажу! – крикнула Виктория. – Это же глупо, чтобы из-за такой женщины, как она, от которой в этом доме одни несчастья, два брата стали врагами!
Ракель плохо спала эту ночь. Погружаясь в короткое забытье, она видела то Макса, протягивающего ей цветы – один из коротких эпизодов ее прошлой жизни, – то Антонио, обнимающего ее на палубе яхты… Проснувшись, Ракель твердо решила: она начнет новую жизнь, в которой не будет ни Макса, ни Антонио, ни его высокомерных родственников. Пусть они оставят ее наконец в покое. Она должна серьезно поговорить с Антонио, чтобы он разрешил ей уехать. Он запретил Родриго давать ей деньги, теперь, скорее всего, ей откажет и Алехандра. А она – без гроша в кармане.
Проведя в этих раздумьях чуть не весь день, Ракель к вечеру поехала в дом Ломбарде. Как всегда, гостиная была полна. Никто из обитателей этого дома не мог в эти дни усидеть в своей комнате: каждый час приносил новые известия.
Вот и теперь в самый разгар беседы в комнату вошла Ракель.
– Добрый вечер! – поздоровалась она со всеми. Виктория не могла скрыть своего удивления.
– Зачем ты пришла? – спросила она.
– Я просил ее прийти. Ракель снова будет жить здесь, – бросив взгляд на Викторию, ответил Антонио.
– Но она же виновата во всем, что с нами происходит! Ты не можешь заставить нас жить с ней под одной крышей. – Виктория говорила зло, резко. Антонио остановил ее.
– Не беспокойся. Завтра же я подыщу нам другой дом, а вы останетесь здесь, – сказал он.
Но Виктория была непреклонна.
– В этом нет необходимости. Я сама ухожу, – отрезала она.
В разговор вмешалась Ракель, до этого молча следившая за перепалкой.
– Подождите, сеньора. Я не собираюсь здесь оставаться. Я пришла кое-что выяснить у Антонио, потому что устала от его вмешательства в мою жизнь!
– Хорошо, Ракель, идем в кабинет, – пригласил ее Антонио.
– Нет, я хочу говорить в присутствии всех. Антонио снисходительно улыбнулся.
– Что ж, начинай.
– Я пришла сказать, – заговорила Ракель, – что хочу уехать. Я хотела уехать еще до того как Антонио узнал обо всем, но он мне не позволил.
– Ты отлично знаешь, почему я это сделал.
«Да, знала, – подумала про себя Ракель, – Или мне казалось, что знала». – Но, желая досадить Антонио, она сказала:
– Потому что хотел отомстить Максу. Антонио усмехнулся.
