Читаем без скачивания Колумбы иных миров - Юлия Федотова

— Сказано красиво, — усмехнулась диса, — но какой в этом смысл? Когда торговцы не вернутся в назначенный срок, родные и близкие сами догадаются, что участь их была скорбной. А знать подробности им ни к чему. Ты не согласен?

Несколько лет назад Аолен стал бы возражать. Но теперь выслушал и кивнул. В самом деле, к чему лишние хлопоты? Все и так понятно…

— Чем тратить время на глупости, лучше бы мне помогли! — раздраженно окликнул друзей Хельги. — Да подержите кто-нибудь эту проклятую скотину! Она мне сейчас башку проломит!

Пока остальные копались в чужом имуществе, демон был занят делом благородным. Он распрягал лошадей. Людей и торговых гоблинов нежить перебила всех до единого, но тварей неразумных пощадила — видно, ее привлекала материя более тонкая, чем плоть и кровь. Однако лесные волки не будут столь разборчивы и лошадями не побрезгают — так решил Хельги и принялся спешно освобождать несчастных животных от перевернутых, увязших в грязи телег, мешавших им обрести волю. К сожалению, урожденный спригган менее кого бы то ни было подходил на роль лошадиного спасителя. Чуя затаенную волчью сущность, дурная скотина рвалась и билась, вставая на дыбы. Подменному сыну ярла приходилось проявлять чудеса ловкости, чтобы не получить копытом по темени.

Лошадей распряг Рагнар, легко и быстро, без всякого возражения с их стороны. Хельги громко свистнул в два пальца. Освобожденные животные развернулись и бодрой рысью ускакали в Рииль, откуда, верно, были родом.

— А я думал, мы на них поедем! — разочарованно протянул Эдуард. — Зачем вы их отпустили?

— Терпеть не могу лошадей! Глупые твари! Свои ноги надежнее! — в сердцах ответил бывший наставник. Но самом деле он любил лошадей. Это лошади не любили его.

…Кое-что полезное в обозе все же нашлось — дождевые плащи, пропитанные отталкивающим воду зельем. Вещь новомодная и безумно дорогая. Энка с Ильзой порывались купить такие в Рииле. Да Орвуд не позволил: «Не сахарные, не растаете! Да на эти деньги коня можно купить!» Видно, сехальские торговцы ценили комфорт больше, чем даан-азарские гномы. Их плащи были новыми, богатыми и, по выражению Ильзы, «ни разу не надеванными». Аккуратно свернутые, они лежали в мешках с личными вещами.

— Видите! Такая вещь — и даром досталась! — хвастливо повторял Орвуд, будто в этом была его заслуга.

Плащи оказались чудесными. Непередаваемое ощущение — в проливной дождь остаешься сухим, будто под крышей! Там, в другом мире, Хельги видел подобные материалы, но у них имелись серьезные недостатки. Те, что совершенно не пропускали воду (тонкие и прозрачные, как стекло) не пропускали и воздух. Под ними очень быстро становилось нестерпимо жарко. Другие, больше похожие на сшитые из обычной ткани, в сильный дождь все-таки промокали. Плащи же сехальцев были безупречны. Даже Хельги был вынужден признать: и магия иной раз приносит пользу. Притом немалую. Дождь собрался к вечеру и шел почти непрерывно целую неделю. Мелкий, колючий, скучный…

Хельги был очень доволен. Весеннее слепящее солнце он совершено не выносил. Особенно гадкими ему казались предзакатные часы, когда косые лучи низкого светила бьют прямо в глаза, а из-за деревьев, из овражков или закоулков уже выползают длинные синие тени, веющие зимним холодом. От таких контрастов делается тоскливо, хоть вой по-волчьи! Общего умиления «солнышку» урожденный спригган решительно не разделял. Как и его сестра по оружию. Той по большому счету было безразлично, дождь на дворе или солнце. Дисы рождены для войны, им не пристало обращать внимание на такие мелочи, как погода.

— Тогда зачем ты плащ нацепила? — поддела боевую подругу Энка. — Ходи раздетая, раз тебе безразлично! Пусть у нас запасной будет.

— Не дождетесь! — фыркнула девица. — Мне фасон нравится! Имею я право пофорсить? — Она с неуклюжим кокетством расправила складки и гордо задрала нос к дождливому небу.

— Ладно, форси, красавица ты наша несостоявшаяся! — великодушно разрешила дочь сенатора Валериания.

А Аолен украдкой вздохнул. В отличие от остроморденькой и неказистой сильфиды, Меридит могла бы выглядеть очень привлекательной. Если бы хоть самую малость этим озаботилась. Но дисам красота ни к чему. Они созданы для войны.

— Это мне начинает не нравиться… — присвистнул Балдур Эрринорский, оглядываясь.

Они оказались в очередном мертвом селении. Здесь все, от мала до велика, носили белые рясы. Увы — это не спасло их от жуткой гибели. Истинные боги не пожелали уберечь своих поклонников. Улицы были усеяны бездыханными телами.

— …Определенно не нравится!

— А раньше что, нравилось?! — Ильза подивилась жестокости черных колдунов.

— Раньше просто не нравилось, а теперь — пугает! — внес ясность их представитель.

— Почему?! — Ильза тоже испугалась.

— Чем больше жизней отнимает нежить, тем сильнее становится, — принялся популярно объяснять Балдур. — А чем сильнее она становится, тем больше жизней ей требуется на прокорм. Если дело и дальше пойдет такими темпами, как теперь, она скоро и вправду весь наш мир пожрет! В какой-то момент сила ее достигнет критической величины и ее уже никто не сможет остановить.

— А великие маги?

— Не справятся.

— Но раньше справлялись? После Раздела, после магических войн, — встревожился Эдуард.

— О! В те времена какие маги были! Одни имена чего стоят! Соламин, Хаз-Зарат, Олдрик, Акнагаррон, Оберон, Мерлин! А теперь кто? Франгарон с Эстебанусом? Индюки надутые! — Балдур пренебрежительно сплюнул. — А остальные — узкие специалисты. Им не с нежитью воевать, а плащи от дождя мастерить!

— Оберон и сейчас жив, мы с ним знакомы! — напомнил Рагнар.

— А толку? В одиночку он ничего не сделает, тем более что эльфийская магия плохо приспособлена для убийства.

— Это точно! — с раскаянием подтвердил Аолен.

— Так может, мы должны не с братством бороться, а истреблять нежить? — осенило Рагнара.

Сильфида фыркнула.

— Ну конечно! Мы будем нежить истреблять, а братья — плодить! Это называется «шей да пори, не будет пустой поры»! Бороться надо не со следствием, а с причиной. Я так считаю!

Сказано было мудро, возражать никто не стал. Только у Ильзы нашелся еще один, чисто познавательный вопрос.

— А что станет с нежитью, когда она пережрет всех в нашем мире? Вымрет от голода?

— Во-первых, нежить не умирает сама по себе. Во-вторых, если она сожрет целый мир, у нее достанет сил перебраться в соседний.

— Но как же боги?! Неужели они не вмешаются и не остановят зло? — спросил Рагнар с надеждой.