Она была жива. Но ездовые собаки погибли все до одной. Корри зажала рот рукой, чтобы не закричать, и в ужасе смотрела на бандитов, ни секунды не сомневаясь, что ее сейчас постигнет та же участь, что и несчастных животных.
– Ну вот, теперь все в порядке. Все, что вы должны сделать теперь, юная леди, это, не вставая с земли, сосчитать до тысячи. Если ослушаетесь, с вами будет то же, что с собаками. Жаль, что пропадает столько отличной собачатины. И не забудьте, Секл в той стороне. – Он показал ей направление. – Главное, держитесь своих следов, тогда не собьетесь с дороги. Тут недалеко, так что доберетесь.
Они пошли прочь. Корри принялась считать, прислушиваясь к затихающему скрипу их шагов. Вдалеке лаяли собаки, – видимо, собственная упряжка бандитов была спрятана за штабелем бревен…
Яркое солнце заливало ослепительным светом снежную долину. Корри поднялась и, шатаясь, подошла к Эвери. Он каким-то чудом остался жив, хотя, похоже, рана была серьезной. Корри перевязала его, сняла с себя толстый свитер и натянула на Эвери, потом как следует закутала его, подоткнув шубу со всех сторон. Ему придется долго ждать здесь. Салазки слишком тяжелы, она едва ли сумеет сдвинуть их с места. Поэтому придется одной возвращаться в Секл Сити, чтобы привести подмогу. Даже если она будет очень спешить, то доберется до доктора Кунинга не раньше чем через час.
Корри бросилась бежать по свежим следам полозьев. Каждый вздох давался ей с трудом, легкие покалывало от морозного воздуха. В голове мелькали сотни мучительных вопросов. Почему они убили ездовых собак? Почему они убили Аликаммика и ранили Эвери, а ее не тронули? И почему – что самое невероятное и потому страшное – они так заботились о том, чтобы Корри не сбилась с дороги и благополучно добралась до Секла? Почему они оставили ее в живых? Почему?
От быстрого бега у нее кололо в боку, кружилась голова. Она с трудом взобралась на пригорок и увидела… его. Он медленно шел ей навстречу, строго придерживаясь следов полозьев, как будто знал, где искать ее.
Солнце светило Дональду в спину, так, что перед ним на снегу лежала черная зловещая тень.
– Корри, что-нибудь случилось? Тебе нужна помощь?
– Дональд!
Корри с ненавистью смотрела на его раскрасневшееся лицо и черные спутанные волосы. Она чувствовала, что каждая клетка ее тела противится восприятию этого человека. Дональд, как ни в чем не бывало, улыбался и, казалось, искренне радовался неожиданной встрече.
– Значит, это ты все подстроил? Ты убил Аликаммика? Ты нанял этих подонков?
– Каких подонков? Кого убил?
Дональд удивленно приподнял брови, его полные красные губы недоуменно поджались. Корри чувствовала, что ее колотит дрожь, руки и ноги стали влажными и холодными.
– Ты убил Аликаммика. Но Эвери убить не удалось. Он жив. Я перевязала его, и надеюсь, он выживет.
– Что?
– Говорю тебе, он не умер! Он жив! Твоя очередная попытка погубить его не удалась! Какой она была по счету – второй, третьей?
Дональд спокойно смотрел на нее. Корри бесил вид его розовощекого, пышущего здоровьем лица.
– Ты говоришь ерунду, Корри. Я слышал о том, что случилось с твоим мужем, – весь город говорил об этом. Но я здесь ни при чем. Я всю ночь провел в кабаке.
– Да?
– Корри, ты же говоришь, что твой муж ранен. Надо помочь ему. Пойдем ко мне – это всего в миле отсюда, – и я сразу же пошлю кого-нибудь в город.
– Нет! Я не пойду с тобой! Ты же все продумал заранее, не так ли? Ты хотел, чтобы Эвери умер, поэтому подослал убийц. Но объясни, зачем тебе понадобилась смерть безобидного Аликаммика? Он ведь ничего тебе не сделал. Зачем ты убил собак? Твои люди расстреляли их в упор…
Дональд видел, что Корри начинает впадать в истерику.
– Корри…
– Оставь меня! Я иду в Секл за помощью для своего мужа. Отойди в сторону и дай пройти!
Дональд подошел к ней вплотную, его пальцы впились в ее плечи с такой силой, что стало больно даже через шубу.
– Никогда не говори со мной таким тоном, Корри.
– Я буду говорить с тобой так, как сочту нужным. Ты убийца! Отвратительный, хладнокровный убийца!
– Это не так. Ты клевещешь на меня, Корри. У тебя истерика. Произошла какая-то жуткая история, ты в шоке, и единственное, что тебе сейчас необходимо, это отдых. Отдых и глоток хорошего виски, чтобы согреться изнутри. Пойдем со мной, даю тебе честное слово, что сразу же пошлю кого-нибудь за подмогой. Я позабочусь об этом вместо тебя, Корри. Тебе незачем беспокоиться.
– Мне не нужны ни отдых, ни виски! И истерика здесь ни при чем!
Корри била Дональда в грудь кулаками, стараясь вырваться из его крепких рук, которые заключили ее в плотное кольцо.
– Корри, тебе надо успокоиться. Я не могу тебя отпустить, пока ты в таком состоянии. И потом, кто дал тебе право ни с того, ни с сего оскорблять меня? Я хочу, чтобы ты объяснила, с какой стати тебе пришло в голову обвинять меня в таких страшных грехах.
– Но мне нужно привезти доктора к Эвери…
– Я сам привезу к нему доктора. Говорю же, я обо всем позабочусь. Тебе не о чем беспокоиться.
– Ты и пальцем не пошевельнешь, чтобы спасти его. Тебе надо, чтобы он умер. А он там лежит один…
Дональд развернул ее и заставил идти в другом направлении, в сторону от Секл Сити, – цепкие руки держали ее плечи, как в тисках. Корри разрыдалась от отчаяния. Да, это была истерика. Дональд прав. Но она пережила такой кошмар! А Эвери ждет ее, надеется.
– Дональд, пожалуйста, отпусти. Мне нужно добраться до Секла, там доктор Кунинг. Я должна привезти его к Эвери.
– Корри, успокойся. Среди моих людей есть очень хороший врач. Хирург. Доктор Санти при необходимости может сделать даже операцию. Я сразу же отправлю его к Эвери, он сделает все, что нужно. И потом, это будет быстрее, чем идти в город. Тут ведь совсем близко.
Они вошли в перелесок и пошли по тропе, разъезженной санными полозьями.
– Неужели ты действительно можешь думать, что я не окажу тебе помощи, Корделия Стюарт?
Его голос был мягок, ласков, спокоен. При этом Дональд достаточно крепко держал ее за талию и под локоть. Корри тихо плакала и покорно шла туда, куда он вел.
– Я не хочу идти с тобой. Я уже давно не Корделия Стюарт, а Корделия Курран. Эвери – мой муж.
– Да, конечно.
– Я не хочу, чтобы твой доктор лечил Эвери. Я хочу, чтобы это был доктор Кунинг из Секла.
– Тебе надо как следует отдохнуть, и я об этом позабочусь. Тебе необходимы тишина и покой. А то нервы у тебя совсем развинтились.
Глава 33
Край жестяной кружки разжал ее стиснутые зубы. Ей пришлось сделать глоток, чтобы не захлебнуться. Жидкость обожгла гортань, во рту остался странный горьковатый привкус. Корри закашлялась, ее чуть не стошнило.
