и, возможно, это и есть модальность встречи в философии. Подчеркивая фундаментальное значение вопросов, заданных Деррида, мы хотели сказать об удовольствии от соприкосновения в сердце хиазмы»[658].
Деррида, интерес которого к творчеству Левинаса после первого большого исследования, которое он посвятил ему за десяток лет до этого, всегда только рос, стремится выделить в этой статье только то, что сближает их друг с другом. Он тотчас благодарит за нее:
Дорогой друг,
спасибо вам, от всего сердца (хиазмы). Позвольте мне сказать вам просто, что ваша доброта тронула меня – вы знаете… что мы живем вместе, я бы не сказал в одном и том же, но в странно родственном X, в загадочной близости. Когда все границы (культурные, исторические, философские, институциональные) стираются, когда все «деконструировано и опустошено» войной, это оставшееся сообщничество является – для меня – жизненно важным, последним признаком жизни[659][660].
Через несколько недель после этого специального номера L’Arc в издательстве Fayard выходит первая книга, полностью посвященная автору «О грамматологии». «Отступления» (Ecarts), задуманные Жаном Риста, содержат четыре эссе: «Бросок Д. и (есть) Иуда» (Le coup de D. e(s)t Judas) Люсетт Фина, «„Unheimlich“ философ» Сары Кофман, «Двойная стратегия» Роже Лапорта и «Примечание на полях текущего текста» Жана-Мишеля Рея. Жан-Ноэль Вюарне, который поначалу тоже намеревался участвовать в этом проекте, потом отказался по причинам, как можно догадаться, скорее личным, чем теоретическим.
Это произведение, во многом сложное и подчас слишком уж подражательное, способствует, однако, укреплению статуса Деррида. Автор «Полей философии», пусть и отстраненный от авансцены, стал, однако, чем-то обязательным. И прямым следствием этого является критика, которой он недавно подвергся.
Глава 8
Glas. 1973–1975
Glas во всей своей формальной сложности возник не на пустом месте. Текст Жана Жене о Рембрандте, опубликованный в Tel Quel в 1967 году («То, что осталось от одного Рембрандта, порезанного на правильные квадратики и спущенного в унитаз»), также был разделен на две неравные колонки, и в точно такой же форме был написан «Тимпан», первый текст из «Полей философии». Но главное, что непосредственно перед тем, как углубиться в Glas, Деррида начал писать другую книгу в две колонки – «Исчисление языков», посвященную Кондильяку. Незавершенная рукопись хранится в IMEC, в ней 78 страниц, отпечатанных на машинке: очевидно, что страницы были пропущены через машинку два раза с использованием двух разных настроек. Время от времени каждый из текстов прерывается несколькими пустыми строками, что позволяет Деррида управлять перекличками между двумя колонками, несмотря на то, что средства у него были довольно кустарные. После определенного момента во второй колонке вопрос об искусстве письма у Кондильяка уступает место комментарию текста Фрейда «По ту сторону принципа удовольствия», к которому Деррида будет не раз возвращаться и в «Почтовой открытке». В остальном же «Исчисление языков» – скорее научный текст, мало схожий с типографическим и стилистическим буйством Glas.
Рукопись этой во всех отношениях исключительной книги, к сожалению, найти невозможно: ее следов не осталось ни в Ирвайне, ни в IMEC, ни, похоже, в издательстве Galilée. Однако Деррида несколько раз рассказывал о том, как появился Glas. Важные детали обнаруживаются прежде всего в его переписке с Роже Лапортом, одним из его главных корреспондентов того времени. Лапорт, который был назначен преподавателем в Монпелье в 1971 году, поначалу чувствовал там себя очень одиноко, но вскоре завязал отношения с Бруно Руа, руководителем издательства Fata Morgana. Это небольшое издательство, желающее работать, «выполняя высочайшие профессиональные стандарты и одновременно литературные требования», уже опубликовало небольшие тексты Фуко, Делеза и Левинаса, а также работу Бланшо «Безумие дня». Поначалу Деррида считает, что именно в этом издательстве надо будет выпустить весьма специфическую работу, которую он задумал. В апреле 1973 года в письме Роже Лапорту он впервые упоминает о проекте книги в две колонки, которая была бы посвящена творчеству Жене. Он думает, что это будет книга не более чем на 70–100 страниц с «довольно сложным типографическим оформлением», которая, следовательно, идеально подойдет для Fata Morgana. Несмотря на привычную перегрузку, обусловленную подготовкой студентов к агрегации, Деррида 30 июня сообщает, что регулярно работает над текстом и что Кондильяк пока «отложен в сторону»[661].
Именно летом, сначала в Расса, а потом и в Ницце, Деррида пишет основную часть работы в своего рода лихорадке и не имея никаких иных инструментов, кроме своей небольшой механической печатной машинки. Очень скоро он начинает понимать, что Glas приобретает форму и структуру, которые непременно приведут к проблемам в производстве и издании. Но чем больше он углубляется в этот проект, тем больше у него создается «впечатление (суеверное, тревожное, невротическое – которое и составляет в каком-то смысле истинный предмет этой книги), что это последняя вещь, которую [он] пишет, но также и первая книга (составленная и спроектированная в качестве таковой)»[662].
В одном из выпусков передачи Le bon plaisir на радио France-Culture он расскажет, что сначала составил текст о Гегеле, который стал результатом его семинара 1971–1972 годов по «семье Гегеля», «удерживая в то же время в памяти, если можно так сказать, или в проекте» текст, посвященный Жене:
Две эти большие ленты сосуществовали друг с другом в моей памяти, когда я их писал, и только потом, постфактум, я просчитал, где вставить дверные глазки на теле двух колонок. Но, говоря конкретно, все это делалось совершенно кустарным способом, для чего потребовалось много раз все переписывать, пересобирать, склеивать, работая по рукописи и по странице с ножницами, в общем, в конечном счете, очень кустарно. Но кустарность эта в каком-то смысле подражала идеальной машине, которую я хотел бы построить, чтобы сразу написать эту вещь[663].
Проходят недели, текст «страшно разрастается», и Деррида понимает, что его завершение и публикация потребуют решения многочисленных проблем. Отрывок из Glas публикуется в сентябре 1973 года в посвященном ему номере журнала L’Arc, но Деррида недоволен: публикация «противоречит всем его пожеланиям», особенно потому, что в ней был просто воспроизведен кусок из части о Жене, так что строение работы в целом осталось совершенно неясным[664].
С началом учебного года и возобновлением деятельности Деррида, связанной с его многочисленными обязанностями, процесс письма замедляется. Но он все же надеется закончить текст на рождественских каникулах. Из-за размера, до которого разросся Glas, идея издать его в Fata Morgana теряет смысл: издательство Бруно Руа специализируется на небольших книгах и не сможет взяться за проект, столь
