Некоторое время они ехали молча, как старые друзья. Потом вернулась Дония. Она галопом скакала по гребню холма прямо к ним. Ее вьючная лошадь немного приотстала. Ветер доносил запах пота. Глаза Донии горели зеленым огнем на застывшем бледном лице.
«Что-то случилось», — подумал Джоссерек. По коже пробежал мороз. Крона оставалась безразличной.
— Там бродяги! — выкрикнула Дония. — Их с дюжину или больше! Похоже, они увидели меня раньше, чем я их. Когда я их заметила, они уже неслись ко мне.
Крона посмотрела по сторонам. Взгляд ее скользил по пустынной местности.
— Нам даже негде укрыться, — сказала она. — Мы у них в руках.
— Скорее я воткну в себя нож, чем сдамся им! Попробуем взять на север. Уже недалеко территория Зелевея. Мы поищем помощи там или, хотя бы доскачем до вспаханной земли — на пахоте им труднее будет преследовать нас. Это лучше, чем петлять по фераньянской пустоши. — Дония расхохоталась. — Если уж нам удается обгонять диких кошек, то нам удастся отделаться и от этих бандюг. Их кони тощие и заморенные, но у каждого по три-четыре запасных. Вперед!
Она пустила лошадь быстрой рысью. Животные выдерживали большие перегоны, если менять аллюр. Сейчас им предстоял путь в несколько миль. Джоссерек скакал рядом с Донией. Перекрикивая свист ветра, грохот копыт, храп лошадей, он спросил ее:
— Чем эти бродяги опасны?
— Они из тех, кто не может ужиться со своим народом и начинает за ним охотиться, — мрачно ответила Дония. — Они прячутся на заброшенных пустошах, устраивают засады, нападают на путников. Нас преследуют женщины. И горе тому, кто попадется им в лапы. — Она прикусила губу. — Однажды мы нашли девочку, которую они поймали. Перед смертью она рассказала о том, что с ней делали. Мы собрали отряд и хотели покончить с ними, но они рассыпались по равнине, и нам удалось поймать только троих. Мы приколотили их гвоздями к деревьям и так оставили. Может быть, поэтому они больше не совались в Гервар.
Он вспомнил, что слышал об этом в лагере. Последовавшие за тем разговором события вытеснили это у него из головы.
— Если ты знала, что в этом районе орудуют бродяги… — начал он.
— Было маловероятно, что они на нас нападут, — отрезала она. — Это просто невезенье. А теперь — вперед!
Появились бандиты. Они скакали нестройной группой. До них было мили полторы, и криков еще не было слышно.
«Двенадцать, — подсчитал Джоссерек. — И много запасных лошадей. После того, как наши кони устанут, нам от них не уйти. Но нас трое. Неужели мы не сможем ничего сделать? Черт бы побрал эту голую равнину! Если бы нам удалось найти укрытие, мы могли бы расстрелять их из луков или в узком месте уничтожить по одной или по двое. Но место, как назло, совершенно открытое…»
Баромьянским воинам Сидира такая западня нипочем. Хорошо вооруженные, одетые в доспехи, тренированные, они разобьют банду и скормят бродяг псам. И потом продолжат свой путь и очистят землю от им подобных. А эти рогавикьянцы не могут собрать один полицейский отряд! Возмущение от того, что он может погибнуть так нелепо, горькой желчью разлилось во рту. Это общество — одна из ошибок истории. Оно должно исчезнуть в результате естественного отбора.
— Йоу, хо-оо, ррра-оу! — раздалось где-то впереди.
Двое огибали слева холм, который лежал на пути у Джоссерека. Они ехали на косматых мустангах, сменных лошадей с ними не было. Эти двое совершили бросок наперерез.
Дония выхватила стрелу, натянула лук и выстрелила. Тетива зазвенела. Стрела метнулась в сторону бродяг, но не достигла цели. Всадница уклонилась, соскользнув с седла и повиснув на одной ноге. Потом она снова выпрямилась и рассмеялась резко и грубо.
Ее напарница подъезжала все ближе. У нее был лук, а первая вооружена пикой. Волосы у обеих были настолько спутаны и так грязны, что Джоссерек не мог разобрать, белые они или просто русые. Копоть, засохшая кровь и жир покрывали кожу. Груди передней всадницы болтались при скачке, ребра на ее боках, казалось, можно было сосчитать без особого труда. На одной были кожаные брюки с ножами за поясом, за плечами второй всадницы развевался плащ.
— Йе-йа-ах! — закричала она и пустила стрелу, целясь в лошадь.
Стрела попала в цель. Запасная лошадь захрипела и упала.
«Эта пара дьяволиц уложит нас здесь отдыхать», — подумал Джоссерек. Он натянул поводья и вонзил каблуки в брюхо лошади. Та встала на дыбы. Он бросился в атаку.
— Идиот!.. — услышал он крик Донии.
Все громче раздавались насмешки фурии. Ее глаза горели над впалыми щеками белым огнем, разинутый рот брызгал слюной.
— Эй, иди, иди сюда! Смелее. Быстро мы тебя не убьем. Мы пришпилим тебя копьями к земле и поиграем… кастрируем тебя, годится?… Йо-йе!
Лошадь у нее была норовистая, и он никак не мог заставить свою приблизиться к ней.
Кружа вокруг нее, он заметил, что к ним мчится Дония. За ней скакала Крона, пытаясь справиться с забеспокоившейся запасной лошадью. А предводительница разбойниц все сокращала расстояние.
— Джоссерек! — звала Дония. — Вернись! Помоги Кроне! Здесь от тебя нет никакой пользы.
Она обогнала его, круто остановила лошадь и бросив злобный взгляд на разбойницу, с насмешкой спросила:
— А со мной ты не хочешь поиграть, свинья?
Лучница взвизгнула, развернула лошадь и помчалась прочь. Ее напарница последовала за ней.
«Они изуродовали бы меня. Просто так, ради спортивного интереса, — понял Джоссерек, после того, как все это услышал. — А женщин они не станут убивать сразу. Но все равно убьют. — Он был уже склонен не подчиниться Донии. — Я должен… нет. Она знает, что делает. Может быть, просто хочет быстро и легко умереть.»
Он вернулся. Раненая лошадь все еще пыталась вырваться и убежать, она рвалась и Кроне никак не удавалось с ней справиться. Джоссерек изо всех сил схватился за уздечку. Через минуту Кроне удалось утихомирить лошадь.
Рана была неопасной, но нужно было срочно принимать меры. Они снова пустили лошадей рысью. Расстояние между ними и преследователями сократилось вдвое. Мысленно Джоссерек был рядом с Донией.
Она неслась по пустоши. Те двое сквернословили и насмехались позади нее. Впереди маячил высокий куст бузины. Дония мгновенно развернулась перед ним. Вот когда пригодились долгие часы тренировок! А две сумасшедших бабы не смогли так быстро остановиться и проскочили вперед справа и слева от куста. Дония пустила лошадь вслед за ними, управляя коленями. В обоих руках сверкнуло по ножу.
Один вонзился в спину лучницы, распоров тело снизу вверх, другой угодил в бок ее напарницы между грудной клеткой и бедренной костью. Обе рухнули на землю. Лучница неподвижно лежала в траве, другая, воя и харкая алой кровью повалилась в колючий кустарник.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
