– Ты – неотразима!
Карла оторвалась от телевизора, повела бровью и снова прилипла к экрану.
– Все-таки почему Джейси решила объяснить мои проблемы тебе? – не унимался Дуэйн. – Она не видела меня тридцать лет. Ты лицезреешь меня каждый день в течение двадцати двух лет. Почему бы тебе не объяснить ей все мои проблемы?
– Дуэйн, она жила в Европе. Не будь нервным. Еще час назад Джейси обвинила его в том же.
– Да, я нервный. И ничего не могу с этим поделать, так как не знаю, что происходит. Она говорит, что собирается взять тебя с близнецами в Европу. А может быть, и Дики. Я никак не пойму, что происходит.
– Нелли тоже хочет ехать.
– А почему бы и мне не поехать? Я никогда не был в Европе. Может быть, мне тоже хочется!
– И бросишь свою скважину, когда, наконец, наткнулся на ее? – с любопытством спросила Карла.
Довод Карлы был более чем убедителен. Он не хотел бросать свою Миссисипи. Он хотел пробурить вторую скважину. Не желая сдаваться, Дуэйн решил проигнорировать вопрос жены.
– Если для понимания житейских проблем надо жить в Европе, я готов туда отправиться. Я ничего не понимаю. Здесь все помешались. Каждый готов убежать без колебаний. Достаточно одного поцелуя – только его и видели.
– Понимаешь, Дуэйн, так устроена жизнь. Говори потише, а то разбудишь ребенка.
Дуэйну не хотелось говорить тихо. Наоборот, ему хотелось кричать. Побег Билли Энн с Джуниором был последней каплей, переполнившей чашу терпения. Правда, таким образом можно решить проблему Дики, а заодно и Сюзи. Впрочем, это не столь важно. Последняя капля она есть последняя капля. Ни у кого нет никаких сдерживающих факторов. Совсем недавно он занимался сексом с замужней женщиной не где-нибудь, а в самом центре Талиа.
У Дуэйна внезапно появилось желание что-то куда-то швырнуть. Он огляделся и заметил кожаного гиппопотама, которого Карла купила для нового дома. Он лежал перед причудливым кожаным креслом, служа подставкой для ног. Это кресло, стоившее, между прочим, почти две тысячи долларов, предназначалось специально для Дуэйна, но он ни разу не сидел в нем.
Схватив гиппопотама, он швырнул его в стеклянную дверь, и только потом заметил, что она открыта. Гиппопотам благополучно приземлился на открытой веранде.
Бровь Карлы снова поднялась вверх.
– Дуэйн, ты беспокоишь меня. У тебя нет никаких причин выкидывать из дома вещи.
– Я знаю. Я выкинул его без всякой причины.
– Ничего не случается без причины, – философски заметила Карла. – Тебе любой психиатр подтвердит это.
Он спустился в холл и заглянул к внучке, которая, как ни странно, не спала. Она лежала в кроватке, широко открыв глаза, что-то бормотала и фыркала от удовольствия. Заметив деда, она принялась шевелить ножками и ручками и запыхтела еще сильнее. Дуэйн взял ее на руки и вышел из дома. Барбет перестала разговаривать сама с собой и уставилась на звезды. Дуэйн присел у бассейна, и через две минуты она уже спала. На душе у него стало спокойнее. Где-то под обрывом лаяли койоты, устроив шабаш.
Когда он встал, чтобы отнести Барбет в ее комнату, то заметил под ногами валявшегося гиппопотама. Не желая упускать подходящий шанс, он поддал его ногой, и тот полетел в воду.
– Я не понимаю, что происходит между тобой и Джейси, – сказал он, вернувшись в спальню.
– Что происходит, то происходит, и это не твоего ума дело, – ответила Карла спокойно и без злости, и тут же предложила: – Давай сходим к психиатру.
– Зачем?
– Все дело в новизне. Мы ничего не делаем нового. Брак может закостенеть, если муж с женой ничего не предпринимают оригинального и интересного.
– Я скоро стану банкротом. Уже новость. А ты переехала к одной из моих бывших подружек. Чем не оригинальные и интересные события?
– Нет, просто ты делаешься нервным, а нервозность ничего общего не имеет с новизной.
– Хорошо, хорошо. Я сделаю все, чтобы убедить тебя, что я желаю перемен.
– Дуэйн, какой ты милый, когда не перечишь мне.
ГЛАВА 63
Карла быстро организовала прием у психиатра в Форт-Уэрте. К сожалению, она записалась на утро понедельника, в день, когда официально должно было состояться открытие праздника, посвященного столетию города. Но прием у врача был назначен на восемь ноль-ноль, а торжественная часть раньше полудня все равно не началась бы, так что они вполне могли обернуться. Первым мероприятием был мини-марафон, который брал старт от заведения тетушки Джимми и заканчивался у светофора. Дуэйн должен был вручать победителям памятные ленты.
Ночью ему приснилась Джейси. Во сне он проявил себя не с лучшей стороны. Они с Джейси куда-то отправились в его пикапе, по дороге кончился бензин, но Джейси на него не рассердилась, а лишь улыбнулась. Когда он проснулся, то почувствовал себя совершенно разбитым и решил ничего не рассказывать Карле или психиатру о своем сне. Они, конечно, попытаются убедить его в том, что он снова влюбился в Джейси, хотя это не соответствовало действительности.
– Интересно, о чем он будет нас расспрашивать? – спросила Карла, когда они поставили машину на мрачной подземной стоянке под зданием, в котором располагался офис психиатра.
– Я ненавижу подземные гаражи.
– Дуэйн, ты всегда во всем видишь одни недостатки.
– Полно людей ограбили в этих больших гаражах.
– Не существует такого закона, который запрещал бы тебе оставлять машину на улице.
– Еще как существует! В Форт-Уэрте на каждом шагу знаки «Парковка запрещена».
– Не забудь сообщить психиатру, что не можешь избавиться от привычки к преувеличениям.
– Не забуду, если доберусь до него.
– Надеюсь, нам не придется описывать наши сексуальные отношения. Своих я не хочу касаться.
– Вот это уже что-то новенькое. Ты их постоянно афишировала на своих теннисках.
– Дуэйн, это не так.
Психиатр оказался красивым, молодым и жизнерадостным латиноамериканцем по фамилии Карилло. То, что он латиноамериканец, явилось для Дуэйна полной неожиданностью. Раньше он считал, что психиатрами, как правило, становятся евреи. Карла тоже была удивлена, но больше молодостью врача.
– Вы давно окончили учебное заведение? – спросила она.
Доктор Карилло рассмеялся и с легким упреком произнес:
– Мне кажется, что в первую очередь мы должны говорить о вас, а не обо мне. Мистер Мур, я нахожу это очень интересным, что вы носите большую бороду.
– Дело в том, что сегодня отмечается столетие Талиа, – ответил Дуэйн. – Нас всех призвали завести бороды, чтобы изобразить пионеров. А того, кто окажется без бороды, предполагается обмакивать в воду, если, конечно, удастся совладать с ним.
