Они видят все, но как и он не всесильны. Они взрослые в телах маленьких людей. Они, как и
он не способны сделать мир лучше.
Джейк не был ни огорчен, ни разбит, не опечален.
Сам факт выживания. Месяца три назад его удивил именно он.
Он и в самом деле подумал, что планете конец и все вернулось к эпохе каменных наконечников
и топоров. Преувеличивает он конечно, но только на данный момент. Регресс на конкретно
этом материке - не за горами.
Людей не становится больше, твари не слабеют и пока не умирают. Вирус завоевывает кладбища
и поднимает мертвых и только зверям все нипочем, но только последним от этого не легче.
Доступные запасы пищи заканчиваются, что говорить об оружии, что в неумелых руках
расходуется быстрее. Нет, он не прав. Вояки в этом плане были куда расточительнее. Бывал
он как-то на военной базе. Солдаты тренировались ежедневно, стреляя по мишеням совсем не
холостыми патронами. Америка тогда воевала со всем миром, освобождала и несла демократию,
но правильнее сказать - наносила.
И вот она благодарность. Мир забыл о них, всех тех кто предал, бездействовал, молча щелкал
пультами плазменных телевизоров и был потребителем огромной продуктовой корзины.
Они сделали правильно. Этим людям было что терять, не состоявшимся героям еще можно было
жить и жить, а не пропадать без вести, разнося заразу по всему остальному миру.
Им никто не дал сделать этого. Однако, теперь они отправляют людей в навечную ссылку,
правильно рассудив, что зверям место среди таких же.
Озлобленных. Голодных. Бесчеловечных.
Существ не проймешь мольбой и увещеваниями. Их не убедишь и не уговоришь.
Вампиры? Карен? Ее дружки? Что сделают они?
Не так. Как поступили они, встретив этих ребят в оранжевых пижамах? Вряд ли, оставили их в
живых.
Что сделает он?
На этом материке слишком много убийц на один квадратный километр и скоро их станет еще
больше.
Ему как никогда остро вспомнился вкус человеческой крови и то спокойствие которое он
испытывал сейчас.
Он приоткрыл глаза, тут же зажмурившись. Его разбудил солнечный свет, что стал
чувствительно припекать кожу на щеке. Джейк сквозь полуприкрытые веки, скосил глаза
влево, пошарил рукой там, где еще вчера лежала Алекс, но не нашел ничего кроме все той же
прорвы подушек.
Он перевернулся на живот, подминая под себя мягкий мешок, впитавший аромат женщины. Еще
теплый, не выветрился и не поблек.
Когда она встала и почему он не услышал ее ранний подъем?
Мужчина прислушался к тому что происходит в доме, замер, потихоньку улыбаясь в своих
мыслях. Лиза и Паоло что-то говорили Алекс, при этом ссорясь между собой.
Хороший знак.
- Так все!
Послышался шум отодвигаемой мебели, шелест страниц и легкие, скользящие из-за шерстяных
носков шаги.
- Нам нужно еще его уговорить на эту авантюру.
На что его уговорить? Что за авантюра?
Он притворился спящим, а Алекс тем временем прошла в комнату, помедлила немного и
забралась к нему в постель.
Шумно. С явным желанием разбудить его.
Она стянула с него одеяло, позволяя прохладному воздуху комнаты скользнуть по его плечам,
а затем уселась ему на спину, наклоняясь к нему касаясь его, целуя спину сквозь футболку,
поднимаясь все выше и выше.
- Джейк, - позвала она ему на ухо, касаясь ушей, горячим дыханием, которое пахло какао. -
Я знаю, что ты не спишь.
Притворяться и дальше? Нет. Ему хотелось видеть ее. Посмотреть в лицо. Узнать в чем дело?
Может все это ему приснилось и не было ничего?
- Я сплю, - проговорил он, вздрогнув после того, как губы девушки задержались на кончиках
ушей, сжимая их.
- Что же тебе снится?
Она отстранилась, выпрямляясь, поерзала немного, выправляя футболку и запуская под нее
руки.
- Мне снится красивая женщина, что будит меня весьма приятным способом.
- Я с ней знакома?
