не правы.
Ни один из сыновей императора Лейнарда не заинтересован в политике и управлении государством, но им приходиться время от времени принимать в этом участие из-под палки и под уговорами своих жадных до власти и соревнующихся друг с другом за статус будущей вдовствующей императрицы матерей.
Но эти дураки не имеют ни таланта, ни стремления, не желают прилагать усилий, спихивают все на слуг и подчиненных. Так есть ли смысл сажать кого-либо из них на трон? Но и ей его не видать. Даже родная мать использует Кариту чтобы проложить дорогу своему любимому сыночку. А отец, передавший ей в руки часть государственных дел, вовсе не думает менять порядок престолонаследия и позволить способной дочери, которой небезразлична судьба империи, стать наследницей.
Карита встретилась взглядом с девушкой, которую ее кузен недавно взял в жены. Это былая молодая, благородная мисс, чья красота сияла словно бриллиант. Большие проницательные сиреневые глаза, обрамленные длинными пушистыми ресницами, светлая кожа, идеальные черты лица. Но эта девушка нечто большее, чем красивая кукла. Первое впечатление принцессы Кариты развеялось после того случая с состязанием живописи во время приветственного банкета. Далеко не простушка. И от этого ее кузен Аррон становился для нее еще непредсказуемей. И от этого опасней.
Что предпримет генерал? Чего он хочет? Позицию кронпринца? Примет ли он этот титул, если император преподнесет его ему на блюдечке? А если нет, то кого из братьев подержит Аррон? Эти вопросы давно не давали покоя единственной принцессе Ассанты.
— Конечно, у меня много обязанностей. Но я благодарна богам за эту возможность разделить бремя управлением нашей великой империей и облегчить ношу отца, — Карита бросила многозначительный взгляд в сторону Мэйрилин.
— Принцесса Мэйрилин…Ах, нет, мы же теперь семья, могу я обращаться к вам неформально? — спросила ее высочество Карита, и, не дожидаясь ответа продолжила. — Погода сегодня чудесная. Внезапно мне тоже захотелось размяться. Давненько я не брала в руки лук. Ты же не против, если я присоединюсь к тебе во время охоты, Мэй?
На красивом лице принцессы расцвела дружелюбная улыбка. Но в глубине ее светло-голубых, таких же как у Элинор и ее матери, свекрови Мэй, можно было разглядеть настороженность и вызов. Мол, ты начала эту игру, но сможешь ли продолжить, если я повышу ставки?
— Карита! — недовольно воскликнула императрица Рандая, не одобряя решение дочери.
Принцесса встретилась взглядом с матерью. Она уже давно перестала ждать от нее хоть какой-то поддержки. Ее волновал только статус и то, как она выглядит в глазах других. А, и благополучие любимого ребенка — принца Ригара.
— Это мое решение, — отрезала холодно и властно Карита. — Твой ответ, Мэй?
— Конечно, Карита. Я буду рада, — Мэйрилин кивнула, не замечая напряжения между матерью и дочерью, и кинула в свою чашку кубик сахара. Как она и думала. В чашке образовался едва заметный осадок. Это явно не простой чай.
Девушка понесла чашку ко рту, следя за лицами присутствующих гостей. Злоумышленник непременно выдаст себя. Ну, давай же.
В глазах Сарулы можно было прочесть облегчение и удовлетворение. Попалась! Мэй вдохнула запах горячего напитка и пригубила чашку. Она сделала один крохотный глоток, не спеша перекатив содержимое во рту языком. Это не яд. Но против подобного средства у Мэйрилин иммунитета нет. Потому что он направлен не на то, чтобы отнять ее жизнь. Кажется, эта женщина не горит желанием понянчить правнуков.
Мэйрилин опустила чашку на стол, прямо встречаясь взором с глазами вдовствующей императрицы. Пожилая женщина недовольно скривила губы, как смеет эта пигалица смотреть так открыто на нее! Ту, что выше по статусу и по возрасту. С каждой минутой сожаление Сарулы о том, что она не смогла предотвратить эту свадьбу возрастало. А жена ее любимого внука, не отрывая взгляд своих проклятых аметистовых глаз, приподняла уголки губ. Словно она знала, о чем думала женщина, словно она поняла, что та сделала…Нет, не может быть…
Вдовствующая императрица невольно вздрогнула, хотя погода в этот летний августовский безоблачный день была еще очень теплой. Откуда это нехорошее предчувствие? Сарула отвела взгляд. Ей показалось, что окружающая Мэйрилин аура стала тяжелее, давя своей силой так, что хотелось упасть на колени и молить о пощаде. Нет, все же ей показалось…
Остаток чаепития Мэй не говорила, если тема разговора ее не касалась, и присутствующие леди к ней напрямую не обращались. Карита продолжала бросать в ее сторону свои задумчивые взгляды. Императрица помалкивала, и никто не догадывался, что сказанные ранее Мэйрилин слова о ее дочери заставили Рандаю о многом задуматься и кто знал, куда потом приведут эти мысли.
Мэй сделала свой выбор. Ассанта была домом Аррона и его семьи. Их семьи. Нельзя жить только настоящим, не заботясь о будущем. Меняется правитель, меняется и настроение на политической арене всего Континента. Сегодня Аррон великий генерал, но одно слово императора, и он гонимый предатель, враг народа.
Похожее Мэй уже испытала в Шаринварде, где Бадивир опасается влияния ее рода Тилер, возглавляющего армию, но и старается не делать опрометчивых поступков, иначе страна, ослабленная внутренней борьбой за власть и потерявшая хрупкое равновесие, может стать легкой добычей для других. История знала подобные уроки прошлого.
Поэтому нужно обезопасить себя. Аррон не сможет избежать этой участи, как бы он не отпирался, ему придется выбрать, на чьей он стороне, иначе за него это решат другие, и это решение может не принести своих плодов. Из всех возможных наследников среди детей императора, а Мэй ни на секунду не верила в то, что император Лейнард может признать Аррона своим преемником — это весьма хитрая уловка чтобы провести между всеми его детьми грань и разделить, где правящий род Сантор, а где род Астигар, не имеющий легального права на престол — Карита больше всего импонировала.
Сыновья императора не представляли из себя особой ценности. Вероятно, что после восхождения на трон они будут марионетками в руках своих матерей и их семейных родов. Все они имеют поддержку, но первая и единственная дочь, чье правление считается невозможным, имеет способности, но не силу. Так почему бы Мэй не стать это силой? Даже без помощи Аррона она способна оказать принцессе нужную поддержку.
В будущем, если генерал примет ее точку зрения, то они смогут перетянуть эту чашу весов и изменить полярность власти.
Но это запасной план. Пока что Мэй хотела получше узнать всадницу, на упрямую, погоняемую амбициями и упорством лошадку которой она хотела поставить. Это может сработать, а может и нет. Но как ни крути, а будущее наступит,
