меньше десятка мужчин в рабочих комбинезонах. Низенький плешивый мужичок в костюме стоял чуть впереди. Он-то как раз и принимал на себя всю ярость Мрамора.
Всё действие происходило около автомастерской, о чем свидетельствовала надувная фигура гейши у дороги, заманивающая проезжающих мимо автомобилистов под сень оранжевой крыши с изображением автомобильной покрышки и здоровенного гаечного ключа.
Да, на фон наложили веселеньку музычку из шоу «Бенни Хилла», ускорили процесс, отчего Мрамор начал клоунски махать руками перед лицом плешивого мужичка. Слов слышно не было, только музыка и «веселый» наезд мототаксиста. Мужчина в костюме с легкой улыбкой смотрел прямо в глаза Мрамора. Очевидно, что он знал про съемку и красовался на камеру. Играл в самурая.
В конце видео Мрамор замахнулся и тут плешивый испугался по-настоящему. Похоже, что он не верил, что мототаксист ударит его. По всей видимости, мой запрет на реакцию стал известен многим. Этим самым запретом и воспользовался мужчина в костюме. Только после взмаха Мрамора он не продолжил стоять воинственным сусликом, а согнулся, прикрывая голову от удара.
Вся напускная бравада слетела в тот же миг. Мужчины в комбинезонах сделали шаг вперед, приближаясь к бывшим босодзоку. Мрамор оглядел их, а после с презрением сплюнул под ноги плешивого и отвернулся.
После его команды мототаксисты сели на байки. Тут зазвучали фанфары, а мужчины в комбинезонах и плешивый в костюме вскинули победно руки. На этом ролик закончился.
Появилась надпись: «Мототаксистам отказали в обслуживании! Храбрый Томизоку-сан не пустил мототаксистов в свой автосервис! Работники его поддержали! Стальные люди! Катаны бы делать из таких людей — не было бы крепче этих катан! Другие владельцы автосервисов — присоединяйтесь!»
— Мда, о чем я и говорил — началась атака на наши активы, — вздохнул я. — Плохо то, что Мрамор первым попал на такой скандал.
— Да, до этого в сети гуляли ролики только с вежливыми мототаксистами, которые сами снимали видео на свои экшн-камеры. А это… — покачала головой Шакко.
На горизонте показался Малыш, он обвел взглядом стадион и, найдя нашу тройку, направил свои стопы в нужном направлении.
— Но если там случилось что-то серьезное? Не будет же Мрамор на пустом месте раздувать скандал? — спросила Кацуми.
— Да уж… Если сам лидер босодзоку не выдержал, то там должны были сделать что-то более существенное, чем просто отказать в обслуживании. Вон Малыш мчится. Явно с вестями. Салют! Чего у тебя? — спросил я у подскочившего здоровяка.
Малыш выдохнул и бухнулся рядом. Под его весом коричневая скамейка едва не сломалась. Он попробовал было прислониться к плечу Шакко, но та тактично отодвинулась. Даже прогиб скамейки не помог скатиться обратно.
— Приятного аппетита, — пожелал Малыш. — Я тут посижу, посмотрю, что люди едят. Поглотаю слюни, да понюхаю ароматы еды…
— Не прибедняйся! — одернул его и хмыкнул. — Мэдока нам всем одинаковые бэнто выдала утром. Или отдал его Шакко?
— Да это я ему отдала треть! — возмутилась Шакко. — Вот же проглот! Ещё и сейчас клянчит!
— Чего вы? Чего вы? Я же шучу, — сразу же поднял руки Малыш. — У меня просто растущий организм — сил для игр и роста нужно ой как много… Вот если бы ещё взял одну креветку, то…
— Малыш Джо, я тебя сейчас ударю! — прикрикнула Шакко. — Не наглей.
— Шакко-тян, слушаю и повинуюсь. Конечно, я бы не отказался от маленького кусочка рисового пирога, но если ты против того, чтобы растущий организм потреблял достаточно углеводов…
Шлеп!
Малыш всё-таки выхватил затрещину. Он втянул голову в плечи, как это недавно сделал мужчина на видео, но Шакко больше не стала пытаться поставить мозги молодого «чумадана» на место.
— Бедняга, ещё одна жертва любви, — прокомментировала Кацуми.
— Ещё одна? — тут же подхватил Малыш. — Кацуми-тян, ты тоже бьешь Изаму?
— Ещё как колочу, — ухмыльнулась подруга и потерлась о моё плечо щекой. — Но с каждым разом получается всё хуже — он наращивает силу и скорость невероятными темпами. Вскоре станет мастером и тогда, чувствую, оторвется на мне за все удары и щипки.
Я покачал головой и погладил Кацуми по волосам. Она улыбнулась в ответ. Я же перевел взгляд на Малыша:
— Друг мой вечноголодный, ты всё равно не разжалобишь наши черствые сердца и не получишь ни кусочка. Давай, колись — зачем так торопился к нам? Нам вроде бы ничего не угрожает. Даже Минори со своими прихлебателями кроме взглядов ничего в нас не бросают. Ты что-то знаешь про Мрамора?
— Да! — хлопнул Малыш себя по лбу, отчего получился звонкий звук. — Точно! Я же созванивался с Мрамором…
— И что? — поторопил его я, когда Малыш замолчал. — Что он тебе сказал? Да не тяни кота за хвост!
— Белого с черным пятном на глазу? — хитро сощурился здоровяк. — Ладно-ладно, перестаю болтать. Я в самом деле созванивался с Мрамором. Он сказал, что четверо автосервисов отказались работать с нами, а вот с этим… Гад Томизоку взял на складирование кучу деталей от байков, а теперь заявляет, что знать ничего не знает. То есть хочет просто опрокинуть Мрамора и остальных. А туда вложено немало бабок. Понятно, что Мрамор вышел из себя…
— Но не ударил, — заметил я.
— Не ударил, — кивнул Малыш. — Не сорвался. Похоже, что твоя демонстрация сработала.
— Ещё бы она не сработала, — хмыкнула Шакко. — Я сама тогда едва не обделалась, когда Мрамор сбил банку с головы Изаму. Думала, что босс заменил патроны на холостые.
Я взглянул на хитрую улыбку Шакко. Неужели догадалась?
— Ладно, после пар заедем к этому самому Томизоку. Посмотрим, что и как там… — я снова взглянул в сторону сидящих напротив Минори и других. — Эх, похоже, что начали обкладывать со всех сторон…
Минори как будто почувствовал мой взгляд — обернулся и приветливо помахал рукой. Ну, как помахал — с оттопыренным средним пальцем, торчащим из кулака. Я показал ему два, мои друзья сделали тоже самое. Прихлебатели Минори не остались в стороне, и мы застыли в живописной позе, демонстрируя друг другу средние пальцы через поле стадиона.
Да, выглядели очень глупо. Поэтому вскоре раздались смешки. Другие курсанты знали о нашей вражде и даже ставили ставки на исход грядущей битвы. Насколько я был осведомлен — в основном ставки делались против