Она прошлась по его спине ноготками. Прикосновение было очень приятно, а потом щекочуще.
Она все больше соскальзывала ему на
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Наверняка.
Джейк не выдержал щекотки, переворачиваясь и опрокидывая ее на кровать. Алекс падает на
подушки, глядя на него снизу. Ни следа скорби и печали, только глаза со слегка опухшими
веками выдают вчерашние слезы.
- Доброе утро, девушка из сна.
Она улыбнулась, но вот только выражения ее глаз осталось печальным. Смирилась с
происходящим? Нет. Она что-то там придумала.
- Давно проснулась?
- Да, - она потянулась к его лицу, проводя по щеке, с видимым удовольствием “цепляясь” к
покрытой щетиной кожей. - Ты сегодня разоспался.
Он разместился между ее ногами, нависая над ней, склоняясь, касаясь губами груди,
соскальзывая в ямочку между ключицами, поднимаясь выше, Алекс подняла лицо, позволяя
протянуть вереницу поцелуев по шее, до подбородка, ощущая, что от нее и в самом деле
пахнет свежестью улицы, морозным воздухом. Ее губы слегка заветрены и пахнут они, хранят
на себе вкус мятных леденцов.
- Мне нравится твоя улыбка, - шепчет он между прикосновениями, прижимая ее тело к себе еще
ближе.
Она прерывисто вздохнула, кивая. Ее сердце бьется так быстро. Ему нравится, как она
реагирует на него. Как держится. Не спешит набрасываться, как бы сильно не была
возбуждена.
- Который час?
- Догадайся!
- Десять?
- Нет.
- Одиннадцать?
Она покачала головой, разглядывая его с неким интересом.
- Двенадцать?
- Тоже нет.
- Я ведь буду просто перечислять цифры, пока не назову нужную.
Алекс легко улыбнулась, покусав нижнюю губу.
- О! На это и расчет, - впрочем она не стала продолжать игру в угадывания. - Четыре часа
дня. Чем ты будешь заниматься ночью?
Сколько? Четыре часа дня? Он и в самом деле разоспался. Даже с учетом того, что он не спал
до глубокого утра. Все думал над происходящим, решал как быть. Возникла идея уйти вместе с
Алекс и детьми куда-нибудь на юг, попытаться обосноваться там. Там климат другой. Они
смогут найти подходящее жилище и даже больше завести какое-никакое хозяйство.
- Придумаю что-нибудь, - он прошелся по ее бедру рукой, заставляя уложить на нем ноги. -
Чем ты занималась пока я спал?
На миг на ее темные глаза набежала тень, но вскоре быстро исчезла.
- Всё-то ты слышишь! Выбрались на улицу, ходили на пристань и мне кажется, что нашли
подходящую яхту. У всех вампиров такой отличный слух?
Поэтому так повеселела. Он за первыми эмоциями даже не заметил ее последнего вопроса, на
чувство облегчения, что на мгновение захватило его и было подобно разжавшейся пружине, что
до этого скручивала все слова, мысли и объяснения.
Правду.
Считает, что сможет пересечь Атлантику, выдержать шторма и бури? Все-таки решила бежать?
Думает получится у нее пробиться сквозь стальные сети, патрули с авианосцами, самолетами
беспилотниками, что сбивают каждого чей путь лежит от Нового Света к Старому?
- Идея безумная.
Она ничего не отвечала ему с минуту, но выбраться не пыталась.
- Я еще ничего не рассказала.
- Тут и говорить не о чем.
Он поднялся с кровати, оставляя ее одну. Джейк ни за что не пойдет на это. Он заговорил,
объясняя ей, что не всесилен и погодой, стихией, океаном повелевать не сможет.
Он не умеет управлять яхтой и что хуже не выдержит столько времени в море.
Кровь рыб и млекопитающих с океана...
Она вообще не задерживается в нем надолго. Он или отрастит жабры, или поубивает их всех.
Если, конечно, до них не доберутся люди.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Чем тебе так плохо здесь?
- Я не знаю…
Протянула она, медленно, разглядывая его с любопытством, наконец, переворачиваясь на бок.
