— Садитесь и ждите меня, — приказал я своим товарищам и пустился бежать. Куда? Да, разумеется, туда, где следует искать беглеца, — к лагерю кайова, в прерию! Чтобы хоть ненадолго задержать его, заставить притаиться, я крикнул:
— Стой, стрелять буду! — и дважды выстрелил из револьвера.
Поскольку мы и так были обнаружены, я мог позволить себе эти выстрелы. Надеясь, что беглец из осторожности углубится в лес и, следовательно, сбавит темп, я выскочил на опушку, собираясь перехватить его у выхода из долины. Другой дороги у Сантэра не было.
Мой план был хорош, но выполнить его я не сумел. Я уже выскочил было из зарослей кустарника, как вдруг прямо перед собой увидел людей с лошадьми, да так близко, что едва успел отпрянуть назад и спрятаться за деревьями.
У самого выхода из долины стояли лагерем кайова. Они сначала остановились в открытой прерии и послали одного воина, но не в разведку, как подумали мы, а на поиски Сантэра, потому что Сантэр прибыл сюда раньше и успел пробраться в горы до того, как Виннету выставил наблюдателя. Негодяй решил все сам разузнать и потом сообщить индейцам, где нас искать. Кайова пришли на условленное место, а он все не появлялся. Тогда они послали по его следам разведчика, который обследовал окрестности и, не обнаружив нас, поспешил с этой вестью обратно к своим. А поскольку в открытой прерии ночевать опасно, кайова перебрались поближе к горам. Сантэр должен был выйти прямо на них.
Теперь мне стало ясно, что ни сегодня, ни завтра нам их не схватить, потому что коварный Сантэр разгадал все наши планы. Что же теперь делать? Вернуться назад и надеяться, что кайова тем не менее угодят в засаду? Или лучше вернуться к Виннету, сообщить, что обстановка изменилась, посоветоваться?
Правда, был еще третий выход, самый рискованный: остаться здесь и разузнать, что решат кайова, услышав доклад Сантэра. Тот обязательно расскажет им о встрече со мной, а это очень опасно. Однако маленький шанс на успех имелся: я надеялся на темноту, так как, соблюдая меры предосторожности, кайова костров не развели. И я решил подслушать их, притаившись за огромными валунами, заросшими мхом и папоротником.
Одни индейцы привязывали лошадей, чтобы животные не выдали их и не разбежались по прерии, другие сидели или лежали на опушке леса. Сообразив, где может находиться вождь, я в кромешной тьме пополз в этом направлении, ничуть не опасаясь, что кайова обнаружат меня, так как нападения со стороны валунов они явно не ожидали. Благополучно добравшись до цели, я взобрался на один из камней и распластался на нем. Ни одному индейцу не пришло бы в голову искать меня здесь, на высоте двух метров.
Привязав лошадей, индейцы легли отдыхать. Я услышал несколько отданных вполголоса приказов — значит, я верно определил местонахождение вождя, однако не понял, что он сказал, так как в то время еще не знал язык кайова. По всей вероятности, он распорядился насчет караула, потому что несколько воинов поднялись и стали на страже у входа в долину, оставив без присмотра лес, чему я очень порадовался, поскольку намеревался отходить именно лесом.
Кайова тихо разговаривали, я слышал каждое слово, однако ничего не понимал. А мне так нужно было знать содержание их разговоров! Впоследствии, во время моих скитаний, мне постоянно приходилось ходить в разведку к самым различным племенам индейцев, да и не только к ним, и то, что я узнавал от них, не раз помогало и даже спасало мне жизнь.
Читатель не представляет, какое это трудное и опасное дело — разведка. Она требует не только отличной физической подготовки, но и выдержки, смекалки и знания обычаев. И нечего соваться к индейцам или арабам, курдам или суданцам, не зная их языка. В таких обстоятельствах, вопреки пословице, лучше один раз услышать, чем сто раз увидеть. Поэтому я всегда стремился овладеть языком тех людей, с которыми сводила меня судьба. Виннету знал шестнадцать диалектов, и я вскоре тоже выучил их. Позже я никогда не подходил к лагерю неприятеля, не зная его языка.
Минут десять я пролежал на камне, как вдруг послышались выкрики караульных, и наконец я услышал долгожданный ответ:
— Это я, Сантэр. Вы уже здесь?
— Да.
Сантэр разговаривал с индейцами на англо-индейском жаргоне, поэтому я все понял.
— Мой брат пробыл там слишком долго. Надеюсь, его задержали серьезные причины? — спросил Сантэра вождь, когда тот подошел к нему.
— Намного серьезнее, чем вы думаете. Вы здесь давно?
— То время, которое белые называют половиной часа.
— А где мой конь?
— Мы след в след ехали за тобой и, проезжая мимо того места, где ты его привязал, забрали его.
— Но я говорил вам, чтобы вы оставались в прерии! Здесь опасно!
— Здесь удобнее было разбить лагерь, к тому же мы ждали, что ты быстро вернешься. Разве нам угрожает опасность?
— Да, и очень большая, именно поэтому я задержался, но зато очень много разузнал. Олд Шеттерхэнд находится здесь!
— Я так и думал. Мой брат его встретил?
— Да.
— Тогда мы схватим его и отведем к нашему вождю, которому он раздробил колени. Его ждет столб пыток. Где он?
Я понял, что кайова и не собирались заманивать нас в свое селение, а были уверены, что мы вернемся к Виннету!
— Вы вряд ли его поймаете, — отвечал Сантэр.
— Поймаем, у этих собак только тридцать воинов против наших пятидесяти. Кроме того, им неизвестно, что мы тут. Мы застанем их врасплох.
— Ты сильно заблуждаешься. Они ждут нас и, возможно, уже знают о нашем прибытии, иначе бы выслали разведчиков.
— Уфф! Разведчиков?
— Да.
— То есть наше нападение не будет неожиданным?
— Конечно же, нет!
— Тогда прольется большая кровь. Только против Виннету и Олд Шеттерхэнда надо выставить по десять воинов.
— Верно. Смерть Инчу-Чуны и Ншо-Чи привела их в такую ярость, что они кипят от жажды мести и будут драться, как разъяренные хищники. Но нам надо во что бы то ни стало схватить их, хотя бы Виннету!
— Почему именно его?
— Только он знает, где лежат наггиты.
— Он не покажет их никому.
— Даже если попадет в наши руки?
— Даже в этом случае.
— Тогда я буду пытать его, пока не вытяну из него тайну золота.
— Он будет молчать, пытки ему не страшны. А раз он знает, что мы близко, то постарается скрыться.
— О! Я знаю, что нам надо делать, чтобы взять его в плен!
— Если знаешь, говори!
— Их надо заманить в ту самую ловушку, которую они приготовили для нас.
— Ловушка для нас? Какая ловушка?
— Они решили заманить нас в узкое ущелье и без боя взять всех в плен.
— Уфф! Мой брат Сантэр сам слышал это?
